Стеклянная Планета: все, что известно о новом 42-метровом корпусе ММО (фото)

Все новости по теме: Строительство

Через несколько месяцев архитектурный облик центральной части Калининграда навсегда изменится. На набережной Музея Мирового океана вырастет гигантский стеклянный шар — новый корпус «Планета Океан». Если все пойдет по плану, это произойдет до ЧМ-2018. Строители говорят, что стадион на Острове по степени сложности с их 42-метровым «шариком» не сравним. И вообще, это первый подобный опыт для всей России. Корреспонденты «Нового Калининграда» отправились на стройку и поняли, что да, действительно, сравнить ее не с чем. О том, что происходит сейчас на площадке, что пришлось преодолеть, чтобы она появилась, и о бездне других интересных — без преувеличения — нюансов нам рассказала начальник отдела капитального строительства Юлия Осинцева. По совместительству — экскурсовод, который, если повезет, показывает посетителям музея стройку с расположенного рядом плавмаяка «Ирбенский» — и это бесконечно увлекательно.

Стеклянная акула и «фишки» «Планеты»

Эта стройка — результат международного архитектурного конкурса, и эскизы, которые для него предлагались, — это феерия. Там есть акула, лежащая на всей территории, например. Но все-таки проект Олега Романова — это известный архитектор, он из Санкт-Петербурга — представил самую удачную концепцию: здание в виде планеты, «лежащей» на волне (волна — изогнутый стеклянный козырек). Эту концепцию выбрало авторитетное жюри в составе известных архитекторов из разных стран. В 2011 году конкурс был проведен, потом началось проектирование. Но шли к этому очень долго, лет 20 наверное — отстаивали необходимость нового корпуса, добивались выделения денег.

На этом объекте чего ни коснись — все уникальное. Первая проблема, которая у нас была — обеспечить устойчивость здания, несущую способность основания, на которое оно ставится. Чтобы у нас не было истории, как на Острове, где дом начал разрушаться и его сносить пришлось. Здесь пойма реки, грунты слабые, обводненные — жидкие суглинки. И поэтому нужно было вбить сваи на глубину до устойчивого грунта. У нас по геологическим исследованиям получилось 23 метра.

Но у нас еще история в том, что окружающая застройка очень плотная. И никакие динамические, вибрационные, еще какие-то нагрузки нельзя применять, иначе окружающая застройка начнет разрушаться, нам это было совершенно не нужно. Поэтому мы нашли такую голландскую технологию «Фундекс». В Калининграде она ни разу не применялась. Предназначен «Фундекс» для исторической застройки. В Амстердаме она применяется, например, в других старинных городах — где плотная очень застройка и где нельзя дополнительно воздействовать на грунт. Привезли эту установку из Питера — у них очень плохие грунты, гораздо хуже, чем у нас: здесь просто жидкая глина, а у них болото, сваи до 50 метров. Привезли, установка делает отверстие в земле до нужной отметки (23 метра), вдавливает трубу, в эту трубу вставляется металлический каркас, чтобы свая могла работать испытывать какие-то небольшие колебания, потом туда постепенно начинает заливаться бетон, и трубу эту так же постепенно выдергивают. Бетон под собственным весом распирает грунт и формирует неровную волнистую поверхность, у которой очень хорошее сцепление с грунтом — все эти выпуклости и ямочки создают дополнительную поверхность сцепления. И вот так при том, что диаметр трубы 520 мм, у нас свая получалась 60 см.

У нас 490 таких свай, они на минимально допустимом расстоянии были, потому что у нас большие нагрузки от экспозиционного оборудования. Обычная нагрузка — 60-800-1200 кг на метр квадратный максимум. А у нас, допустим, аквариум, главный «танк», имеет 8-метровый столб воды. То есть только воды — 8 тонн на квадрат. Получился настоящий лес.

