Андрей Кропоткин: «Если ты ушёл в политику — для бизнеса это всё, это крышка»

Глава горсовета Калининграда рассказал в интервью «Новому Калининграду.Ru» о кризисе, бизнесе, школах и о том, почему Ербол Тергубаев ушёл с поста главы бюджетной комиссии.

_32Z3729.jpg

«Хорошо, активно, динамично»

— Полтора года вы возглавляете горсовет. Как вам? Быстро пролетели эти полтора года, кстати.

— Да, я подсчитал. Действительно — полтора года уже, 18 месяцев. Как-то быстро… Наверное, быстро время течет, когда чем-то занимаешься, целеустремлен, есть какие-то определенные задачи… Горизонт видения у меня не очень короткий, поэтому я для себя в жизни все-таки ставлю определенные задачи. Если я дал согласие идти на должность председателя городского Совета, то мне еще два года надо работать. Я проработал практически половину своего срока. И вижу, что времени-то не так много осталось, а хочется сделать много. И прожить это время хорошо, активно, динамично. Надеюсь, что эффективно…

— Что вы сделали эффективного за это время? Можете пример привести?

— По крайней мере, помог людям при решении каких-то определенных их проблем. Ну, что-то касалось жилья, где-то благоустройства, где-то при открытии школ были проблемы, мы помогали их решить.

— Но этим же вы занимались, когда были рядовым депутатом горсовета.

— Нет, я этим не занимался. Я занимался в основном гражданами… А сегодня… Ну вот смотрите, в августе… Может, кто-то скажет, что делать было нечего, но я проехал 30 школ перед открытием. В день по 4–5 школ. Можно было этого не делать. Но в каждой школе я переговорил, как минимум, с компанией, которая делает услугу по питанию. Потому что цены растут. Заложенная стоимость обеда — 52 рубля. Каким образом они собираются выходить из сложившейся ситуации с подорожанием продуктов? Или это будет уменьшение обедов по весу — было 100 граммов, стало 80? Или они будут уменьшать калорийность, что по СанПиНам не имеют права делать? Я проговаривал с каждым предпринимателем, поверьте мне. Есть общее меню, а есть еще буфет. Какая у них выпечка, сколько они дают продукции, как это происходит?

Например, ездили по школам, и сейчас, я знаю, многие начали переходить на турникеты. То есть, половина школ уже с турникетами. Я считаю, что это очень хорошая вещь. И теперь система фиксирует, что ребенок вышел из школы. Прогулов будет меньше. Родителям приходит смс, что ребенок вышел или пришел. Родитель знает, что ребенок находится там-то или там-то. У ребенка на карточке могут быть денежные средства, которые он сможет потратить только в буфете, а не обманывать родителей и говорить: «А я проел их», хотя сам пошёл и потратил на что-то другое.

Но и то, что мы отвечаем за безопасность наших детей внутри территории учреждения, — это дорогого стоит. Вы, наверное, с нами тоже ездите, видите, что почти у каждой школы мы поставили заборы. Хотя, к сожалению, наши граждане, проживающие рядом, не везде воспринимают школьную территорию, как закрепленную за школой. Они привыкли ходить напрямую и говорят: «Да мы тут как ходили 30 лет, так и будем ходить!». Забор сделали, утром приходим, а они его срезают и… Серьезно! Даже до такого доходит! Опять устанавливаем… И вот таким образом пытаемся им внушить: ребята, нет, это территория школы, она охраняемая, у нас есть и предписания, и сегодня это очень важно, чтобы дети были в безопасности.

— А ваши дети в калининградских школах не учатся? Я имею в виду старшего, который в Испании живет.

— Нет, он там занимается теннисом. У меня четверо детей. Дочка закончила РГУ им. И. Канта, экономический факультет, заканчивала тут школу, осталась, здесь работает. Двое детей живут в Испании с бывшей супругой. И маленькая дочка, ей пять лет.

— Она в муниципальный детский сад ходит?

— Нет, она походила немного. Болела. И теперь с ней мама дома сидит. Дочка пойдет в школу в следующем году.

— В какую школу планируете отдать?

— Не знаю. Какая будет ближайшая, в такую и пойдет. Я не вижу здесь разницы. Сам учился в трех школах… Или есть у ребенка желание учиться, или нет. А от школы здесь немного зависит. У нас хорошее сильное образование, на самом деле.

