«Депутатские зады под барскую плеть»

Все новости по теме: «Единая Россия» в Калининграде
«По конституции любой человек имеет право присутствовать на заседании. У нас ведь не Поляков пишет Конституцию. Сидите спокойно и чувствуйте себя свободным человеком! Пусть ОМОН вызывают», — успокаивал руководителя движения «Народ против игорной зоны» Людмилу Рябиченко депутат Соломон Гинзбург. Госпожа Рябиченко выглядела неспокойной. И, как выяснилось позднее, предчувствие ее не обмануло. Но до вопроса легитимности очередной попытки провести референдум против создания игорной зоны оставалось еще долгих четыре часа.

«Напьемся как свиньи!»

Начали парламентарии тридцать девятое заседание Думы традиционно с приятного. Причем приятного в этот день было даже больше, чем обычно. Кроме дня рождения присутствовавшего Сергея Козлова и отсутствовавшего Михаила Дударева, было еще одно торжественное событие. Виктор Акулов получил из рук военного комиссара области Александра Пономарева орден «За заслуги перед Отечеством» II степени. Высокая государственная награда нашла героя спустя много лет — господин Акулов получил ее за участие в ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС. «Служу России!» — гордо заявил депутат и, вернувшись на свое место, немедленно принялся приглашать коллег на небольшой фуршет. «Напьемся как свиньи!» — призывно улыбнулся он Александру Кузнецову. Тот, конечно, не мог отказать кавалеру.

В этот день спикер Сергей Булычев вместе с другими 9 парламентариями отсутствовал «по уважительным причинам». Заведовать процессом пришлось его первому заместителю Константину Полякову; судя по всему, он успел подрастерять сноровку в этом сложном деле. В зале было шумно: Александр Кузнецов давал комментарии журналистам прямо со своего кресла, а повестку заседания депутаты утрясали никак не менее четверти часа. И первым из нее со свистом вылетел законопроект Соломона Гинзбурга «О наказах избирателей». Формальной причиной стала необходимость рассмотрения его в бюджетном комитете: наказы якобы повлекут за собой дополнительное финансирование из областной казны. Есть, впрочем, мнение, что парламентарии и так чувствуют себя достаточно наказанными — и дополнительное бремя со стороны народа им вовсе не нужно. Возможно, именно поэтому бюджетный комитет не может рассмотреть инициативу господина Гинзбурга уже 9 месяцев. «За это время и родить можно!» — как-то вяло отшутился депутат.

Однопроцентная приватизация

Первой слово взяла крайне меланхоличная директор областного агентства по имуществу Анна Боград. Она принялась рассказывать о том, как правительство справлялось с планом приватизации госимущества в минувшем году. Правда, услышать ее рассказ в деталях удалось не всем — депутаты постоянно призывали госпожу Боград говорить громче и четче, но то и дело казалось, что директор уснет прямо за трибуной, где-нибудь посередине фразы о продаже акций очередного предприятия. С акциями, кстати, все было еще неплохо, чего не скажешь о сельхозтехнике. Ее правительство продало как-то уж чересчур мало, чуть ли не 1 процент от намеченного количества. Если обратиться к цифрам, то можно узнать, что на трех аукционах в минувшем году было реализовано лишь 7 единиц техники из 200. 176 единиц не заинтересовали ни единого покупателя; 17 показались привлекательными лишь одному-единственному участнику аукциона, но аукцион — он на то и аукцион, что требует более одного участника. Таким образом, из 232 с небольшим млн, которые правительство рассчитывало выручить за сеялки и веялки, было получено лишь чуть более 2 млн.

