Иванов : "Мы не используем в войсках камикадзе"

Россия ответила на выпады литовских властей по поводу Су-27. Министры обороны и иностранных дел снова потребовали вернуть самолет и летчика. Еще один министр – глава Минтранса – предпочел не говорить, а действовать. Он отложил заседание российско-литовской комиссии по сотрудничеству.

Конфликт с истребителем Су-27 ВВС России, рухнувшим на территории Литовской республики, продолжает набирать обороты. За минувшие сутки к нему подключились сразу три российских министра. Прежде всего, свою позицию высказал министр обороны Сергей Иванов. В день происшествия, 15 сентября, он и так пошел на несвойственный ему шаг: позвонил литовскому коллеге и предложил компенсировать ущерб, нанесенный падением самолета. Теперь же, когда дело дошло до взаимных упреков и обвинений, Иванов воспользовался случаем и парировал выпады Литвы.

«Сейчас литовская сторона сомневается в непреднамеренности нарушения ее воздушного пространства российским боевым самолетом и полагает, что это была глубокая операция по прощупыванию ее системы ПВО, – сказал журналистам Иванов, прибыв с рабочей поездкой в Бишкек. – На это я могу сказать: мы потеряли самолет».

«Такими способами проводить разведывательную операцию может только идиот. Мы не используем в войсках камикадзе».

Иванов припомнил и обвинения Эстонии. Он назвал не соответствующими действительности утверждения эстонских властей, что российские военные самолеты, в том числе разбившийся Су-27, нарушили международное право, отключив транспондеры (аппаратуру для поддержания связи с землей). «Советую эстонской стороне хорошо изучить международное право, – сказал он. – Военные самолеты могут вообще не иметь на борту транспондеров или имеют полное право их не включать. Точка».

Кроме того, министр обороны подчеркнул, что никакой политической подоплеки здесь нет. «Просто несчастный случай», – поддержал он версию российских экспертов, после чего предложил убедиться в ее достоверности, расшифровав бортовой самописец истребителя. «Мы три дня назад доставили в Калининград аппаратуру для расшифровки “черного ящика”, – отметил министр обороны. – Мы готовы расшифровывать его в Калининграде или в Литве, но литовские власти на свою территорию эту аппаратуру не допускают». «Возникает вопрос: какие цели преследует литовская сторона? – цитирует сомнения Иванова агентство «Интерфакс». – Я не понимаю, какими мотивами она руководствуется, но рассчитываю, что это расследование долго длиться не может».

И, наконец, Иванов поддержал стратегию российских дипломатов и потребовал вернуть истребитель, являющийся имуществом России, и его пилота. «Майор Троянов и самолет случайно оказались на территории Литвы, они освобождаются от юридической ответственности литовской стороны, – заявил он. – Я очень надеюсь, что литовская сторона не будет тянуть резину и подойдет к решению вопроса об их возвращении в Россию конструктивно». Взамен министр обороны гарантировал оплатить литовской стороне комиссионные издержки по падению самолета. «Объявленные Литвой 3 тысячи евро мы готовы заплатить хоть завтра», – пообещал он.

Возможно, не останется без награды и майор Троянов, который нанес Литве этот ущерб.
Иванов заявил, что летчик в критической ситуации действовал «абсолютно правильно», и не исключил, что Троянов будет представлен к награде. Видимо, за то, что не допустил жертв и еще большего ущерба на чужой территории.

Свое слово по поводу ситуации вокруг российского самолета сказал и глава МИД РФ Сергей Лавров. Общаясь с журналистами в Нью-Йорке, он выразил беспокойство в связи «с заявлениями некоторых членов правительства Литвы, включая фантазии, что катастрофа была спланирована специально, чтобы достичь каких-то целей». «Это не тот путь, которым можно нормально решать возникающие проблемы, – прокомментировал Лавров. – Мы не раз предлагали нашим партнерам из Прибалтики и нашим партнерам по НАТО конкретно заняться урегулированием проблем безопасности воздушного движения и даже совместно управлять воздушным движением, однако это предложение осталось без ответа».

Лавров подчеркнул, что Россия предупреждала своих партнеров о возможности возникновения ситуации, «которая даже по не зависящим от человеческого фактора причинам может вызывать вопросы».
«Непреднамеренная военная деятельность в районе границы должна регулироваться специальными договоренностями», – рассудил министр иностранных дел, понадеявшись, что теперь эта позиция российской стороны «будет услышана».

А министр транспорта России Игорь Левитин ничего не сказал. «В связи с обострением ситуации из-за падения на территории Литвы российского самолета» он просто отложил заседание комиссии по торгово-экономическому, научно-техническому и культурному сотрудничеству между Россией и Литвой. Как сообщили агентству «Интерфакс» в департаменте информации МИД Литвы, с такой формулировкой Левитин предложил литовскому министру иностранных дел Антанасу Валионису перенести это мероприятие на более позднее время. Ранее его проведение было запланировано на 23-24 сентября. Все, что оставалось Валионису, это «выразить сожаление по поводу принятия российской стороной такого решения, в то время как Литва стремится к доброжелательному сотрудничеству с Россией в расследовании инцидента».

Вечером во вторник литовская прокуратура действительно пошла на уступку и согласилась разрешить подозреваемому майору Троянову общаться с кем ему угодно.
Как заявил ведущий дело прокурор Миндаугас Дуда, летчик все еще остается под «домашним арестом», но отныне может встречаться с российскими военными экспертами, в том числе представителем Минобороны Сергеем Байнетовым, а также своими родными. В частности, уже во вторник вечером Троянов встретился со своей женой Ольгой, и ей разрешили с ним остаться на время проведения расследования. В тот же вечер Троянов впервые пообщался с журналистами. Он поблагодарил литовских граждан и российских дипломатов за помощь и заботу и сказал, что с первого дня чувствовал, что его не бросят: «Все будет хорошо, я думаю. Русские своих не бросают».
Источник: Газета.Ru

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.