_32Z3764.jpg

— Почему спросила про школы — у нас ведь с ними сейчас есть реальные проблемы. К примеру, мэр Калининграда Александр Ярошук говорил на примере 40-й гимназии, что к ней приписано очень много детей. И, насколько мне известно, в этой школе и дети некоторых депутатов учатся, хотя живут в другом районе.

— О том, что дети депутатов горсовета туда ходят, я только сейчас от вас слышу. На эту тему мы просто не общались, я не знаю. У меня было много обращений граждан, которые проживают там и не смогли попасть. Действительно, конкуренция бешеная. Думаю, что изначально слишком большой был список улиц, и его надо немножечко сокращать. По уму — строить вторую такую школу. Это будет правильно. Тем более, место определено для строительства в будущем школы — чуть подальше волейбольного центра. Но это при условии финансирования. Потому что ближайшая школа, это вы знаете, наверное, — это территория Артиллерийской на 825 детей. Уже тоже созрел микрорайон, разрастается, а инфраструктуры нет, школы нет. Детский сад там сейчас строят.

И школа просится на востоке — в конце Московского проспекта, где пос. Октябрьский. Разросся микрорайон, детский сад там тоже сейчас строят, необходима школа. 3,5 га предусмотрели для этого. И на Острове — там тоже ничего не было. Уже детсад начинают строить, потом будет корпус начальной школы. В принципе локально мы все большие места закрываем.

— Что с микрорайоном Борзова? 50-я школа, которая там есть, переполнена. Родители утверждают, что в рекреациях отгораживают дополнительные помещения под кабинеты, потому что детей некуда девать. В то же время стройка там продолжается, новые дома растут, как грибы.

— Детский садик там строится около школы № 50. Новая школа предусмотрена — площадь под бывшим КВАТУ, здание будет сноситься. Уже сейчас на повестке дня стоит строительство в этом месте школы. О конкретных сроках сложно говорить, потому что финансирование таких объектов идет не из городского бюджета, у нас просто нет денег. У нас денег хватает на какие-то свои социальные обязательства. Чтобы пытаться развиваться какими-то своими силами, у нас реально нет денег. Мы даже свои программы какие-то немножко урезаем. И еще больше нам надо урезаться, чтобы привлечь деньги. Они все привлекаются на софинансировании. И нам нужно искать процентов 20 еще. Хочешь миллиард привлечь? Найди 200 млн. Хочешь 2 миллиарда привлечь — найти 400 млн. И их где-то надо найти, от чего-то отказаться. Для этого и существует администрация города — она должна эффективно работать и смотреть, от чего можно отказаться, а что необходимо поддержать, чтобы привлечь дополнительные средства и вложить их в строительство.

Но вот хорошая встреча у нас была с почётными гражданами — они говорят, что город развивается. Но хотелось бы, чтобы и коммунальная среда была в нормальном состоянии — «Водоканал», «Теплосети», чтобы больше уделяли внимания предприятиям жизнеобеспечения… Я могу вам такие примеры привести. Вот, переданные военными детские сады и микрорайоны в районе Артиллерийской. Там же вообще ужас был. Там находиться нельзя было не только детям, но и взрослым — просто страшно было. И посмотрите, что сейчас. А таких мест у нас больше 200. Потихоньку за 3–4 года мы привели практически в то состояние, при котором там могут находиться дети, и с удовольствием родители их туда ведут.

— Насколько я помню, полтора года назад, когда вы только стали председателем горсовета, вы об этих проблемах даже и не знали.

— Ну конечно, откуда я мог о них знать. Пока не поедешь сам, не посмотришь, не прочувствуешь, ничего никогда не увидишь. Пока не покажешь… Ещё пример: детский сад. Спрашиваю: почему не делаете крышу на веранде? Скоро рухнет ведь! На кого? На ребенка! Скажешь и смотришь — что-то меняется. Или разговариваешь с бизнесменом, говоришь ему: ну ты же рядом строишь, ну сделай как надо. Например, на Вагоностроительной, на проспекте Победы детский садик на углу… Приехал туда и офигел — строительство вовсю, забор примыкает к детскому садику. Нашел собственника и говорю ему — ну тебе не стыдно? А если что-то случится? Так он, во-первых, сделал за свои деньги крышу, во-вторых, за свои деньги «Лексаном» все отделал, потому что машин едет большой поток, дети этим всем дышат. Еще он и площадку сделал, я его «раскрутил». Надо просто разговаривать с ними. Почти миллион рублей человек вложил, хотя не обязан был этого делать… Есть нормальные, абсолютно нормальные… И я тоже периодически занимаюсь этим — вкладываю деньги, просто не хочу много говорить про это. Но периодически что-то делаю.

