Чем дальше в ЕС...

Все новости по теме: Калининградский транзит
В отношениях с Россией экономика объединенной Европы еще долго будет делиться на сценарии "ЕС-15" и "ЕС-10". Уже шесть месяцев РФ соседствует с обновленным Евросоюзом и старается нивелировать последствия его расширения. Но, похоже, это задача - на долгие годы.
Как и ожидалось, присоединение "десятки" стало не простым арифметическим сложением (15 стран "старого" ЕС плюс государства Центральной, Восточной Европы и Балтии), а событием, повлекшим структурные изменения в торгово-экономических отношениях России и европейских партнеров. Объем нашей торговли с ЕС возрос до 51%, и в перспективе, конечно, удобно, что более половины экспортно-импортных операций будет осуществляться по единым правилам и процедурам. Но структура внешней торговли со старыми европейцами и "евронеофитами" настолько различна, что "на подъезде к таможне" прогнозировавшиеся преимущества превращаются в недостатки, и наоборот. Справедливости ради заметим, что Россия заранее нащупала болевые точки и успела "подстелить соломку", не гнушаясь жесткими, иногда ультимативными мерами. Но проблем все равно остается много.

Временный перевес

На старте переговоров с ЕС под угрозой оказался наш топливно-энергетический и сельскохозяйственный экспорт, поставки отдельных видов химической продукции и удобрений, а также металлопроката.

По существующим в ЕС рекомендациям, энергопоставки из одного источника в конкретную страну не должны превышать 30%, дабы импортер избежал опасной зависимости своей экономики. Однако у восточно-европейских стран и Балтии эта зависимость историческая: некоторые почти стопроцентно (а в среднем до 70%) используют наши топливные ресурсы и пока диверсифицировать поставки не в состоянии. Да и "старые европейцы" в этом смысле отнюдь не свободны: 37-40% импортируемых ими газа и нефти - отечественного происхождения. Россия, в принципе, отклонила возможность подобных ограничений еще до подписания 27 апреля 2004 года протокола к Соглашению о партнерстве и сотрудничестве (само СПС, завизированное в 1994 году, устанавливает торговый режим между РФ и ЕС на базе норм ВТО и механизм регулярных консультаций). Договоренность, правда, негласная: нам обещано, что надзорные органы ЕС не будут трактовать эту ситуацию как покушение на энергетическую безопасность Евросоюза.

Однако все это не защищает нас от диверсификации энергопоставок в будущем, и, например, тот же алжирский газ уже сегодня конкурирует с российским на европейском рынке.

Зеленый коридор для мирного атома

Отдельный вопрос - торговля ядерными материалами. Сейчас он рассматривается в рамках так называемого Энергетического диалога, но Россия настаивает на специальном соглашении. По официально неподтвержденной информации, еще во время подписания СПС европейцы вступили в секретный сговор, предусматривающий ограничительную квоту для России - 20%. И будто бы кто-то из еврокомиссаров нечаянно об этом проговорился. Кстати, статистика показывает, что импорт ядерного топлива из России в ЕС удерживается примерно на этом уровне. Так или иначе, но, учитывая, что АЭС советского образца работают в Венгрии, Словакии, Чехии и Литве, РФ должна была сохранить "лицензию" на их обслуживание. Это удалось: одним из условий ратификации протокола к СПС Россия выставила сохранение долгосрочных контрактов со странами присоединившейся "десятки", в том числе на поставки тепловыделяющих элементов. Теперь их не нужно визировать в Агентстве по снабжению Евратома, как это предписано странам ЕС-15. Но, как пояснил заместитель директора департамента торговых переговоров МЭРТа Виктор Калмыков, сейчас Россия намерена добиться пролонгации этого режима, а впоследствии вести торговлю ядерными материалами и с ЕС-15, и с ЕС-10 без каких-либо искусственных ограничений и по особым правилам.

Таможенная карусель

Подтверждение долгосрочных контрактов на традиционные поставки в ЕС-10 касается не только их объемов, но и таможенных пошлин. Понятно, что наш исторически сложившийся экспорт в страны "десятки" можно лишить коммерческой привлекательности, если без разбора применять к нему европейские таможенные пошлины. Невыгодно и нам, и контрагентам-импортерам. Например, мы ввозили в ЦВЕ алюминий по ставке 0,5%, а после вступления в ЕС восточно-европейские импортеры обязаны повысить ее до 6%. В итоге остановились на 4%. Природный газ, шедший прежде по "нулевому" тарифу, облагается пошлиной в размере 0,7%. В ряде случаев, в зависимости от товара, пошлины снижаются, но "усредненные" 4% в проекции на структуру внешней торговли РФ не радуют.

Самой большой напастью представлялись антидемпинговые меры. Действительно, соотношение наших внутренних и экспортных цен, например, на энергоносители прямо-таки напрашивается на введение антидемпинговых процедур. Что касается ЕС-10, то реальные объемы поставок за последние 3 года товаров, подпадающих под "антидемпинг", пока закреплены в виде квот и защищены от санкций. Сейчас в отношении различных товаров российского экспорта действует 12 антидемпинговых процедур и 3 расследования. Сама Россия, кстати, в октябре начала расследование в отношении никельсодержащей стали из ЕС и дальше намерена применять "зеркальные" и инициативные меры подобного свойства.