«Не связано ли это с попыткой завысить цену?» — встрепенулся Соломон Гинзбург. Анна Боград ответила, что не связано. Александр Орехов, почитав розданные депутатам материалы, вдруг встряхнулся: выставленный на торги «Балтийский Мукомол» был оценен неким нанятым правительством оценщиком всего лишь в 300 тыс. евро. «Оценщик независимый!», — как-то обиженно заявила госпожа Боград. «Да знаем мы, как он работает…», — отмахнулся господин Орехов. Попутно выяснилось, что 150 млн рублей, за которые было приобретено здание ресторана «Атлантика», пока что не дошли до областного бюджета. Но, по словам Анны Боград, срок выплаты еще не истек. В этот момент в первый и последний раз за все заседание очнулся заслуженный мелиоратор Российской Федерации и почетный гражданин Гурьевского района Николай Андреев. «Цена на сельхозоборудование завышена! — вернул он коллег к теме сеялок и веялок. — А она тем временем стоит брошенная! Что вы думаете делать?» Госпожа Боград ответила, что оценщик оценивает, а она снизить цену на технику не в силах. Впрочем, на помощь ей пришли глава бюджетного комитета Валерий Фролов и «волей случая участвовавший в заседании комитета» Олег Хорава. Совместными усилиями они все же решили «придумать новые методы и решения», и в итоге парламентарии лишь приняли к сведению доклад госпожи Боград.

«Никто не виноват»

Следом на трибуну вскарабкался исполняющий обязанности министра финансов областного правительства Виктор Порембский. Ему предстояло отчитаться о том, как Красный дом исполнял областной бюджет в первом квартале нынешнего года. По словам господина Порембского выходило, что исполняет правительство этот важный документ крайне бодро. Динамика — стабильная, планы — перевыполняются, результаты впечатляют, акцизы растут… И. о. министра бойко докладывал о доходной части бюджета, и картина вырисовывалась почти что идиллическая. Но не тут-то было. За рассказом Виктора Ярославовича со скептическим выражением на лице внимательно следил глава комитета по безопасности Владимир Никитин. «Каждый раз одно и то же говорю! — раздраженно перебил он докладчика. — Раньше в форме отчета можно было увидеть проценты исполнения, а теперь нужно, как математику, сидеть, высчитывать…». Но не только форма отчетности беспокоила господина Никитина. У него были серьезные претензии и к содержанию. «Как так — в бюджете профицит, а расходы на охрану окружающей среды исполнены на 0 процентов, на образование — на 11, на культуру — на 9? Ну как же так? Что, правительство не умеет деньги расходовать?» — «Это проценты к годовому плану… — вяло принялся оправдываться Виктор Порембский. — Такая ситуация в связи с тем, что не вовремя готовится проектно-сметная документация… Первый квартал — он традиционно разгонный…» — «Третий год одна и та же причина!» — припечатал и. о. министра Владимир Никитин. Ситуация грозила вылиться в скандал — глава комитета по безопасности выглядел крайне опасно. Тут же активизировался вечный спаситель правительственных эмиссаров в Думе — Валерий Фролов. Он бойко перевел разговор на тему резидентов ОЭЗ и поинтересовался, есть ли такие, кто не выполняет своих инвестиционных обязательств и кого правительство лишает льгот. «Я не слышал о таких», — потупился Виктор Порембский. «Нет смысла задавать ничего не значащие вопросы и получать ничего не значащие ответы, — верно оценил суть момента Витаутас Лопата. — Давайте голосовать по заранее известному плану». — «Спасибо!» — как никогда горячо поблагодарил господина Лопату нервно наблюдавший за перепалкой Константин Поляков. Но их голоса тут же заглушила железным тоном представитель губернатора в Думе Тамара Кузяева. «Замечания вызваны объективными причинами, — провозгласила она, а потом сказала совсем уже странную фразу: — Никто не виноват, что профильные министерства не представляют проектно-сметной документации в сроки».

