Урок литовского

Приближается к финишу история с российским истребителем Су-27, нечаянно залетевшим в Литву, разбившимся на крестьянском поле и вызвавшем громкий международный скандал. Поверим главкому ВВС России генералу армии Владимиру Михайлову: пройдет пару дней, ну, может, от силы - неделя, и наш летчик майор Валерий Троянов вернется в родной полк, к семье и детям. Вместе с его родными и близкими, друзьями и сослуживцами будем надеяться на это и мы. С нетерпением ждать этого момента.

А пока постараемся разобраться, из-за чего заблудился в балтийском небе русский летчик? Почему литовские политики и военные придали этому несчастному случаю такое непомерно большое значение? Случаю, который, по счастью, в первую очередь, благодаря спокойным и профессиональным действиям российского пилота, не привел к каким-либо жертвам и даже к возможным серьезным разрушениям. Начнем, пожалуй, с размышления над последним вопросом.

Оскорбленные чувства и раздражение высокопоставленных литовских государственных деятелей понятны. Они так настойчиво толкали страну в объятия НАТО, так искренне убеждали своих сограждан, что неминуемые обязанности, которые Литва и ее народ, а так же армия и флот должны будут нести при вступлении в Альянс, обернутся для них огромнейшим благом – Североатлантический союз раскроет над Литвой свой огромный зонтик. И больше никто никогда и ни при каких обстоятельствах не нарушит покой литовских граждан.

Наконец-то, они добились своей цели – вступили в Альянс. Затратили бешеные деньги, чтобы перевооружить и оснастить свои вооруженные силы западной боевой техникой и оружием. Не новыми, но все же. Выговорили для себя у Брюсселя «четверку» натовских истребителей, которые обязались по очереди нести недреманную вахту в литовском небе. Послали своих офицеров учиться в американские, канадские, немецкие и итальянские военные академии и колледжи, а войска - воевать в Ираке и в Афганистане, бороться с терроризмом, защищать там идеалы свободы и демократии. И что в ответ? А в ответ - позорный облом: двадцать минут кружит в небе «суперзащищенной страны» чужой истребитель, и его не то что никто не видит, но натовский караул, состоящий из немецких перехватчиков «Торнадо», даже не пытается подняться в воздух и принудить нарушителя к посадке! Есть от чего прийти в ярость.

Скандальной отставкой одного командующего ВВС Литвы полковника Йонаса Марцинкуса тут, конечно же, не обойтись. Утверждение о том, что «русский истребитель выполнял разведывательный полет», «залетел в литовское небо с запланированной провокационной целью», «нарушил границу суверенного государства на боевой машине, вооруженной ракетами», «на самолете оказалось до двух килограммов радиационного металла», «пилот путается в показаниях и не говорит всей правды», - все это только маленькая толика всех тех нелепых упреков и претензий, которые высказывали с телеэкранов литовские официальные лица. Нелепых потому, что ЧП есть ЧП. Оно может случиться с любым летательным аппаратом. От подобных случайностей, какое произошло с Валерием Трояновым и его самолетом, не застрахован никто. Хотя, как учит нас диалектика, случайность - это всегда проявление закономерности.

О закономерностях мы еще поговорим. А сейчас отдадим все-таки должное литовским властям. Они постарались соблюсти хотя бы минимальные правила гуманного и цивилизованного, «европейского» обращения с нашим летчиком. И хотя изменили его юридический статус из «свидетеля» в «подозреваемого», взяли под охрану, но не заперли в СИЗО, а поселили в приличной гостинице, разрешили приехать жене, дают возможность общаться с представителями посольства, дали добро на встречу с журналистами. Спасибо им за это.

Правда, демонстративный отказ от участия в расшифровке «черных ящиков» российских военных специалистов с их аппаратурой и опытом, попытки накручивать обстановку, апеллировать к руководству НАТО с целью оказать неприкрытое давление на Россию, резко осудить ее, вызвать напряжение между Брюсселем и Москвой, другие скандальные действия, которые иначе, как политическими спекуляциями, не назовешь, конечно же, вызывают объяснимое недоумение и протест. Вряд ли стоит так здорово «перегибать палку», тем более, если хочешь сохранить более-менее добропорядочные отношения с соседями.

Вспоминаю, как два года назад возвращался поездом из Вильнюса, куда был приглашен для знакомства с жизнью литовской армии тогдашним министром обороны Литвы. На границе с Белоруссией меня, московского журналиста, ни с того ни с сего буквально начали «шмонать» литовские таможенники. Единственного на весь вагон. Заставили вывернуть все белье, чуть не сломали дорогой фотоаппарат, пытаясь открутить у него объектив, даже прощупали швы на пиджаке и плаще, как будто я вывозил из страны подпольную «Искру» или «Правду». Естественно, ничего не нашли. Ушли, не извинившись. Я долго не мог понять, почему под такую «разделку» попал именно я. В вагоне было много людей, багаж которых стоило бы осмотреть основательно. Позже догадался – они не были журналистами. Они не могли рассказать в СМИ о том, какие грозный и принципиальный народ литовские таможенники. Я, кстати, об этом тоже пишу в первый раз. Именно потому, что история с летчиком Трояновым напоминает мне тот самый «демонстрационный показ» на литовско-белорусской границе.

