Михаил Андреев: «Не взяв в руки кисть, не создашь шедевр»

С начала года калининградский драмтеатр постоянно на слуху. Все зимние каникулы здесь не прекращалось веселье. Потом открыли новый занавес, потом новый буфет. А сейчас театралы — в ожидании неформатной премьеры, которая потребовала трансформировать, покрыть золотом главную сцену и усадить на нее часть зрителей. Есть вопросы к худруку калининградской драмы Михаилу Андрееву.

М Андреев.JPG

 — Аккурат в Год театра поступает сигнал от власти, что в России театров слишком много и надо поддерживать только наиболее востребованные…

 — Председатель российского СТД Александр Калягин уже публично ответил по существу вопроса. В столичных театрах в условиях жесткой конкуренции свои проблемы, у нас — свои. Конечно, нельзя допустить сокращения театральной культуры, но и перемены нужны. В части создания оптимальных условий для нашей работы в федеральном законодательстве. И кажется, изменения на подходе.

Сейчас очень многие процессы пытаются формализовать, замерить экономическими показателями, например, количеством зрителей, посещающих театр. Безусловно, востребованность имеет значение. Но об эффективности театрального искусства нельзя судить только по заполняемости или по кассе. Полноту залов обеспечить легко. Достаточно составить репертуар из простеньких комедий положений и, что называется, дарить людям положительные эмоции. Но это значит не быть полноценным, живым театром…

 — А чем областные театры отличаются от столичных?

 — Если не говорить о финансировании, отличительная особенность провинциальных театров в монопольном положении. Но мы не можем монополизировать впечатления людей. Мы должны дать им целый спектр разных форм и жанров. Потому что у молодежи свои представления о театре, у зрителей, которые стабилизировались в жизни — другие, у людей постарше — третьи. Даже независимо от уровня образования и возраста одни люди ищут ответы на свои вопросы, другие хотят реализовать свои планы относительно культурного отдыха и получения хорошего настроения. В наше сложное время кто-то хочет отвлечься, получить удовольствие от актерской игры, кто-то — найти отражение своих чувств, а то и поломать голову над режиссерскими концепциями. Но бывает, что это одни и те же люди…

Не случайно аншлаговыми у нас стали спектакли, сделанные мастерами разных школ. К примеру, шесть лет живет на сцене «Мастер и Маргарита»(16+), поставленный Вячеславом Виттихом, столько же — «Поминальная молитва»(16+) народного артиста России Михаила Салеса, 10 лет воспитывает подрастающее поколение его «Лорд Фаунтлерой»(12+). Не такими популярными, но востребованными стали современные спектакли: «Мнимый больной»(16+) Никиты Гриншпуна, «Маленькие трагедии»(16+) Вячеслава Игнатова и Марии Литвиновой, «Огни Ивановой ночи»(16+) Ральфа Зибельта…


 — Говорите, «живой театр» — это какой?

 — Это ни в коем случае не повторение классического самого себя. В меняющемся мире театр должен меняться, чтобы быть отражением современной жизни даже в классических спектаклях. А этого можно добиться, если театр говорит на одном языке со зрителями, предлагает целую палитру мыслей и чувств, соответствующих их запросам. Мы обязаны постоянно развиваться, режиссеры должны творить по-новому, а актеры — быть в состоянии выполнить их замыслы, решения и придумки.

Эксперименты, лаборатории, мастер-классы, тренинги — это все работает на поддержание творческой формы и развитие. Наша малая сцена — испытательная площадка для еще не изведанного в театральном искусстве. Мы приглашаем там творить незашоренных молодых режиссеров, которые группируются вокруг московского фестиваля «Любимовка». Нас с ними объединяет интерес к современной драматургии, поиску новых форм и нового театрального языка.