Еще одна проблема — то, что с одной стороны здесь река, с другой — дорога. Соответственно, вырыть котлован глубиной 8 метров, чтобы ничего не «съехало» в этот котлован — не потекла река, не завалилось рядом стоящее здание, дорога чтобы не сползла, а под дорогой — магистральный трубопроводы водопровода и канализации, чтобы тоже они в котловане не оказались — мы должны были сделать шпунтовое ограждение, которое держало бы стенки котлована. Но, опять же, мы не могли использовать стандартный шпунт, который применяется широко во всем мире, так называемый шпунт Ларсена. При такой глубине (23 метра) его нужно дополнительно крепить — сам шпунт вертикальный, а от него расходятся грунтовые анкера. Такие прутики, которые крепятся за грунт за пределами котлована. 

Мы не могли всего этого сделать, потому что за реку не закрепишься, а под дорогой — коммуникации, причем не только наши, но и немецкие, о которых ничего не известно и которые мы могли перерубить — при том, что они действующие. Было принято решение использовать портовый трубошпунт, в Калининграде его тоже никогда не применяли. Это трубы диаметром 1 м 20 см, которые погружаются в грунт специальными вибропогружателями. Делали их из двух секций 11 и 12 м длиной и погружали мелкой-мелкой вибрационной нагрузкой.

Причем, опять же, стояла задача не разрушить рядом расположенные здания. Поэтому мы вели мониторинг всех этих работ: у нас была нанята специализированная организация, которая контролировала осадку, деформации и вибрационные воздействия в округе. Мы выбрали здесь, на участке, самую удаленную точку, поставили трубу, проложили сеть датчиков и начали ее погружать. И ловили, на каком расстоянии какая вибрационная нагрузка получается на грунты. Применяли 3 или 4 разных вибртатора, нашли оптимальный, который не дает разрушающих воздействий, сказали: вот этим вибратором будете работать, и только после этого разрешили погружать шпунт.

Более того, вот в этом здании, в 4-м доме (Баграмяна, 4 — прим. «Нового Калининграда») были поставлены тоже датчики. И они все время смотрели: если бы что-то отклонилось — у нас был согласован протокол, кто кому звонит и кто что останавливает — как только стрелки уходили бы в красную зону, прошел бы сигнал и работы должны были быть остановлены в течение 15 минут. Таких сигналов не было. Но все отчеты у нас хранятся — их 29, если кому интересно, можем показать. Это несколько томов цифири: в такое-то время такие показания, в такое-то — такие. У нас все задокументировано, даже какие трещины на дороге были до начала строительства и какие — после. Это был 2013 год — начало 2014-го.

Небольшие протечки в котлован со стороны реки были, но мы работали, в принципе, спокойно. Потом начались бетонные работы, вывели два подземных этажа. Это довольно обычная конструкция, но интересная с точки зрения архитектуры: там много круглых элементов: круглый лифт, круглые лестницы. Лифт в «Зале волны» круглый, стеклянный. Вертикальные металлические колонны сейчас доходят до верха этого будущего зала, который займет пространство несколько этажей (его высота 19 метров). Это главный зал корпуса: стеклянная стена, она же стенка аквариума, вверху будет переходить в огромный изогнутый, как волна, экран — поэтому изначально мы и называли этот зал «Залом волны». На экране будут демонстрироваться видовые фильмы об океане, внизу — скамейки-лежаки, на которые можно будет и сесть, и лечь, чтобы можно было видеть «картинку» наверху.

Те сегменты серповидных колонн по периметру, которые вы видите сейчас, — это четверть того, что будет. Но это 42-метровое здание не станет наивысшей точкой в городе: оно будет, конечно же, ниже Дома Советов. Однако, если мерять от земли — это одно из самых высоких зданий в городе. Сам шар — не прозрачный, но на седьмом этаже предусмотрены прозрачные зоны, своеобразные смотровые площадки. Форма шара не часто используется в архитектуре, в России таких зданий и вовсе нет, это само по себе уникально. «Фишка» этого комплекса в чем? Со стороны реки это хайтек — современная полированная сталь и стекло. А со стороны ул. Баграмяна — это стилизация под старый город: стена, облицованная кирпичом. Демонстрация бережного отношения к истории.

