Новый этап в отношениях России и Евросоюза

Как известно, 21 мая - день проведения в Москве саммита Россия-Европейский союз. Подробнее рассказать об отношениях России с Евросоюзом и о проблемах, которые есть или могут возникнуть, мы попросили доктора философских наук, профессора Российской академии госслужбы при Президенте России Татьяну Илларионову.

- Татьяна Семеновна, этот саммит, как мы знаем, - первый после расширения Европейского союза, которое произошло 1 мая. Что из этого следует?

ИЛЛАРИОНОВА: Из этого следует, что теперь очень многие проблемы, которые раньше обсуждались только как проблемы теории, имеют сегодня уже реальный смысл. Но вы сказали о том, что нынешний саммит - первый после объединения. Я хочу сказать, что далеко не первый в истории. И наши отношения с Европейским союзом уже приняли очень важную договорную форму. Более того, саммиты проходят регулярно два раза в год - осенью и весной. И их принимает то Москва, как партнер Европейского союза, то один из городов Европейского союза. Вот сегодня - встреча в Москве. Это очень важный диалог, на мой взгляд, потому что есть прямой контакт между теми, кто принимает решения. Президент назвал уже ключевые проблемы, сегодня обсуждавшиеся. И они затрагивают очень важные темы. Одна из этих тем - создание такого широкого пространства, даже четырех пространств, нашего совместного творчества, совместной работы между Россией и Европейским союзом.

Так вот, если обратиться к истории, на предыдущих саммитах эти проблемы по отдельности, от одного заседания к другому, были рассмотрены. И только в Риме, а еще раньше в Санкт-Петербурге стало ясно: необходимо создать такую концентрированную, общую проблему, а именно: рассматривать развитие экономики, права, безопасности, культуры, образования как единый комплекс проблем отношений России и Евросоюза.

- Насколько я знаю, после расширения Евросоюза возникла деликатная проблема. Известно, что Евросоюз принял концепцию "Широкая Европа - новые соседи", которая как бы унифицирует отношения стран Евросоюза со всеми, кто их окружает. В то время как у России есть особые, привилегированные отношения. И насколько я знаю, Россия не хочет, чтобы нас приравнивали к другим странам-соседям Евросоюза, при всем уважении к ним.

ИЛЛАРИОНОВА: Правильно. Я даже полагаю, уже в этой формуле, уже в существовании такого института, как саммит Россия - Евросоюз, наш особый статус подчеркнут, он налицо. Но когда речь идет об унификации, предполагается в первую очередь достигнуть такого синхронного развития в нескольких ключевых областях. Поэтому здесь нужно соблюдать некий очень важный баланс. Вот я заговорила о создании единых пространств. Так вот, если речь вести о законодательстве, унификации будет подвергаться, конечно, и наша законодательная база. И одна из задач, одна из необходимых процедур вступления нашей страны во Всемирную торговую организацию как раз и заключается в том, чтобы добиться синхронизации законодательства.

Вот я часто слышу и от людей, которые учатся в нашей академии, и от тех, с кем приходится общаться, что, допустим, Китай смог сохранить свою самобытность. Он как бы и в ключе мирового развития, и в то же время отдельная страна со своими сильными национальными традициями. Но мой аргумент всегда сводится к тому, что с 11 декабря 2001 года Китайская Народная Республика - член ВТО. И первый шаг, какой сделала она на этом пути, - привела в соответствие с международными стандартами, международным правом собственное законодательство.

- Один вопрос, может быть, немножко наивный: что простому человеку даст вхождение в Евросоюз?

ИЛЛАРИОНОВА: Я думаю, что любая кооперация, а тем более кооперация с сильными странами, являющимися во многом локомотивами мировой экономики, даст российскому гражданину, каждому из нас очень многое. Знаете, в качестве простого же примера, отвечая на простой вопрос, приведу такой. Я выпускница университета, работаю в академии, к вам приехала на метро, читала журнал. Эти и сотни тысяч других примеров, явлений, вещей из Европы, вот такого рода новации, конечно, будут к нам приходить. И важно, что своими традициями, новациями поделимся и мы.

- И все-таки давайте уточним, что сейчас речь идет не о вхождении России в Евросоюз, а о партнерстве с Евросоюзом, о том, чтобы вместе решать те проблемы, которые возникают. В частности, возникла такая проблема: из-за того, что нам придется с этими десятью странами, в основном нашими соседями, которые вступили в Евросоюз, перестраивать экономические отношения, менять тарифную политику, мы теряем, по разным подсчетам, от 150 до 300 миллиардов долларов в год. Будет это как-то компенсироваться?