Например, на Вагоностроительной, на проспекте Победы детский садик на углу… Приехал туда и офигел — строительство вовсю, забор примыкает к детскому садику. Нашел собственника и говорю ему — ну тебе не стыдно? А если что-то случится? Так он, во-первых, сделал за свои деньги крышу, во-вторых, за свои деньги «Лексаном» все отделал, потому что машин едет большой поток, дети этим всем дышат. Еще он и площадку сделал, я его «раскрутил». Надо просто разговаривать с ними. Почти миллион рублей человек вложил, хотя не обязан был этого делать…

— Свои деньги? Но вы же не занимаетесь официально бизнесом — передали его в доверительное управление?

— Абсолютно так. Но денег в бюджете нет, а делать надо. Просто беру и делаю. Например, самолёт в сквере на Борзова. Был ураган в январе. Он «засадился». Самолёт уже сам летает — с петель слез. Корпус разорвало, он весь прогнил. Мне сделали фотографии, и я просто в шоке. Потому что думал, что обойдусь легко — просто какой-нибудь сварщик залезет на него и что-нибудь там заварит. Оказалось — бесполезно! Надо снимать, пилить крылья, везти на завод «Кварц» и там ремонтировать. Приглашу, когда мы его будем снимать. Но потом он будет как новый! Конечно, в разы возрастает стоимость работ, но ничего. И плюс хочу сделать там фонарики по типу взлетной полосы, и самолет будет как будто взлетать… Сделаем, 70 лет на носу, а у меня дед воевал.

— Зачем тогда сквер открывали, красную ленту перерезали, если там еще не все готово было? Самолёт не готов, рядом груды песка…

— Нет, рядом площадка сейчас нормальная, и там мы посадим 70 деревьев. Сквер нужен, и он всё-таки для ветеранов и их родственников, которые собираются. Им негде собираться, да и сегодня мы им сделали сквер, который действительно пользуется популярностью. И жители туда приходят, потому что он цивилизованный. Про самолёт никто не знал, что он в таком состоянии, пока мы его не исследовали. Мы сами в шоке. За 45 лет, что он там стоит, он весь проржавел. Несмотря на то, что алюминий! Он же вообще не ржавеет, а тут проржавел. Вот такими дырами! Но к апрелю все будет сделано.

— Почему не в апреле решили перерезать ленточку, зачем обязательно в декабре?

— Как сделали, так сделали. В апреле у вас будет новый красивый сквер с самолетом и посажеными деревьями. Обещаю. Это будет к 70-летию штурма Кёнигсберга.

_32Z3755.jpg

«В Калининграде мы немножечко другие»

— Осенью был принят закон, изменяющий схему управления муниципалитетами. Насколько мне известно, изначально предполагалось ввести в Калининграде стандартную схему — назначенного сити-менеджера, а депутатов избирать от районов. Как вам удалось отстоять действующую схему?

— Давайте попытаемся отделить мух от котлет. Было несколько вариантов, которые субъект федерации предлагал принять. Президент четко сказал власти: общайтесь и принимайте более эффективную схему управления тем или иным муниципалитетом. Мы проанализировали различные системы, которые у нас были. А у нас были все, поверьте, — когда-то у нас было и 390 депутатов на 200 с чем-то тысяч человек. В начале 90-х было 256 депутатов. Я же сейчас исследования все сделал за все 70 лет представительной власти, в принципе изучил историю всего города.

— Может быть, вы уже кандидатскую диссертацию на эту тему написали?

— Нет. Просто это хорошая работа, которой можно будет и в школах пользоваться. Я в виде книги это сделаю с фотографиями. Представляете, есть фотографии, где наш первый мэр в будёновке — он же военный был.

Мы проходили деление города и на пять районов, потом у нас была оптимизация, и три района. Потом опять произошла оптимизация в связи с тем, что город у нас очень компактный, не растянут на километры, как некоторые города. Был период, когда сделали один округ, который занимается управлением города. Это повлекло за собой сокращение финансов на обслуживание администраций. Все это оказалось эффективно, быстро. Это как с велосипедом в Копенгагене. Комфортно, удобно, быстро. Здоровый образ жизни получаешь и ничего не платишь — за бензин же и паркинг не нужно платить.