DJI_0907.jpgDJI_0910.jpgDJI_0911.jpgDJI_0912.jpgDJI_0915.jpgDJI_0918.jpgDJI_0929.jpgDJI_0898.jpgDJI_0895.jpg

Десять круглых колонн — один из основных несущих элементов каркаса шара. Общая высота каждой из них — 32 метра. В главном зале — 19 метров их свободная высота. Такие бетонные конструкции за один раз отлить невозможно. Высота сбрасывания бетона ограничивается 3–4 метрами. Это связано с физическими законами: когда бетон сбрасываешь с большой высоты, он расслаивается — и снизу получаются камушки, а сверху — водичка. И когда он застынет, не будет жесткой несущей структурой. Поэтому мы здесь бетон сбрасываем с высоты чуть больше 3 метров: колонны разбиты на несколько ярусов, в каждой трубе вырезано по два или три технологических окна. Внутри колонн — металлический каркас. После того как труба установлена, приварена, выверено ее строго вертикальное положение, в технологическое окно заливается бетон, вибрируется, окно заваривается, и бетон заливается уже из следующего окна. И так до конца первого яруса, 9 метров высотой. Потом надеваем на него тепловую рубашку: вообще, за бетоном нужно ухаживать, он не любит, когда холодно, не любит, когда жарко, когда сухо, когда дождь. Это нежная структура, за которой нужно ухаживать, как за девушкой. Залили колонну, прогрели в рубашке, поставили следующий ярус с технологическими окнами и снова заливаем бетон, вибрируем, завариваем. Первый ярус, второй, пятый, седьмой. И так все 10 колонн.

Такая конструкция может быть устойчивой только как единое целое. Сами по себе колонны гибкие — 19 метров свободного пространства в «Зале волны», они не могут нести нагрузку, поэтому их нужно объединить в единую систему. И поэтому вся наша конструкция объединяется в нескольких уровнях горизонтальными балками с серповидными колоннами и с ядрами жесткости, в качестве которых работают лестнично-лифтовые блоки. И вот именно к ним перекидываются металлические балки, и именно к ним крепится вся система. Общая длина колонн — 32 метра, но это не вся высота шара. Колонны дойдут до этой точки, там будет перекрытие, а дальше «шапочка» шара надевается. И строительство, и изготовление стекла, и его окраска, и его монтаж — это все российские подрядчики, из разных регионов.

Ужас геодезиста и психология экспозиции

Стекла непрозрачные, крашеные, создают картинку «вид Земли из космоса». Шар разбит на сегменты, это трапециевидные стекла. Они, во первых, на каждом уровне имеют свою форму. Во-вторых, каждое стекло абсолютно индивидуально, потому что имеет свой рисунок. Они не повторяются. Всего 1200 стекол, по высоте они одинаковы (2,2 метра) по ширине — разные, потому что это трапеция: 2,2 метра — одно основание и 1,9 м — другое. На самом верху «шара», там, где прозрачная зона, это стеклопакеты. Большая же часть — «триплекс»: два стекла и между ними пленка, и все это запечено. Технология такая: керамической синей краской стекло красится изнутри, краска запекается в печи. Потом на наружную сторону наносится белой краской рисунок — облака — и тоже запекается в печи. Потом между стеклами помещается пленка и тоже запекается. Если разбить триплекс, стекло не высыпается, никого не ранит. Его толщина — около 2 см. Разбить такое стекло сложно, почти невозможно — нужно попасть в точку схождения напряжений. Но вот на День селедки в фондохранилище так такое стекло одно разбили: мальчик 4 лет кинул камушек, стекло пошло трещинами, пришлось его менять. Но там хотя бы без рисунка — здесь же все будет куда сложнее, не дай Бог.