ИЛЛАРИОНОВА: Это вопрос, конечно, в большей степени к специалистам из области экономики, но я, тем не менее, постараюсь на него ответить. Вот только что сам президент сказал: нас ожидает ответственный этап в нашем партнерстве с Европейским союзом. Этот ответственный этап как раз и заключается в том, чтобы мы увидели собственные болевые точки и смогли переналадить свой экономический механизм таким образом, чтобы взять от объединения, от партнерства с Европейским союзом все лучшее и не растерять того, что мы имеем. Я думаю, что подобного рода новые отношения заставляют любую экономику встряхнуться и придают новые внутренние стимулы, для того чтобы мы шли вперед. Поэтому, конечно, от нас потребуется большая работа для того, чтобы отказаться от неэффективных производств, для того, чтобы продолжать работать над налоговой политикой, для того, чтобы делать взаимоотношения граждан и власти, бизнеса и власти более облегченными, современными. Все это нам придется, конечно, решать.

- Острый, даже больной вопрос задает наш слушатель по пейджеру: "Шахтерам не выплачивают заработную плату. Люди погибают от отсутствия лекарств. Новые собственники издеваются над людьми. А всякого рода демократы балаболят по поводу Европейского союза. Егоров".

ИЛЛАРИОНОВА: Спасибо, это правильный и важный вопрос. Я хочу обратить внимание на то, что сказал сейчас президент. Важной составной частью нашего партнерства с Европейским союзом как раз и является правопорядок, установление новых, очень важных отношений в сфере безопасности. Более того, Европейский союз открывает нам возможности кооперации в этой сфере. Мы можем благодаря этой кооперации более эффективно преследовать преступность. Да, у нас в экономике очень много больных проблем. Но я хочу обратить внимание ваше и слушателей как раз на то, что многие образцы политической, экономической культуры приходили и приходят к нам. Ну, например, невозможно игнорировать в европейских государствах то, что бастуют рабочие. Там есть очень обширное законодательство о забастовках. Вот это тоже даст нам возможность развивать свою базу законодательную.

- Я думаю, надо сказать еще и о том, что по ходу сближения с Евросоюзом и налаживания отношений мы получаем больше возможностей реализовывать нашу продукцию на европейских рынках, куда наш доступ пока, честно говоря, притормаживают. И в этой связи мне хотелось бы напомнить о формировании единых пространств. Это четыре пространства: экономическое; свободы, безопасности и правосудия (то есть внутриполитическая ситуация), внешняя безопасность; и наука, образование и культура. Вот к следующей встрече, которая намечается на осень в Гааге, должны быть подготовлены разработки по этим четырем направлениям. И появляется новый термин для нашей дипломатии: "дорожная карта". Он сам по себе не новый, этот термин используется в названии программы урегулирования на Ближнем Востоке. Вот теперь такие программы - создание единых пространств по направлениям - тоже будут называться "дорожными картами".
Следующий вопрос - облегчение визового режима. Это сегодня обсуждалось. В каком направлении наши интересы здесь идут и чего нам удастся, на ваш взгляд, добиться?

ИЛЛАРИОНОВА: Это очень важная тема, и она заслуживает даже отдельного разговора. Я напомню, что проблема визового режима возникла сразу, как только стало известно о расширении Европейского союза, о том, что новые десять стран будут в него входить, с одной стороны. А с другой, был уже новый формат после холодной войны наших отношений с Европой. И совершенно очевидно, что прежние преграды, а именно преграды в получении виз, невозможны. И я хочу отметить, что на этом пути уже были достигнуты большие успехи. Потому что в некоторых государствах для нашего гражданина, если он, скажем, государственный служащий, или ученый, или студент, или у него есть какие-то родственники там, уже существуют серьезные послабления. Я назову эти страны: Франция, Германия и Италия. И теперь наши поездки в эти государства значительно облегчены.

Хочу сказать об одном очень важном обстоятельстве, способствовавшем заключению и установлению нового визового режима, а именно о проблеме Калининградской области. И именно эта проблема, которая, казалось, на одном из этапов может завести отношения с Евросоюзом просто в тупик, вдруг вывела нас не просто из этого тупика, а создала новую ситуацию, благодаря которой мы имеем сегодня возможность развивать облегченные видовые отношения с другими государствами. Проблема Калининграда, казалось бы, забыта уже, а мы живем в новой ситуации. И это важно.

- Хочу добавить, что Россия хотела бы добиться отмены обязательных приглашений, чтобы человек мог в силу своих собственных научных и любых других интересов поехать в ту или иную страну, не организуя какое-то приглашение оттуда. Ну и, возможно, придется где-то модернизировать наши документы, учитывая интересы борьбы с терроризмом. Но у западников есть свой интерес. Дело в том, что у нас ведь иностранцы обязательно должны регистрироваться, приезжая в Россию. То есть предлагается в перспективе отменить обязательную регистрацию, заменив ее уведомительной регистрацией.
Источник: Радио "Маяк"

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.