Это была очень опрометчивая мысль. Лучше бы Тамара Николаевна ее вообще не говорила. Потому что куда внимательнее остальных следил за выступлением госпожи Кузяевой вечный ее оппонент, лидер «Патриотов России» Михаил Чесалин. Он добрался до трибуны и прижал к ногтю практически всех собравшихся. «Из года в год бюджет не исполняется в социальной части. Люди устали задавать одни и те же вопросы», — сообщил депутат. Он заметил, что даже если проценты исполнения расходной части приведены по отношению к годовому плану, то ноль, израсходованный на охрану окружающей среды, останется нулем и по отношению к плану квартальному. «Почему молчит Феликс Алексеев?» — вскричал лидер «Патриотов». Заслуженный эколог России вжался в кресло. Тут же из зала посыпались иронические вопросы: «Действительно, почему он молчит? Почему молчит Алексеев?» «Никто не виноват, говорит Тамара Кузяева, — продолжал клеймить Михаил Чесалин. — А кто же назначает министров? В этой части нет неисполнения — все они получили зарплату! А почему же культура получила лишь 36,4 процента квартальных?» Никто, включая представителя губернатора, не спешил отвечать на поставленные вопросы. Тогда господин Чесалин решил озвучить ответы самостоятельно. «Виноватые есть! — воскликнул он. — Виноваты губернатор, правительство, партия, которая взяла на себя ответственность за все, что происходит. Вот виноватые!» Виноватые, а также их представители безмолвствовали. Тогда Михаил Чесалин перешел к конструктивной части своего выступления. «Полагаю, хватит уже принимать отчеты правительства к сведению, — предложил он. — Предлагаю исполнение бюджета признать неудовлетворительным и требовать от губернатора ужесточить контроль за исполнением». — «Конечно, никто не виноват, это кассиры, — саркастически усмехнулся Владимир Никитин, но, несмотря на усмешку, выглядел он почти так же грозно, как и Михаил Чесалин. Поверить в его партийно-фракционную принадлежность было в этот момент нелегко. — Профильные министерства виноваты. Почему они не несут ответственность?». —«Постоянно несут…» — откликнулась Тамара Кузяева. «Куда несут?» — тут же нашлись юмористы в зале заседаний областной Думы. Соломон Гинзбург попытался успокоить разошедшихся коллег, предположив, что «превращать в фарс трагедию» как-то нехорошо, на дворе кризис исполнительной власти и вообще пора голосовать, причем за формулировку, предложенную Михаилом Чесалиным. Но, как известно, на оппозиционные инициативы с винтом всегда найдутся асимметричные процессуальные ответы с лабиринтом. «В порядке поступления», — елейным голосом призвал к голосованию Константин Поляков. Стоит ли говорить, что первым по этому порядку необходимо было голосовать за предложение принять доклад Виктора Порембского к сведению без каких-либо дополнений. Стоит ли говорить, что именно эта формулировка и была поддержана большинством голосов? Стоит ли говорить, что, несмотря на отчаянное фрондерство в прениях, Владимир Никитин послушно поднял руку и вместе с остальными депутатами-единороссами послушно принял к сведению ущербный доклад об исполнении областного бюджета?

«Две бутылки чего-то»

В перерыве все депутаты куда-то срочно скрылись. Возможно, многие решили воспользоваться случаем и в неформальной обстановке поздравить Виктора Акулова с заслуженной наградой. Когда звонок позвал народных избранников обратно, к законотворческому процессу, возвращались они неохотно. Валентина Святоха громогласно жаловалась на кондиционер, окончательно заморозивший не только ее, но и мужественного Сергея Кононова. Его тщательно выбритая голова действительно поблескивала прямо под кондиционером, и было не очень понятно, что же блестит — пот от усердного штудирования законопроектов или лед от неисправной системы вентиляции. Парад правительственных чиновников продолжила недавно назначенная заместитель министра экономики Александра Смирнова. Ее рассказ касался изменений в правилах лицензирования розничной продажи алкоголя. Хорошо поставленным голосом, делая в нужных местах выразительные ударения, госпожа Смирнова объяснила, что новые правила не только исключат «неоднозначные толкования» старых, но и облегчат процесс лицензирования. Кроме того, лицензии смогут получить только те предприниматели, в распоряжении которых есть не менее 50 кв. м торговой площади.