Сложность в том, что стекла должны сформировать единую поверхность, и это сложность для геодезистов. То есть они должны отработать точность установки всех деталей до 1–2 миллиметров! Причем это не в плоскости, а в пространстве, где «опереться» не на что. Возьмите и попробуйте мелом нарисовать круг на полу, чтобы он был идеально ровный. И сложите на нем шар из карандашей. А здесь — нужно нарисовать семь надземных этажей разного размера, потом это все обрамить 27 кругами, которые формирует шар, 27 кругов по вертикали и 7 — по горизонтали (всего у нас будет 7 этажей). И все это с точностью до 1–2 мм, потому что стекло не тянется, его нельзя выгнуть, оно жесткое. И если где-то оно друг на друга наложилось — его не подпилишь, потому что оно каленое и его нельзя пилить. Если оно меньше, чем надо, то значит, в этом месте будет протечка. С точки зрения создания геометрической формы это очень сложная история.

Это бесконечное количество проверок того, нет ли отклонений. Неделю назад здесь были растяжки. Монтажники домкаратами выверяли положение этой колонны, потом закрепляли жестко болтовым соединением. То есть положение этих серповидных колонн сейчас полностью выверено. Но под воздействием температуры — начнется весна, будет солнышко — конструкции начнут расширяться и «ходить» туда-сюда. То есть сантиметра два за сутки он будет давать колебаний — и нужно учитывать все эти вещи. Или ветер подул — он колонну отклоняет, то есть ее придется возвращать — мало один раз проверить, ее все время придется возвращать в это положение.

_NEV4757.jpg_NEV4759.jpg_NEV4760.jpg_NEV4761.jpg_NEV4767.jpg_NEV4769.jpg_NEV4771.jpg_NEV4772.jpg_NEV4774.jpg_NEV4778.jpg_NEV4783.jpg_NEV4784.jpg_NEV4788.jpg_NEV4790.jpg_NEV4795.jpg_NEV4797.jpg_NEV4799.jpg_NEV4803.jpg

Приостановка строительства была связана с изменением проекта и новой госэкспертизой. По проекту предполагалось, что через центральный, самый большой аквариум, будут проходить колонны. Оказалось, что этого нельзя делать, потому что рыба будет биться о них и гибнуть. Новую экспертизу мы получили в сентябре 2016 года. Потом был конкурс [по выбору подрядчика], и с апреля 2017 года подрядчик работает. Экспертиза предполагает и повторную проверку стоимости. То есть смета тоже повторно делалась. На три очереди строительства (Военно-морской центр, фондохранилище с экспозицией «Глубина» и «Планета Океан» с детским центром «ОКЕАНиЯ») изначально выделялось 1,9 млрд рублей. Сейчас отдельно «Планета Океан» с детским центром оценивается в 2,6 млрд рублей — это и благоустройство, и внутреннее наполнение, экспозиция.

Внешний контур планируется завершить к лету. Тогда же, я думаю, нам удастся разыграть конкурсы на внутренние работы. Если все пойдет по плану — с финансированием, конкурсами и со всем прочим, — то в 2019 году начнем формировать экспозицию. Говорят, что Штральзундский музей (океанографический музей в Штральзунде, городе на севере Германии — прим. «Нового Калининграда») создавался 10 лет, я надеюсь, что мы это все-таки сделаем быстрее. У нас это все займет около года, я думаю — 19-й и, может быть, 20-й годы.

Сейчас здание готово процентов на 40. А если с экспозицией — процентов на 20. Музей — это дело вообще-то не быстрое. Здание построить, конечно, это сложное дело, но создание экспозиции — это не просто расставить предметы по полкам, у нее должна быть научная концепция. То есть предметы расставляются не просто так, а в соответствии с какой-то идеей. Например, у нас рассматривается вариант сформировать экспозицию в соответствии с этапами развития личности, психологии человека. Наши сотрудники изучали труды по психологии. Казалось бы — где море и где психология человека? И это все, в общем-то, должно быть незаметно обывателю. Тебе должно быть это просто интересно смотреть в первую очередь.