— Возвращаясь к теме о схеме управления городом. У нас была информация, что у вас всё же были дискуссии с областными властями на эту тему.

— Президент ясно и чётко сказал: власти должны поговорить, обсудить и принять самую эффективную схему управления муниципалитетом. Поэтому у меня доводы были однозначные — при внутрирайонном делении ликвидировалась выборная должность главы города. А я считаю, что в Калининграде мы немножечко другие, и у нас есть история, традиция — мэр должен выбираться населением. Нельзя забирать вот это последнее, тогда вообще люди не будут приходить на выборы. А мы еще говорим про какие-то референдумы, о настоящем демократическом обществе.

— Во время последних выборов мэра избрало всего 10% населения.

— Явка была 20%… Но это проблема на Западе такая же, но там штрафуют, если не приходишь на выборы. То есть, люди стали менее активны политически и в Европе тоже.

Я считаю, что в Калининграде мы немножечко другие, и у нас есть история, традиция — мэр должен выбираться населением. Нельзя забирать вот это последнее, тогда вообще люди не будут приходить на выборы. А мы еще говорим про какие-то референдумы, о настоящем демократическом обществе.

— Как вам удалось убедить областные власти не менять схему?

— Аргументами. Эффективностью работы… Жизнь покажет. Но сегодня я думаю, что та структура управления городом, которая есть, она эффективна и чётко выражена, вертикаль работает. Те проблемы, которые действительно возникают, бывает, в этот же день и решаются. Без всяких бюрократических проволочек. Я вот выезжаю или по телефону сразу все решаю. Такого раньше не было.

— Но всё же складывается впечатление, что нынешний состав горсовета делает схему «под себя».

— Будут новые выборы, будет другой состав. В Уставе у нас записано, что выборы будут проходить по одномандатным округам и по партийным спискам. Это федеральный закон о выборах в муниципалитетах. Но его может изменить субъект федерации, если посчитает нужным. Но сегодня даже разговоров таких не было. Консультации, может быть, и будут какие-то. Но сегодня это так. Хотя моё четкое убеждение — что избиратель, гражданин, житель (можно по-разному назвать) должен знать в лицо того человека, к которому он должен будет обращаться, и который, по его мнению, сможет помочь в той или иной ситуации.

— Но некоторые наши избиратели до сих пор половину депутатов в лицо не знают.

— Этот рейтинг за последние два года очень сильно вырос.

— Благодаря тому, что вы выделяете из бюджета города миллионы рублей на освещение своей деятельности в СМИ?

— Я думаю, что не это главное. А то, что очень много общения с людьми. Только официально, я вам могу сказать, более 5 тысяч встреч было у избирателей в том году. Более 3,5 тысячам избирателей была оказана материальная помощь. И это только официальные обращения. Но есть еще, как минимум, дворы, в которых что-то делается. Приезжает депутат, я приезжаю с депутатом. Перед тем, как начинаются работы, мы разговариваем с подрядчиком и просим, чтобы выполняли все, что прописано в техзадании. Потом мы также принимаем работы. Очень много нарушений. Эти нарушения наши специалисты находят. На самом деле нам после такого контроля идут навстречу все подрядчики, потому что они боятся, что в будущем не смогут участвовать в конкурсах. Хотя это же открытые конкурсы… Но они все равно боятся, и правильно делают. Подрядчики реально начали по-другому относиться к своим обязанностям.

— Насчет информирования через СМИ. Стабильно хорошие контракты берет телекомпания «Каскад», соучредителем которой является супруга депутата горсовета Олега Шкиля Алиса Шкиль. С точки зрения конфликта интересов, вам не кажется, что это не очень правильно?

— Но если есть где-то вранье, скрытность или нечестность какая-то, я думаю, что уже были бы какие-то сигналы. Теперь дальше. Это же предпринимательская деятельность. Я же не могу повлиять… Но у нас же телекомпаний всего две. Из чего выбирать? Две компании на две четко выраженные целевые аудитории.

