Занимательная математика: как в Калининграде голоса избирателей подсчитывали

Фото Алексея Милованова, «Новый Калининград.Ru»
Все новости по теме: Выборы губернатора-2015

Пока калининградцы мирно спали, на многочисленных избирательных участках все отчетливее вырисовывалась политическая судьба региона на ближайшие годы. «Закадровая» часть воскресенья тоже была тосклива, но не обошлось без курьезов. Почему «спаривание» избирательных участков вносит заметное оживление в процесс подсчета голосов и как прогуляться до урны зря — в репортаже корреспондента «Нового Калининграда.Ru».

Отчаянным надеждам на то, что процедура подсчета голосов сможет как-то украсить со всех сторон унылый день голосования, сбыться не суждено. Это становится ясно еще до того, как закроются за последним избирателем двери школы № 30, подрабатывающей сегодня сразу двумя УИКами — 244-м и 236-м. Члены комиссий смотрят на прессу спокойно и дружелюбно, с отеческой хитрецой поглядывают полицейские. Бюллетеней в урнах — енот начхал.

«Крайняя», как любят говорить суеверные люди, избирательница пытается отдать региону свой голос. На часах — без пяти восемь. «Я в интернете прочитала, что до восьми можно голосовать, я еще успеваю», — выдает продвинутая пенсионерка и спокойно отправляется в кабинку исполнять гражданский долг.

Школьные двери захлопываются за спиной компьютерно грамотной старушки ровно в восемь. Команда 236-го участка немедленно приступает к подсчету неиспользованных бюллетеней. На столах у членов комиссии их 168, еще 800 заперты в сейфе. Всего на участок забросили 1,5 тысячи синих листочков. При этом на момент окончания голосования в список были занесены имена 1935 избирателей. На 100%-ю явку никто явно даже не надеялся.

Аналогичная картина на соседнем, 244-м участке — 1952 потенциальных избирателя, 1,5 тыс бюллетеней, 840 из которых ждет процедура обрезания левого нижнего угла — так оставшиеся невостребованными бланки превращаются в цветную макулатуру.

«Наблюдатели, можете пересчитать неиспользованные бюллетени», — хором предлагают председатели двух комиссий. Немногочисленные наблюдатели синхронно вздрагивают, тоскливо оглядывая внушительные стопки, и бубнят, что готовы поверить избиркомовцам на слово.

Процедуру утилизации на обоих участках доверяют представителям сильного пола. Подходят к ней мужчины творчески. На 236-м участке обрезание проходит на краешке письменного стола (скорее все же парты) так, чтобы уголки падали в заботливо подставленную урну (мусорную, разумеется). «Можно, конечно, и ножничками каждый листочек, но тогда до утра тут с вами просидим», — усмехается мужчина из 236-го, посекундно множа резаком число погашенных бюллетеней. Соседний — 244-й — участок отстает. Здесь уголки режут, подложив под стопку линейку — чтобы заодно не утилизировать ненароком школьные парты.

Кабинки для голосования (завешенные флагом родимой державы металлические каркасы) сворачиваются, комиссии пытаются оценить число проголосовавших. Поучившиеся цифры вполне отражают анабиоз, в который давно погрузилась политическая жизнь тридевятого региона. Судя по числу выданных бюллетеней, до 244-го участка добрели 647 избирателей из 1952 заявленных в списках, то есть чуть больше 33%. Еще грустнее и ближе к общегородской статистика соседей — из 1935 человек прописанным в Конституции правом на 236-м участке воспользовался только 531 человек — 27,4%.

Цифры вообще-то весьма приблизительные. Избирательные списки составлялись по каким-то сильно просроченным данным. «Многие приходили голосовать и замечали в списках имена выписанных много лет назад из квартиры людей. Одна женщина нашла там бывшую соседку, а та уже лет 8 живет в Финляндии. Мужчина был, говорит: сына моего записали. А он уже пять лет как уехал, и из квартиры его давно выписали», — делится с прессой один из членов комиссии.

Главная по 236-му участку, Лариса Бодня, дает команду распечатать переносную урну. В ней сиротливо болтается единственный листочек — заявки вообще-то поступило две, но по одному адресу членам избиркома просто никто не открыл. Одинокий бюллетень принадлежит 74-летней пенсионерке, которая, по отзывам членов комиссии, «еле ходит». Кстати, в списках здесь был заявлен возрастной рекордсмен — 97-летний избиратель. Правда, пришел он или нет, сказать никто не может. Так что фиксируем в «книге рекордов» другого местного долгожителя — 94-летнего, который побывал на участке лично.

Улов в соседской переносной урне побогаче — там на дому проголосовали аж 13 человек. «Все люди с ограниченными возможностями. Ну, в основном это инвалиды — второй группы многие. То есть, не пенсионеры, а именно инвалиды», — поясняет председатель комиссии 244-го участка Анна Полищук.

«Молодых» голосов в урнах немного, но они есть. К 244-му участку были прикреплены 35 избирателей-«новобранцев», пришли «где-то 70%» из них. Но и пенсионеров больше не стало, отмечает председатель соседней комиссии Лариса Бодня — этим, по ее мнению, можно отчасти объяснить и низкую явку. 

Пенсионеров стало намного меньше, и это очень чувствуется. Люди старой закалки считают своим долгом сходить на выборы. К сожалению, с остальным населением такое не наблюдается. И силы есть, и все есть. А вот лучше на море съездят...

