Между Берлином и Москвой - любовь

Министр иностранных дел Фишер утверждает, что уже чувствует приближение весны. Как ему это удалось при ветре со снегом и семи-восьми градусах мороза, которые ожидали его в Калининграде (бывший Кенигсберг) в четверг, судя по всему, останется его секретом.

Но в Русско-немецком доме говорил не Фишер-метеоролог, а Фишер-дипломат, который в присутствии губернатора Владимира Егорова ввел в должность первого немецкого генерального консула.

Очень опытному профессиональному дипломату Корнелиусу Зоммеру, который ради этой работы оставил место посла в Хельсинки, в ближайшие годы в этом непростом регионе понадобится вся его интуиция, чтобы отстаивать немецкие интересы и при этом не давать пищу российским опасениям и неприязни. Потребовалось много времени, прежде чем Москва согласилась на открытие немецкого генерального консульства там, где на бывшей германской территории в период между двумя мировыми войнами у Советского Союза было свое собственное консульство.

Тот факт, что теперь российская сторона дала согласие, Фишер назвал "доказательством доверия" и "выражением воли вместе стоить будущее". Это будет особой задачей, когда с 1 мая в ЕС вступят 10 новых членов и Калининградская область будет окружена границами ЕС.

Фишер стал первым министром иностранных дел, который со времен Второй мировой войны посетил российских анклав, который раньше был частью Восточной Пруссии. Поэтому в городе, который при Советском Союзе был закрыт для иностранцев, царило соответствующее возбуждение. Милиция блокировала улицы вокруг Русско-немецкого дома и Кенигсбергского собора, где министр по случаю 200-летия со дня смерти великого немецкого философа Иммануила Канта возложил венок. По радио передавали предупреждения о пробках.

Местная пресса уже накануне настроилась на визит "скандального министра ФРГ". С приятной дрожью она сообщала своим читателям о том, как Фишер раньше в Париже спал в шахтах метрополитена, жил в студенческих коммунах, дрался с полицией и в кедах приносил свою первую присягу в качестве министра. Это пробудило дружелюбный интерес к тому, насколько позитивно большинство калининиградцев вообще воспринимают открытие немецкого генерального консульства. А они радуются, что скоро смогут получать визы в собственном городе, а не в консульстве в Москве, как раньше. Более тесные связи с Западом приветствуются так же, как и интернационализация города.

"На примере Калининграда мы может, хотим и должны укреплять дружеские германо-российские отношения", – постулировал Фишер, чье ведомство обычно называет германо-российские отношения "такими хорошими как никогда ранее". Однако, судя во всему, они недостаточно хороши, чтобы заставить приехать в Калининград российского коллегу Фишера, Игоря Иванова. Последний предпочел ожидать в Москве, где немецкий гость был также принят президентом Владимиром Путиным.

На высоких уровнях с отношениями действительно все в порядке. Однако если спуститься ниже, эти отношения начинают трещать по швам. Так, российская сторона до сих пор препятствует поиску здания для нового генерального консульства, предположительно с целью добиться получения недвижимости в Германии. Корректным это назвать нельзя.
Москву, в свою очередь, раздражает пусть даже слабая немецкая критика ее действий в Чечне. Возмущает последний визит Ахмеда Закаева в Германию. Эмиссар чеченского лидера Аслана Масхадова, которому Фишер, как считает российская сторона, даже предоставил гарантии безопасности, здесь рассматривается как серьезная проблема для общего фронта против международного терроризма, к которому призвала Россия. Германия же снова озабочена ситуацией с российской демократией, которая с момента выборов в Думу становится все более авторитарной.

К тому же германская сторона все больше недовольна обращением с трофейными предметами искусства. Стороны слишком завязли в этом вопросе. Возвращение знаменитой коллекция Балдина, которую обещали вернуть более года назад, снова и снова затягивается. Архив Ратенау тоже должен остаться в России. У главы Кремля Путина, располагающего абсолютным большинством в Думе, после переизбрания в марте будут развязаны руки для того, чтобы изменить закон о трофейных предметах искусства, о котором он сам, наверное, не очень высокого мнения. Сделает ли он это?

Разлад существует также в связи с запланированным вступлением России в ВТО. Если ЕС, в котором Германия обладает весомым голосом, не отойдет от своих требований по поводу либерализации российского газового рынка и ценообразования, Москва откажется от ратификации Киотского протокола о защите окружающей среды.
Источник: ИноПресса

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.