_32Z3740.jpg

«Я Ербола понимаю»

— Еще про ваших депутатов. Последняя громкая история с выделением земельного участка на ул. Донского. Городская администрация утверждает, что там будет парк. У нас есть выписка из ЕГРЮЛ, подтверждающая, что соучредителем компании-арендатора земель является «Калининградстройинвест», которым руководит депутат Валерий Макаров. Учитывая, что депутат Макаров возглавляет комиссию по градорегулированию, которая может инициировать изменение назначения земельного участка из парковой зоны под жилищное строительство, насколько это нормально всё?

— Депутат работает без зарплаты и имеет право заниматься коммерческой деятельностью. Честно говоря, я у него спросил, и он мне тоже сказал, что не является учредителем. Не думаю, что он будет лукавить. Зачем? Я разговаривал с Александром Георгиевичем Ярошуком, он сказал, что есть инвестор. Не сказал, кто. Но ни о какой жилищной застройке там даже речи не ведётся.

— Но это очень странно. Вдруг оказывается, что планируется какой-то парк. Раньше бы горвласти об этом на каждом углу кричали. А теперь все тихо происходит.

— Я хочу сказать, что та работа, которая там сейчас ведется, — это очень дорогая работа. Я знаю, что такое археологические исследования. И на территории этого парка 20 тысяч могил. Вы не представляете, сколько стоят исследования. Больше 70 млн рублей, про которые говорят.

— И смысл инвестору вкладывать такие деньги ради парка?

— Во-первых, хорошо, что он это делает, потому что там даже пройти было страшно. И во-вторых, парк — там же могут быть рестораны, аттракционы, мини-зоопарк, например. Это общественное место. Надо просто смотреть, какие парки есть в городах… Знаете, хороший парк окупится на 100%. Но хороший парк сделать стоит больших денег. Очень больших. И если инвестор идёт на то, чтобы там расчистить территорию, пока надо сказать ему спасибо.

— Мы так понимаем, что даже если у инвестора и были мысли застроить территорию жилыми домами, то уже выхода у него не остается — всем пообещали, что там будет парк.

— Конечно. Сейчас и мы на это не пойдем, и глава на это не пойдет. Нет, безусловно. Но там может быть инфраструктура любая, если она будет общественной. Даже какой-нибудь отельчик, а внутри парк. Как Диснейленд в Париже. Но, по моему мнению, такое не сделать здесь — это огромные деньги. Я просто знаю, сколько одна только горка американская стоит. Была у меня мысль лет 7 назад, но мне как сказали, я чуть с дуба не рухнул. Во-первых, она не всегда будет работать — у нас и зима, ветра. Сама горка хорошая стоит миллиона 2. Горочка небольшая.

— Еще одна тема по поводу застройки. Долгое время уже все удивляются этой ситуации, но это из серии «А Васька слушает, да ест». В 2009 году Правила землепользования и застройки были опубликованы в газете «Гражданин» в черно-белом варианте. И застройщики до сих пор выигрывают суды у горадминистрациипоскольку не могут определить, какие именно территории к каким конкретно зонам относятся.

— Я возьму этот вопрос на заметку. Но хочу одно сказать: в этом году уже будет новый Генеральный план, поэтому, может быть, нет смысла возвращаться к прежнему, потому что все равно уже никаких изменений не будет. Новый Генплан будет действовать 20 лет до 2035 года. Будут новые Правила землепользования и застройки. Поэтому, наверное, уже ушла эта тема. Но я проверю, мне даже самому это интересно.

— Интересно было бы посмотреть на проект новых Правил.

— Будут общественные слушания, это все серьезно. Этот вопрос точно не пройдет мимо населения.

— По поводу отставки Ербола Тергубаева с поста главы бюджетной комиссии. Вы говорили на заседании, что он «немножечко устал». Но эта тема удивительно совпала с его дискуссией в «Фейсбуке» с социологом Алексеем Высоцким по поводу экономической ситуации и Крыма. Вы не видите связи?

