В Калининградском историко-художественном музее 13 марта начала работу выставка современного искусства «Орнамент массы» (6+), на которой представлены работы местных художников, попытавшихся осмыслить, часто сквозь призму личного опыта, историю этой земли и вывести некий «калининградский код». Корреспонденты «Нового Калининграда» побывали на выставке и посмотрели, что из этого вышло.
По словам руководителя художественного отдела КОИХМ Валентины Покладовой, эта экспозиция является своего рода продолжением недавно открывшейся в музее выставки «С чего начинается Родина» (+6), которая посвящена 80-летию области. «Она тоже о крае, где мы живем, о том пространстве, где мы существуем, но здесь используется совершенно другой язык, — отметила она. — Это метамодерн, который, с одной стороны, несет в себе искренность, а с другой — иронию».
Того и другого на выставке действительно хватало. Весьма необычный способ рассказать об истории области, а заодно подчеркнуть проблему энергобезопасности региона нашла Дарья Боркова. В своем проекте «Автономный свет» она обратилась к феномену коллективной идентичности Калининградской области, чья история «представляет собой уникальный случай антропологического сдвига и тотальной смены культурного кода». Если говорить просто, созданный художницей объект — это некая панель, в которую вмонтированы лампочки. И когда они загораются, на плафонах высвечиваются лица людей. Это, как рассказала Дарья, портреты первых переселенцев и фотографии наших современников. В итоге получается, что это не просто лица, это источники света и тепла, некая коллективная сила, которая, будучи объединенной в единую сеть, рождает мощную энергию, питающую регион. Ну а поскольку сеть в проекте автономна, она представляет собой метафору местной энергосистемы, с недавних пор работающей совершенно самостоятельно.
В представленном художником Татьяной Собениной проекте «Иллюзии Ларионова» много личного. Это истории её прадеда Алексея Ларионова, который был первым секретарем Рязанского обкома партии. Судьба его сложилась трагически. Согласившись участвовать в так называемой гонке показателей, он взял на себя обязательство утроить производство мяса в области. И результат был достигнут. 12 февраля 1959 года Первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущев лично прибыл в Рязань, чтобы наградить область Орденом Ленина. Вся страна заговорила о «рязанском чуде». Но цена за это была заплачена большая: пришлось пустить под нож всех животных, включая молодняк. Да и без приписок не обошлось. В итоге — экономическая катастрофа, скандал и практически полное отсутствие мяса на прилавка рязанских магазинов. Ларионов всего этого пережить не смог, скончался в 1960 году. Официальная причина смерти — сердечная недостаточность ...
Татьяна Собенина создала композицию, которая состоит из трех картин и трех черных ящиков. На картинах, где важной деталью является орнамент в виде мяса, представлены этапы трагедии — от принятия решения до фиаско. В черных ящиках, скажем так, дополнительные материалы, которые погружают в контекст того времени. В частности, там можно увидеть фрагмент масштабного панно Бориса Щербакова «Молочно-мясное животноводство в СССР», которое было создано специально для ВДНХ. В начале 1960-х это панно демонтировали, а потом — потеряли. Нашлось оно лишь в 2019 году во время очередного ремонта.
«Моя задача состояла в том, чтобы показать трагедию отдельной семьи на фоне коллективной трагедии, проиллюстрировать то, к чему могут привести решения больших руководителей, которые никак не опираются на реальность, — объяснила Татьяна. — Черные ящики — это то, что остаётся после катастрофы. А поскольку область должна была сдать три плана по мясу, в ящиках установлены три зеркала, делающие изображение тройным».
Как эта история связана с Калининградом, с задачей вычленить, обозначь некий местный код? «Старший сын Алексея Ларионова — мой дед Валерий Ларионов — в то время, когда разворачивались эти события, учился в Калининграде на военного моряка, — продолжает Татьяна. — Мой отец уже родился здесь, мама тоже — калининградка. История у нашей области недолгая, многие из местных имеют прямую связь с советским прошлым, с другими регионами, и это всех нас тоже так или иначе объединяет».
...Совместный проект фотографа Александра Матвеева и социального антрополога Риты Сандерс называется «Разный Калининград: как мигранты создают место и дом». Он представляет собой серию фотографий с городскими и природными пейзажами, промышленными зонами, спальными районами. Фотографа интересует не парадный центр, а подлинная материальная среда, которую новые жители осваивают и преображают своими повседневными практиками. Переселенцы, чьи портреты составляют отдельную часть проекта, вплетают свой орнамент в уже существующую городскую ткань. В пояснении к проекту уточняется, что ландшафт в нём представляет собой своего рода палимпсест, где на довоенную планировку и советскую застройку наслаиваются новые смыслы, привнесенные из разных регионов.
Вообще, слово «палимпсест» (в искусстве — картина, написанная поверх старой, где фрагменты прежнего изображения создают особую глубину и контекст — прим. «Нового Калининграда») часто звучало во время открытия выставки. Как отметила куратор Юлия Горбунова, вся выставка целиком представляет собой картину, на которой черепица старого города ложится рядом с советской мозаикой, балтийский ветер меняет ландшафт, а память каждой отдельной семьи накладывается на историческую карту. Это, собственно, и есть, тот самый «калининградский код».
Проект Юлии называется «Балтийский камень», и посвящен он, как нетрудно догадаться, янтарю. Пропущен он тоже через себя, через личную историю.
«В детстве я игралась с бабушкиной янтарной брошью, и она для меня не имела особой ценности, — рассказала она. — Сейчас же янтарь приобрел какое-то особое значение, особую важность. Нелегальные ловцы янтаря даже жертвуют ради него жизнью».
Проект, который представляет собой большой коллаж, ставит вопрос о янтаре широко. Это наше калининградское «всё» предстаёт перед нами как сложный гибридный объект, соединяющий в себе геологическую историю, коллективную мифологию, экономические интересы и экологические проблемы региона. За мягким янтарным светом, если приглядеться, можно увидеть большой разрушительный потенциал, угрозу и природе, и человеку. Однако прямых выводов все же не делается. Каждый волен решить для себя сам, что есть янтарь. Радоваться ли нам по поводу огромных его залежей в нашей области или скорбеть.
Если говорить о названии выставки, то это отсылка к работе немецкого социолога массовой культуры Зигфрида Кракауэра (1889 −1966) «Орнамент массы. Веймарские эссе» (16+). «Кракауэр писал о том, что случилось с искусством в эпоху массового производства — в начале XХ века, — говорит поэт Александр Дубровский. — В его рассуждениях звучали нотки разочарования по поводу того, что искусство превратилось в своего рода индустрию массового развлечения. И мне кажется, что на выставке художники предложили некую инверсию этой философской идеи. Люди, родившиеся в эпоху массового производства, всё равно тянутся к искусству, остро чувствуют в нём необходимость, творят, но пользуются при этом инструментами серийности, тиражности, что совершенно не мешает им делать уникальные высказывания».
Продолжая тему названия выставки, Юлия Горбунова отметила, что орнамент — это ритм, повторение, которое создает гармонию. «Масса же в нашем случае представлена не как безликая толпа, а как множество историй, судеб, фактур, которые нас окружают, — добавила она. — Сегодня мы открываем папку с этими историями».
Ознакомиться с ними можно будет в течение месяца. Выставка работает до 9 апреля.
Текст: Кирилл Синьковский, фото: Юлия Власова/ «Новый Калининград»
© 2003-2026