Сами за себя

Исполнительный секретарь РСПП Игорь Юргенс в разговоре с "Профилем" отметил, что антидемпинговые вопросы - не самая актуальная проблема, "нужно переходить к решению стратегических задач". Если считать, что г-н Юргенс говорит от имени крупного российского бизнеса, то получается, что бояться нечего. Идет нормальный рабочий процесс на либеральном рынке. Боролись мы за статус государства с рыночной экономикой - получили. Теперь готовы терпеть и снова бороться с новыми партнерами, используя правовые механизмы. Все так, если не задумываться о том, что "исключения из правил" носят временный характер. Конечно, ЕС-15 заплатил за превращение в ЕС-25: без реверансов в сторону РФ новоиспеченные европейцы оказались бы слишком "бедными родственниками" и ответственность за их экономические трудности пришлось бы нести "старшим братьям". Но в стремлении расширить ЕС настолько превалировал политический тренд, что об экономических последствиях для самого Евросообщества особо не задумывались. Так, по свидетельству замдиректора департамента внешнеэкономических связей МЭРТа Алексея Слизкова, Брюссель "пребывал в шоке", когда Россия в конце прошлого года заявила, что автоматически не распространит на "десятку" условия СПС, подписанного с ЕС-15. Тогда-то и произошел "большой торг". Но рано или поздно переходный период закончится, ЦВЕ и Балтия адаптируются к экономике Евросоюза, а развитые страны Старого Света уже осваивают рынки "десятки" по льготным общеевропейским правилам. В итоге Россия получит европейский "экономический кулак", конкурировать с которым придется без отвоеванных сегодня преференций.

В перспективе бремя конкуренции переляжет на плечи бизнесменов. Беседуя с "Профилем", Виктор Калмыков дал понять, что теперь, когда компании (после признания нашей экономики рыночной) могут сами постоять за себя в антидемпинговых процессах, государство не намерено всякий раз вмешиваться. На его помощь могут по-прежнему рассчитывать отрасли, обеспечивающие наполнение бюджета. Но, во-первых, это не весь бизнес, а во-вторых, наша торговая дипломатия не всесильна. Не удалось же вот отстоять финансовый (особенно страховой) сектор и агропром. Аграрии "десятки", скорее всего, будут субсидироваться со стороны ЕС и смогут неплохо конкурировать с нашими. Дальнейшее же открытие отечественного финансового рынка для иностранцев (на чем настаивают европейские партнеры) приведет на него "среднее звено" зарубежных банкиров и страховщиков. А они ориентированы на не самого богатого - "массового" клиента. Сбербанк устоит, а что с теми, кто помельче?

Полосатый рейс

Полем главного сражения на предстоящем в Гааге саммите станет калининградский грузовой транзит. Хотя российские эксперты и чиновники считают, что необходимые договоренности будут достигнуты, прогнозировать исход переговоров сложно.

Литовская пресса пугала, что РФ требует превратить транзитный коридор в "физический", чуть ли не огороженный колючей проволокой. В действительности речь идет всего лишь о соблюдении статьи СПС, предусматривающей организацию наиболее благоприятных маршрутов следования грузов. Артподготовка в СМИ предшествовала официальному выступлению литовских властей. В начале октября глава литовского МИДа Антанас Валионис(ляют)?? заявил, что Литва "не станет страной-исключением в рамках Евросоюза по проблеме Калининградского транзита". Он также отверг "утверждения российской стороны, что после вступления Литвы в ЕС условия транзита через территорию республики ухудшились и потоки грузов в Калининград уменьшились". Однако документально подтверждено, что транзит подорожал в 1,3-1,5 раза за счет фитосанитарного и ветеринарного контроля, а также прочих платных услуг, навязываемых литовской стороной.

Губернатор Калининградской области Владимир Егоров предлагает в меморандум с Комиссией Европейского сообщества (КЕС) пункт об отмене тотальных проверок грузов, поднадзорных ветеринарной и фитосанитарной службам, утверждая, что достаточно проверки документов, выданных российскими компетентными службами. Плату же за проведение контроля и конвоирования он предлагает отменить вовсе.

Предстоит также решить запутанный вопрос с финансовыми гарантиями за недоставку грузов. Сегодня предоставлять их могут лишь страховые фирмы, зарегистрированные при Минфине Литвы, что проблематично для российских страховщиков грузов.

Ну и еще, по мнению калининградцев, КЕС должна взять на себя обязательство обеспечить транзит живых животных, "осуществив для этого за свой счет все необходимые мероприятия". Пока через Литву разрешено перевозить только племенных лошадей, а цирковых тигров, как рассказывают, однажды пришлось отправлять в обход, морем через Петербург. Скажете, мелочь? А вот если цирк поедет в Литву, сразу получится общеевропейская проблема.
Источник: Профиль

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.