Но, Бог с ними, с демонстраторами государственного оскорбления и суверенного права делать на своей территории все, что ими считается нужным. Главное, чтобы они побыстрее освободили нашего пилота. А мы подумаем над тем, как не давать возможности некоторым нашим соседям «раздувать из мухи слона». Тут, на мой взгляд, ситуация намного сложнее. И вот почему.

Су-27 заблудился над Балтикой по многим причинам. И потому, что был из рук вон плохо организован перелет семерки боевых машин во главе с лидером А-50, самолетом дальнего радиолокационного дозора и наблюдения. И потому, что для него не был задействована система контроля воздушного пространства союзной нам Белоруссии, что просматривает балтийское небо на сотни километров. И потому, что летчик майор Троянов, видимо, не был проинструктирован на предмет того, как действовать в чрезвычайной ситуации, на какие маяки ориентироваться. А в бортовой компьютер «сушки» не внесена программа для автопилота.

Судя по тому, что у истребителя Су-27 во время полета вышла из строя навигационная и связная аппаратура, - она была плохо отлажена или не первой свежести. И то, и другое свидетельствует о том, что даже в полках, которые стоят на границе России, а 6-я армия ВВС и ПВО под Санкт-Петербургом прикрывает именно северо-западные рубежи нашей страны, боевая техника достаточно старая и, по большому счету, не соответствующая требованиям современного боя. Из-за чего «закоротили» приборы, еще будут разбираться. Не исключено, что и от электромагнитных вспышек на Солнце. Но, если приборы истребителя не выдерживают аномальных явлений природы, что будет, если во время реального боя на них воздействуют мощными системами радиоэлектронной борьбы? Вопрос, как говорится, риторический.

Выйдет из строя не только навигационная и связная система, но и система управления оружием, другая сложнейшая и крайне необходимая, как для победы в бою, так и просто для обеспечения безопасности полета, бортовая аппаратура. Что тогда сможет сделать летчик? Если у него дублирующие системы жизнеобеспечения машины и пилота? Если есть, то почему они не сработали у Валерия Троянова? А если их нет, то когда появятся? Хотя бы в пограничных округах. И еще вопрос: если правда, что автоответчик «свой-чужой» не самоуничтожился при катапультировании пилота, то инцидент со стареньким истребителем России обойдется очень серьезную сумму. В сотни миллионов рублей, а не в тысячах евро, как надеялся наш министр обороны. И, судя по тому, что наши ВВС получают в год только семь модернизированных «сушек», то, очевидно, что новых весьма затратных ЧП из-за отказов устаревающей боевой техники не избежать.

Это именно та закономерность, которая проявляется в случайностях.

Не избежим мы подобных случаев и потому, что, как и прежде, родным ВВС все так же, как в прошлом, не хватает денег на полеты, точнее - авиационного керосина. По сообщениям прессы, у майора Троянова всего пять часов налета в этом году. Может быть, это не совсем правда, - сразу возникает очевидный вопрос: как такого растренированного пилота выпустили в столь дальний перелет – от Питера до Калининграда, да еще в воздушном пространстве, где «шаг влево – шаг вправо» зацепишь чужие границы со всеми вытекающими отсюда последствиями? Но если у него есть и 30 часов налета, которые, по словам министра обороны, приходятся на каждого среднего российского летчика при норме 150-180 часов в год, то и эти часы тоже не внушают оптимизма. И опять же, судя по тому, что в бюджете на будущий год на закупку горюче-смазочных материалов для армии и флота (того же авиационного керосина) отпущено столько же денег, как и в этом, то на радужные перспективы надеяться нечего.

Еще один весьма существенный момент. Опыта полетов на боевых самолетах не хватает не только строевым летчикам, но и курсантам летных училищ. Они приходят в войска, едва научившись поднимать в небо чешский учебно-тренировочный самолет L-39. Да и то с инструктором. В войсках им тоже учиться трудно. Налет надо поддерживать тем пилотам, кто заступает на боевое дежурство, их начальникам и командирам. При лимите топлива – все это проблема. А когда знаешь, что в конце года из летных военных вузов отправят в отставку 300 «тридцать девятых», которые должны заменить Як-130 и МиГ-АТ, что пока еще проходят государственные испытания и неизвестно, когда именно пойдут в серию, на душе становится грустно.

Выводы из литовского урока очевидны. Современная высокотехнологичная профессиональная армия – слишком серьезный и обоюдоопасный организм, на котором бесконечно экономить невозможно. Это людям можно годами недоплачивать, раз за разом отбирать у них надежду на решение каких-то важных социальных проблем или постоянно отодвигать их реализацию на потом. К примеру, до 2008 года.

Боевая техника и оружие ждать не могут. Их невозможно уговорить или обмануть. Они больно мстят за невнимание. Иногда международными скандалами. Иногда взрывами и человеческими жертвами. Мужественный человек майор Троянов сумел их избежать. Но каждый раз надеяться на авось невозможно.
Источник: РИА "Новости"

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.