— Я не читал, у меня нет «Фейсбука», я не пользуюсь этим. Не знаю, хорошо это или плохо, но не пользуюсь. И даже не слышал. Поэтому мне кажется, что просто кто-то хочет придать этому политический оттенок. Расскажу вам честно про Ербола. Тяжелая ситуация началась — это не вчера, а еще год назад. Мы много с ним общаемся, у нас хорошие отношения. Обсуждали, что уже тяжеловато становится с бизнесом — он занимается стройматериалами. И весь прошлый год было всё тяжелее и тяжелее. Я вам могу сказать, что работе любой основополагающей комиссии горсовета нужно уделять очень много времени…

Вот отдалюсь чуть-чуть. Надо, чтобы вы тоже понимали. Я сейчас занимаюсь этой работой (председателя горсовета). И когда ты получаешь что-то новое, нужно отказаться от старого. Не бывает фантастики. Не буду говорить, какие и что, но какие-то бизнесы я фактически потерял. Из-за того, что там нужно было мое каждодневное вмешательство, а я этого делать не мог. Те бизнесы, которые можно спланировать, и ими может управлять управляющая компания без ежедневного включения в процесс собственника, — что-то работает, что-то потерял. И я понимал это — и книжки читал соответствующие. Не бывает так, чтобы один раз бизнес выстрелил — и всё. Нет, это каждодневная работа. Как костер — он тухнет, если дрова подкидываешь, — он горит. Поэтому я Ербола понимаю. Бюджетная комиссия требует много времени, нужно вникать в каждый вопрос. А я тут вообще с 7 утра и до позднего вечера. Поэтому мы часто с ним встречались, обсуждали те или иные вопросы. И, наверное, нехватка времени повлияла на то, что у него бизнес начал буксовать. Это не вчера произошло, а потихоньку, и сегодня у него бизнес практически потерян.

Я Ербола понимаю. Бюджетная комиссия требует много времени, нужно вникать в каждый вопрос. А я тут вообще с 7 утра и до позднего вечера. Поэтому мы часто с ним встречались, обсуждали те или иные вопросы. И, наверное, нехватка времени повлияла на то, что у него бизнес начал буксовать. Это не вчера произошло, а потихоньку, и сегодня у него бизнес практически потерян.

— Главы комиссий работают на общественных началах без зарплаты?

— Да.

— И почти все они — бизнесмены?

— Не все. Вот сейчас Олег Быков — он возглавляет муниципальное предприятие, у него есть время. А Валерий Макаров — да, может также уйти с поста главы комиссии. Но у него направление строительное. В принципе, его можно выстроить так, чтобы там занималась только служба заказчика. Ты говоришь, куда идти, и они идут. А стройматериалы — это каждодневная операционная деятельность. И по услугам, ресторанам… Поверьте мне — если ты ушёл в политику — для бизнеса это всё, это крышка. Все думают, что тут кто-то сидит с жиру бесится. Нет, всё это ерунда.

Я говорю, как оно есть в жизни. Если ты нашел себе работу, которой хочешь заниматься, и от которой глаза горят — нужно отказаться от прежней… Ведь деньги в жизни — это лишь инструмент для достижения определенной цели, этапа, опыта. На них не надо ставить, это вторично или даже третично. И если появилась возможность вникнуть в устройство местного самоуправления, какой-то свой сделать вклад… Мне пока за себя не стыдно. Но пока я не вижу, что будет дальше. Очень много трачу времени и немного даже уже начинаю уставать…

_32Z3774.jpg

— На посту мэра не видите себя?

— Пока не вижу, есть у нас мэр, и достойный.

— Но Александр Ярошук говорил, что не пойдет на третий срок.

— Я этого не слышал. Если он пойдет, я его обязательно поддержу, потому что он замечательный управленец, многое принес для города Калининграда. Если он откажется, это будет другой разговор. И я смогу тогда о чем-то думать. Но сегодня я об этом не думаю, у меня еще есть два года работы в горсовете — непростой, интересной и активной, и я смогу себя показать и принести пользу.

— Вы видите себя и дальше главой горсовета? Или можете устать? Может, надоест?

— Поверьте мне, цепляться за кресло я не буду точно. Есть люди, которые цепляются за кресло. Вот он уже устал, у него глаза потухли. А он всё сидит и сидит! Знаете, как Брежнев. Не надо! Устал? Иди, ищи себя в другом, там, где у тебя будут гореть глаза, ты сможешь действительно получать удовольствие. Жизнь коротка. Время надо свое ценить и беречь.

«Я сам не знаю, что будет дальше»

— Судя по ситуации с Тергубаевым, у депутатов-бизнесменов есть проблемы. Вы обсуждаете между собой экономическую ситуацию?

