Калининград без проблем, Чечня без прав и Грузия без дружбы

В ночь на четверг Кремль объявил сразу о нескольких любопытных кадровых решениях. И если в увольнении Дмитрия Рогозина, занимавшегося проблемой Калининграда, ничего сенсационного нет, остальные отставки выглядят знаковыми. У президента исчезла необходимость в представителе по правам человека в Чечне и в комиссии, готовившей договор о дружбе с Грузией.

До вчерашнего вечера у Владимира Путина было два спецпредставителя: по обеспечению прав и свобод человека в Чечне и по проблемам Калининградской области. Первый пост занимал Абдул-Хаким Султыгов, второй – Дмитрий Рогозин. Как сообщил поздно вечером в среду пресс-секретарь президента Алексей Громов, оба они освобождены от своих должностей. Еще одним президентским указом уволен Борис Пастухов, возглавлявший государственную комиссию России по подготовке проекта договора с Грузией и дружбе, добрососедстве и взаимной помощи. Путин не просто произвел кадровые перестановки, а упразднил все три должности в принципе.

Согласно официальной формулировке, Рогозина президент уволен «в связи с выполнением основного комплекса задач по решению вопросов жизнеобеспечения Калининградской области в контексте расширения ЕС». Хотя было специально отмечено, что в администрации президента «весьма удовлетворены» его работой на этом направлении и калининградский вопрос требует постоянного контроля. Функции спецпредставителя по Калининграду теперь возложены на администрацию президента.

Рогозин, возглавлявший в прежней Думе международный комитет, стал заниматься калининградской проблемой в разгар переговоров между Россией и Евросоюзом о поездках российских граждан в Калининград. Сложности возникли из-за вступления Польши и Литвы в ЕС, в связи с чем оба государства должны были ввести для россиян визы. Изнурительные споры с европейцами закончились не самым лучшим для России образом: хотя вместо виз для россиян были введены упрощенные транзитные документы, по сути они мало чем от визы отличаются. Таким образом, единственная роль, которую было поручено играть Рогозину, – это не столько участие в переговорах (на самом деле основные вопросы решались по линии МИД), сколько пропаганда их результатов как безусловного успеха российской дипломатии и лично президента Путина.

Так что необходимость в Рогозине теперь и правда отпала, хотя на самом деле его освободили от должности спецпредставителя сразу после завершения выборов в Думу, когда он вместе с Сергеем Глазьевым и при активной поддержке Кремля провел в Думу условно оппозиционный блок «Родина». Уволить Рогозина раньше кремлевские политтехнологи не хотели: пост спрецпредставителя президента добавлял Рогозину, а вместе с ним и «Родине» определенный налет «близости к Путину».

Обязанности Султыгова перераспределили в пользу чеченской администрации. «В настоящее время в связи с прошедшими в Чечне президентскими выборами всю полноту ответственности за обеспечение прав и свобод человека и гражданина в Чеченской республике несет президент Ахмад Кадыров», – сказано в официальном сообщении. На посту спецпредставителя Султыгов занимался примерно тем же, чем Рогозин, но выглядел довольно нелепо, поскольку говорил удивительные для чеченского правозащитника вещи. К примеру, он заявлял, что смертная казнь – это адекватная для Кавказа мера и что военные в Чечне делают все что могут.

В 2000 году должность спецпредставителя по правам человека в Чечне была создана совсем для другого, и предшественник Султыгова Владимир Каламанов, хотя тоже старался не поднимать шума вокруг нарушения прав чеченцев, все-таки относился к происходящему в республике со сдержанным осуждением. Еще одной причиной, по которой Кремлю стал не нужен Султыгов, видимо, стал Асланбек Аслаханов, которому в качестве отступного за отказ конкурировать на выборах с Кадыровым достался пост помощника президента по чеченской проблеме.

Что касается увольнения Бориса Пастухова с поста председателя госкомиссии по подготовке проекта договора между Россией и Грузией о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи, то, судя по пояснению президентской пресс-службы, оно было просто формальностью. Во-первых, Пастухов больше не занимает пост главы думского комитета по делам СНГ, а во-вторых, работу над текстом уже ведет МИД. Не исключено даже, что закончена она так и не будет. Заключение большого российско-грузинского договора о дружбе, которое было идеей Эдуарда Шеварднадзе, может не понадобиться новым властям Грузии, к чему Москва, судя по разгону комиссии, уже морально готова.
Источник: Газета.Ru

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.