Александра Смирнова всем — возрастом, интонациями, честным, открытым лицом — была похожа на пионерку, докладывающую классу политинформацию. Но в зале сидели отнюдь не школьники. У нее тут же поинтересовались, знакома ли она с рекомендациями прошедшего несколько недель назад «круглого стола» по противодействию алкоголизации населения. Напомним, эти рекомендации были настолько жесткими, что если бы все они были реализованы на практике, то желающих торговать спиртным в области, наверное, более бы не нашлось. Госпожа Смирнова оказалась незнакома с этими ценными советами. Впрочем, она попыталась выкарабкаться из этой ямы, сообщив, что, с одной стороны, новые правила, конечно, облегчают лицензирование, но с другой — «делают его более жестким».

«Нужно, чтобы не было паленой водки! — сообщил тоном не терпящим возражений совладелец торговой сети “Вестер” Олег Болычев. — Водка не может стоить 2 доллара! Надо платить налоги!». Вероятно, эти несколько разрозненные тезисы означали, что господин Болычев поддерживает правительственные предложения. Что, в общем, неудивительно: его торговые помещения по площади еще как превышают 50 кв. м! «Нужно другими методами решить эту проблему…» — попытался вступиться за торговцев помельче Олег Хорава. На это у Олега Болычева был заготовлен целый рассказ о том, как буквально вот этим самым утром, когда он ехал по области на заседание Думы, он увидел, как водитель остановленной милиционером фуры дал стражу порядка «две бутылки чего-то» и был таков. «Вы всегда шокируете Думу такими фактами», — несколько опешил Константин Поляков. «А позавчера я общался с директорами школ Балтийского и Московского районов, — продолжал путешествие по волнам своей необъятной памяти Олег Болычев. — И они говорят, что есть две проблемы: торговля наркотиками у школ и круглосуточные киоски».

Валерий Селезнев попытался пресечь этот экскурс в глубь головы господина Болычева и предположил, что алкоголизм нынче — все больше пивной. «Банку пива можно купить за 15-16 рублей, а пакет молока — за 60. Что предпочтет подросток?» — задал вопрос господин Селезнев. Аудитории живо представились юные калининградцы, дефилирующие, скажем, после победы «Зенита» в кубке УЕФА вечером по площади Победы — и все, как один, с большими пакетами молока. «Я предлагаю посерьезней подойти к этому вопросу», — зачем-то добавил Валерий Селезнев. Страшно и подумать, что еще (более серьезное) могли предложить господин Селезнев и его коллеги для противодействия алкоголизации. Вероятно, именно это представил себе — кто бы вы думали? Конечно, Валерий Фролов. Тоном врача в буйном отделении психиатрической клиники он произнес: «Помните, что это — один из многочисленных законов. Он позитивный, его надо принимать. Закон хороший». — «Не все рекомендации слушаний могут быть реализованы, — встрепенулась Тамара Кузяева. — Закон надо принимать, нет предела совершенству». И его приняли.

Без санатория

В повестке этого заседания оставалось лишь два важных вопроса. Первый из них — ситуация с детским кардиологическим санаторием в Светлогорске, о котором «ТР» сообщал в статье «(Бес)сердечная история» в середине апреля. Напомним, что под предлогом отсутствия лицензии деятельность санатория была приостановлена; врачи во главе с главным врачом Вячеславом Девятеровым считают, что кому-то понадобилась драгоценная курортная земля. Впрочем, докладывавший по этому вопросу Константин Поляков — совсем другого мнения. Он сообщил, что рабочая группа с участием его самого, министра здравоохранения Елены Клюйковой, а также сотрудников минсоцразвития и врачей больницы пришла к конкретному решению. Санаторий будет реорганизован и передан в ведомство минсоцразвития. Больные дети будут проходить курсы лечения в другом санатории — «Майском». На этом господин Поляков закончил свой короткий рассказ и поручил депутату от Светлогорска Сергею Козлову проконтролировать ситуацию. «Но ведь “Майский” далеко от моря», — произнес Михаил Чесалин. «Это неважно, — ответил вице-спикер. — Он в экологически чистом месте». —«Нужно посмотреть на эффективность того, что остается», — несколько туманно сказал господин Козлов, вероятно — относительно здания и территории в Светлогорске. «Проследите, чтобы он не ушел», — настоятельно посоветовал ему Константин Поляков.