— Обсуждаем. У всех. Не бывает такого, чтобы у всех плохо, а у кого-то одного хорошо. У всех проблемы… И это немного пугает. У меня сегодня есть ответственность за бюджет, за доходы города. Я понимаю, что бизнес будет платить меньше налогов, я чувствую это. Будет сокращать людей и платить меньше налогов. А люди понабрали ипотеки, им надо с чего-то платить. Это круг. Почему я и хочу изучить антикризисный план Правительства РФ. Это очень важно для Правительства — удержать ситуацию внутри страны. Чтобы малый и средний бизнес, который двигатель всего, получил помощь. Но важно не просто дать денег, а помогать развиваться. Может быть, действительно очень разумно молодым активным людям, которые хотят попробовать себя в предпринимательстве, дать возможность не платить налоги первые два года. Это правильно…. Все равно этой фирмы сейчас нет. Придет третий год — и пусть платит.

Я понимаю, что бизнес будет платить меньше налогов, я чувствую это. Будет сокращать людей и платить меньше налогов. А люди понабрали ипотеки, им надо с чего-то платить. Это круг.

— Придет третий год, и фирма ликвидируется.

— Ну, это мы уже так привыкли, да. К примеру, управляющая компания ликвидируется, появляется новая, а сидят те же лица, только все сытнее и сытнее. Может такое быть. Но я не верю, что все будет прямо вот так, как все думают. Надо давать какие-то преференции.

— Вы будете снижать налоговую нагрузку для малого бизнеса в Калининграде?

— Это надо обсуждать. Просто взять и сократить налоги… А за счет чего тогда содержать город?

_32Z3757.jpg

— Раньше говорилось, что ЧМ-18 нам поможет, будут большие федеральные вливания.

— Вливания будут. Но вряд ли они будут больше, чем обещаны. Это во-первыхВо-вторых, в связи с тем, что правила меняются, дорожают комплектующие, а деньги те же, придется еще и сокращаться в каких-то проектах. Точно не буду утверждать, но знаю, что идет речь об отказе от пешеходного моста на Остров. Может быть, он действительно не так важен. Важнее автомобильные мосты сделать, фасады зданий, набережные. А то набережная Трибуца классной будет, а дома — будто в гетто. Ну надо уже до конца все сделать.

Когда будет список улиц уже утвержден — посмотрим… У нас много уже улиц сделано, Ленинский проспект весь сделан. Но есть же улицы, к примеру, где Дворец бракосочетаний, там и фасады надо привести в порядок. Черняховского, Невского. Много работы. Окружную надо сделать хотя бы до Невского, сколько денег хватит…

— Может получиться, что нам предложат делать все за свой счет?

— Нет. За какой счет? Где деньги взять? Мы дотационные, мы не доноры. Если бы у нас здесь были нефтяные скважины или золото добывалось…

— Я наблюдала переживания одного бизнесмена, который говорил, что у него проблемы в бизнесе, импортные комплектующие из-за падения рубля стоят жутко дорого, производство невыгодно, и все очень плохо. Но после этого мы узнаем, что на Новый год он всей семьей съездил отдохнуть на горнолыжный курорт в Европу.

— Значит не сильно так плохо все.

— Сейчас мы обзванивали чиновников и бизнесменов и выясняли, что у них тоже не так всё плохо — они ездят по заграницам. Но при этом получается, готовы будут сокращать людей.

— Что касается новогодних праздников — думаю, это был постсиндром. У многих путевки были заказаны и куплены до того, как стало действительно плохо. И отказываться уже — просто потерять деньги. Я знаю, что больше половины людей, которые поехали в поездки, стояли перед фактом. В следующем году, поверьте, будет в разы меньше. Увидите. Что касается сокращений… Конечно, они будут. Любой предприниматель начинает сокращать в кризис издержки — отказываться от рекламы, люди начинают отказываться от походов в рестораны. У предпринимателя есть обязательства перед семьей, перед банками, и он начинает бюджет перестраивать по-другому

И еще — раньше он мог планировать, предполагать, что принесёт следующий год. А сегодня он не может знать, что будет в следующем году, какие будут правила. Я сам не знаю, что будет дальше. Знаю, что все будет хорошо, потому что добро всегда побеждает зло. Должно быть так. Но мы должны пройти через трудности. До какой степени тяжёлыми будут эти трудности? Сколько это продлится по времени? Не знаю. Поэтому нужно держаться плечом к плечу.

Фото — Виталий Невар

Текст: Оксана Майтакова

Комментарии к новости

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.