Смысл в чем? В том, что есть разные уровни погружения в экспозицию. К примеру, есть осмотр школьниками начальных классов — когда они пробежали: вот, тут картинка яркая и интересная. Им сказали тут предложение, тут и тут. И он просто запомнил, что планета Земля летит в космосе и что на ней есть океаны. А есть погружение уровня человека с высшим образованием, и здесь уже важно, чтобы все было достоверно. Все должно быть логически выстроено и интересно и для школьника, и для доцента. Создание экспозиции — это очень сложная штука, нужно предусмотреть три-четыре уровня погружения, выстроить несколько маршрутов движения. Допустим, эта экскурсия посвящена истории формирования океана, и для нее нужны позиции номер два, пять, семь и восемь. А эта — экологии, и ее участники подходят к предметам с номерами один, три, четыре, шесть и девять. Маршруты прописываются заранее, но все это должен быть один зал, единое пространство.

Изнутри и снаружи

«Планета океан» — это вид земли из космоса. Контуры материков будут обозначены легко-легко. А эта облачность, которая сверху будет на стекле нарисована, — она научно обоснована. Зона циклонов, зона плавучих льдов и так далее. И завихрения должны быть в определенную сторону, в зависимости от вращения Земли. Это научный архобъект, скажем так, он научно обоснован. Нам строители постоянно говорят: «Ну вот это понять сможет два человека в Калининграде и десять — по всей стране, вам это зачем надо?». Да, это не просто беленьким помазали по синенькому. Это научно обоснованное расположение атмосферных явлений, характеризующее атмосферные процессы, происходящие на Земле и привязанные к географическим координатам. То есть над Сахарой не может быть циклона атлантического. Точно так же есть определенная облачность в зоне экватора, определенная облачность в Северной Европе. Это такая книга с загадками. То есть ты едешь по мосту, смотришь на этот шар и в первый раз ни о чем не задумываешься. А потом у тебя ребенок спрашивает: «Мама, а почему это так?». И ты начинаешь искать и объяснять.

Мы заходим и видим «янтарную стену». Здесь будет стойка ресепшн. Мы думаем, что столешница сама по себе будет витриной. У нас достаточно большая коллекция янтаря, который сам по себе не является фондовым, то есть исторические ценным. То есть наши сотрудники ездят в экспедиции, его собирают. И мы хотим эту коллекцию янтаря под стеклом разместить. То есть ты подходишь, здесь касса, здесь — «дежурный по планете», то есть человек, который ориентирует, рассказывает, где какие экскурсии. И здесь же ты видишь первую коллекцию. На этом же уровне будут магазинчик, кафе, а там — спуск вниз и начало первой экспозиции, посвященной Балтийскому морю: история формирования, ледниковый период, аквариум с обитателями Балтийского моря, каюта исследователя (какими методами, что исследуют, как изучают, что изучают — эту экспозицию нам прорабатывает Институт океанологии).

Всего в «Планете Океан» будет 29 аквариумов. Каждый — это экосистема, присущая тому или иному водоему. Соленому теплому морю, пресному холодному, пресному теплому и так далее. У нас будут представлены все «водные» экосистемы. Самый большой аквариум — высотой 8 метров.