Защитить санаторий, врачей и детей попытался лидер калининградских коммунистов Игорь Ревин. «У нас более 2 тыс. больных детей, — заявил он. — 850 человек проходили через светлогорский санаторий за год». Кроме того, по мнению депутата-коммуниста, причины такого пристального внимания к санаторию — сугубо экономические. «Я вам точно говорю, что все там перейдет в частные руки, — предупредил он. — Рядом с этим заведением уже появился особнячок».

Закрыл тему все тот же Олег Болычев, который сообщил, что «санаторий использовался в основном для отдыха детей врачей». И заметил, что Сергею Козлову вряд ли стоит участвовать в «изучении ситуации» одному, «учитывая его интерес в Светлогорске». Несколько человек усмехнулись, но как-то невесело.

«Народ, говорят, негодует»

Наконец наступил звездный час для сохранявшей до этого момента напряженное молчание Людмилы Рябиченко. Выйдя на трибуну, она сообщила, что очередная попытка проведения референдума по поводу размещения в регионе игорной зоны (напомним, уже четвертая) никоим образом не нарушает действующее законодательство. Кроме того, госпожа Рябиченко заметила, что появление игорной зоны есть факт далеко не гарантированный, что просьба построить много-много казино в Калининградской области была именно из зала областной Думы и что все происходящее вызывает у нее «опасения, что мы ввязываемся в большую опасность». Закончить свое выступление лидер движения «Народ против игорной зоны» попыталась метафорой. Она предложила депутатам представить себя живущими в доме, в который приходят соседи и предлагают сделать все намного лучше. «Крышу снизу, трубы наружу, а у дверей — бочку с нечистотами, и чтобы в нее люди ныряли за золотом», — живописала Людмила Рябиченко.

«Хватит, хватит», — вяло попытался остановить поток сознания оратора Константин Поляков. Остальные депутаты выглядели немногим бодрее — то ли от представленной картинки, то ли оттого, что пошел уже четвертый час заседания, а обеденным перерывом было решено пожертвовать. «Тема серьезная, я готов поддержать референдум, но процедура нарушена», — произнес Валерий Селезнев. «Не нужно бояться мнения народа», — заявил Витаутас Лопата и припомнил Австрию, где референдумы проводятся чуть ли не каждый месяц и граждане этой страны путем плебисцита даже отказались от участия в конкурсе на проведение Олимпиады. «Патриоты России против, — традиционно рубанул Михаил Чесалин. — В Конституции написано, что источником власти в России является народ». — «Нас ввязали в аферу; игорная зона будет, только если снег выпадет и мы будем в снежки играть, сейчас ни о какой зоне речь не идет. Мы не должны подставлять свои депутатские зады под барскую плеть», — добавил экспрессии Соломон Гинзбург. «Народ, говорят, негодует. А вот я не видел этого негодования», — завершил прения Валерий Фролов. Депутаты спешно проголосовали, остановив очередную попытку провести антиигорный референдум в Калининградской области. А Константин Поляков извинился перед коллегами за излишнюю экспрессивность высказываний госпожи Рябиченко. И вот ведь что приятно — обошлись без ОМОНа.
Источник: Алексей МИЛОВАНОВ, «ТР-VIP»

Комментарии к новости

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.