Лариса Бодня, председатель участковой избирательной комиссии

Комиссия 236-го участка тем временем готова к самой интересной (хоть и лишенной всякой интриги) части вечера — на многострадальные парты вываливается содержимое двух урн для голосования. Часть продуктов народного волеизъявления застревает насмерть, их приходится выскребать руками.

«Цуканов — налево, Ревин — направо. У кого Старовойтов?» — разносится над партами. Первый испорченный бюллетень — жирные прочерки стоят у каждой фамилии. Число потраченных зря листков множится, кто-то вообще поленился отметить какую-либо из фамилий, кто-то поставил галочку напротив одного из кандидатов, а остальных пометил крестиком.

«Даже не знаю, чем они руководствовались. Или в каждом квадратике ставили знаки какие-то, или вообще не ставили. Вот что в голове у таких людей? Непонятно!» — удивляется Бодня.


Жаркие споры вызывает листочек, на котором помимо отметки напортив фамилии «Цуканов» имеются размашистые посторонние надписи. Комиссия устраивает голосование — Лариса Бодня настаивает, что бюллетень действителен — ведь отметка-то стоит только в одном окошке. Но коллеги с ней спорят, и в результате «ничьей» (4 на 4) один из «цукановских» голосов отправляется в кучку «недействительно». «Цуканова можно, ему явно не убудет», — замечает кто-то, оглядывая пухлую стопку голосов сторонников врио.

За партами, на которых разложены бюллетени 244-й комиссии, еще веселее. И здесь один из избирателей расстарался и сделал пару надписей «от души». Печатных выражений эта душа явно не просила, так что надпись на листке останется маленькой редакционной тайной из соображений приличия. Но здесь решение принимается диаметрально противоположное соседскому — отметка стоит только в одном квадратике, так что нецензурщина засчитана и пополняет стопку одного из кандидатов.

«Была у нас сегодня одна пенсионерка — ей предлагали сахар по 25 рублей, если она за Цуканова проголосует. Но сахара ей не досталось, она пришла к нам и громко объявила, что голосует теперь за Старовойтова. Назло голосует, так прямо и сказала», — вспоминают ход выборов столиком одной из комиссий.

236-й участок, тем временем, в легком замешательстве. Одного бюллетеня не хватает. «Это лучше, чем лишний, — успокаивает коллег Бодня. — Если бы был лишний, это означало бы вброс». Коллективный разум предполагает, что кто-то просто ушел, прихватив бюллетень на память.

«Был один парень, зашел в кабинку, поставил галочку и пошел на выход с этой бумажкой, я его у дверей поймал», — делится наблюдениями один из полицейских.

Второе предположение — бюллетень найдется в урне соседнего участка, куда его мог забросить какой-нибудь рассеянный с улицы Зеленая. Все стопки вновь судорожно пересчитывают и, вроде, даже находят пропавший голос (он был отдан Павлу Федорову).

И все бы ничего, но на 244-м участке в это время тоже находят пропавший на 236-м бюллетень — кто-то и правда перепутал урны. Теперь он лишний, и в замешательстве все листки вновь пересматривают и пересчитывают теперь уже обе комиссии. Наконец цифры сходятся: оказывается, мимо урн промазали аж четверо, и все они ни пришли сегодня в 30-ю школу зря — просто обменяться бюллетенями участкам нельзя. «Если бы вы не заметили, может, и обменялись бы», — говорит журналистам один из полицейских. Надеемся, конечно, что просто шутит.

За столиком 236-го участка разворачиваются поствыборные дебаты. «Да за кого угодно, лишь бы не за Цуканова, — делится с коллегами женщина средних лет. — У меня дочка видела, как к эти выборы готовили. Она мне еще два месяца назад говорила, что победит Цуканов. А я ей говорю — ну как ты можешь знать, кто победит? А сейчас вижу, что она права».

Бюллетени тем временем раскладываются аккуратными стопками по числу кандидатов и упаковываются в мешки. Почему-то в мусорные, но это никак не диссонирует с общим впечатлением от сегодняшних выборов. Запечатанные скотчем «пакеты» должны отправиться в региональный избирком, где им предстоит новая проверка.

Чтобы не перегружать и без того затянувшееся повествование лишними цифрами, подведем промежуточный итог «оптом» по обоим участкам.

Владимиру Вуколову в сумме удается наскрести 33 избирательских голоса, его опережает Александр Старовойтов с результатом в 116 голосов (включая «протестный» оставшейся без сахара пенсионерки). Тройку лидеров открывает Павел Федоров, которому губернаторство доверяют 187 жителей окрестных домов. Игорь Ревин записывает на свой счет 260 бюллетеней. У Николая Цуканова 572 голоса.

Комментарии тут совершенно излишни, но члены предвыборных комиссий от них удержаться не могут. «У меня приятельница хорошая в Янтарном говорила, что им предлагали по 500 рублей за каждый голос. Она человек пожилой, и для нее это деньги, но она отказалась наотрез. Но многие старушки купились, — отмечает все та же активная женщина из 236-й избирательной комиссии. — Она полмира когда-то объездила. А тут кило сахара, 500 рублей. Стыдно».

Но все это уже не имеет особенного значения, со стен участка исчезают флаги Калининградской области, два избирательных участка вновь превращаются в одну общеобразовательную школу. В креслах засыпают молоденькие учителя — им в понедельник принимать боевое дежурство у доски. Судя по их лицам и разговорам, уроки математики у юных подопечных членов избиркома могут выдаться весьма занятными. И они точно будут интереснее сегодняшних губернаторских выборов. 

Фото Алексея Милованова, «Новый Калининград.Ru» 

Текст: Алла Сумарокова

Комментарии к новости

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.