Здесь нет ни одного повторяющегося этажа, все этажи разной площади, разной формы и разных размеров. Принцип такой: на каждом этаже размещается тематическая экспозиция, мы их называем Лабораториями. «Лаборатория Балтики» — то, с чего мы начинаем, она во входной зоне. Дальше у нас идет «Зал волны» и «Лаборатория жизни» (она представляет многообразие жизни на Земле), «Лаборатория воздуха» и «Лаборатория воды» — они показывают, как формируется атмосфера, отчего образуются волны, какие бывают волны: цунами, продольная, поперечная, рефракция. Здесь же можно будет на специальных «игрушках» увидеть эти волны. Здесь же будет центр информационных данных: это информация о погоде в текущий момент времени. То есть у нас есть связь с несколькими метеорологическими станциями по всему миру и можно будет получать информацию — посмотреть, как работают метеорологи, насколько это сложная профессия. Это же не просто посмотрел за окно и дал прогноз, это сложные математические структуры, огромное количество разрозненных данных, которые надо свести воедино, и на этой основе выдать вероятность разных атмосферных явлений. Дальше у нас идет «Лаборатория космоса» — это кинопланетарий и рассказ об исследованиях космоса, его влиянии на нашу жизнь — начиная от такой ерунды, как гороскопы, и заканчивая приливами-отливами. Следующий этаж — «Лаборатория красоты» — использование всего, что дает океан, в быту, в промышленности, в медицине, косметологии. Здесь же зоны отдыха.

_NEV4829.jpg_NEV4837.jpg_NEV4845.jpg_NEV4859.jpg_NEV4872.jpg

Каким будет последний этаж — пока вопрос. Предполагается, что картинная галерея, но там еще, возможно, будет, а возможно, не будет смотровая площадка. У нас есть некоторые сложности с тем, что прямой солнечный свет для картин вреден, поэтому до конца здесь еще не решено. Если смотровая площадка все-таки будет — у нас обозначены три приоритетных зоны осмотра: в сторону Дома Советов, в сторону Дворца спорта «Юность» и в сторону порта.

Входная зона в новый корпус устроена так, чтобы мы входили «через Атлантику», здесь как раз будет обозначен нулевой меридиан. Это специальная металлическая дуга на поверхности здания. Здесь внизу — карта Балтийского моря: территорию перед входом мы благоустроим так, чтобы разные типы мощения повторяли эту карту. И фонарики, подсветка, обозначают основные города, которые на побережье Балтики расположены. Над самим входом будет большой стеклянный козырек, а под ним — имитация дюн. Посажены будут растения характерные: сосенки стелющиеся, травы, может быть, лодка будет в песке лежать. То есть здесь формируется зона Балтийского моря.

На прилегающей территории у нас будет стоянка, но небольшая, все остальное — зеленая зона, мы ее называем «Парк науки». Например, мы разместим в нем солнечные часы, физическую визуализацию понятия «семь футов под килем», устройства, которые демонстрируют различные физические законы. Это винт Архимеда, который поднимает воду на определенную высоту, в то время как вода «думает», что она течет вниз; мельничные колеса — это такая нестандартная детская площадка. Еще здесь будет фонтан в форме куба — три на три метра, струи формируют куб воды.

Еще здесь будут демонстрироваться способы добычи и использования альтернативных видов энергии. Мы установим ветрогенератор, к которому планируем подключить небольшую станцию зарядки мобильных устройств: телефонов, планшетов, ноутбуков. Солнечные батареи, плюс мы хотим сделать тепловой коллектор — там будет стоять отдельный кассовый павильон, в котором билеты будут продавать, и мы хотим его отапливать энергией теплового коллектора. То есть это такое устройство, которое нагревает воду за счет ультрафиолетовых лучей даже в пасмурную погоду. Плюс хотим сделать скважину, чтобы поставить питьевой фонтанчик. Но там есть некоторые сложности: по нормам безопасности это должен быть строго защищенный источник, к которому никто не должен иметь доступ.

С точки зрения сложности строительства и архитектурной ценности новый стадион гораздо проще. Он большой, там сложные коммуникации, но с точки зрения соединения конструкций он не такой сложный. С точки зрения наполнения — тем более.

Текст — Оксана Ошевская, фото — Виталий Невар, «Новый Калининград»



Комментарии

prealoader
prealoader