И у малой сцены есть своя публика, которая уже оценила наши творческие находки. И таких уже немало. Это, к примеру, спектакли польского режиссера Мачея Виктора «Самый легкий способ бросить курить»(16+) и «Оркестр «Титаник»(16+), работа Лизы Бондарь «Спички»(16+), спектакль «А если завтра нет»(16+) Александра Серенко, «Тройкасемеркатуз»(16+) Вячеслава Виттиха и другие. Там же рождаются необычные постановки для детей с родителями: «У ковчега в восемь»(6+), «Скоморошина»(0+), «Северное сияние»(0+)… Все наши поиски возбуждают интерес зрителей, и они духовно обогащаются, развиваются вместе с нами.

Радует, что наш спектакль «Мамаснимиголову» (16+), сделанный Сергеем Чеховым, был замечен отборочной комиссией национальной премии «Золотая маска», если бы исполнительница главной роли не ушла в декрет, был бы показан на фестивале в Москве. И уже сегодня Сергей Чехов, неоднократно заявлявший о себе на уровне всей страны, работает у нас на большой сцене. Премьера его спектакля по фильму Эмира Кустурицы «Черная кошка, белый кот» (18+) состоится буквально 8, 9 и 10 марта.

«Самый легкий способ бросить курить»(16+)

Безусловно, залы не должны пустовать. Поэтому сегодня нам приходится постоянно обновлять свою работу, стараться не только радовать своих театралов, но и привлекать новых зрителей, предлагая новые темы и формы. Мы постоянно в поиске. И поверьте, очень непростая история — выпускать большое количество разных спектаклей на двух сценах. Но это пробуждает интерес у публики. И наши залы никогда не пустуют.

 — …Но могут и опустеть, ведь не все понимают язык современного театра. Зачем Вы рискуете, соглашаясь на эксперименты, вместо того, чтобы поставить совершенно беспроигрышный олдскульный материал?

 — Это все равно что ответить на вопрос, зачем человек прыгает в воду с трамплина или идет в горы… Если наш театр — живое существо, то он не может без адреналина. Который нужен не только актерам, но и звукорежиссерам, светотехникам, художникам, швеям, гримерам… Такие вызовы повышают уровень мастерства любого специалиста.

Вот, казалось бы, зачем нам был бэби-театр 0+, спектакль «Северное сияние», в котором нет границы между ребенком и актерами? Нерентабельный, всего на 30 человек, были огромные сомнения. Зачем убирать ради этого первые ряды кресел, бросать на детей снег, бумажки во время представления? А чтобы малыши ощутили нежность, когда по тебе ходит неживой, но такой живой медвежонок, потрогали его… Чтобы оттаяли сердца родителей, и они вместе с маленькой девочкой, главным персонажем, шли за чудом — и получили то, о чем мечтает любой человек, — дружбу, любовь, красоту. Чтобы и детишки, и их родители почувствовали себя счастливыми.

А бывает, что спектакль потрясает, переворачивает наше сознание, вызывает споры… Нестандартные постановки ломают стереотипы, заставляют шевелить мозгами, пробуждают новые чувства. Новые приемы работы со зрителем, художественные решения, изобретения, порой заставляют экспериментировать со светом, звуком, другими технологиями, сооружать немыслимые костюмы, играть в каких-то сумасшедших масках…


Да, когда мы встаем на этот непроторенный путь и не до конца понимаем, какой будет реакция зрителей, мы идем на риск. Но он всегда оправдан. Новые идеи, решение новых драматургических и режиссерских задач делают наших актеров и весь коллектив более сильным. Это и есть развитие театрального искусства.

 — Как правило, артхаусные спектакли — не самые популярные?

 — Вот это бабушка надвое сказала. Сергей Чехов, например, считает, что делает спектакль по фильму Кустурицы абсолютно для всех. Зрители — они нуждаются в новизне. Ведь человек быстро привыкает к художественным находкам — и театр уже не удивляет и не радует, не вызывает прежних эмоций. Поэтому иногда мы обрушиваем шаблоны и привычное восприятие. Это возбуждает интерес публики, освежает репертуар театра. И в каждой такой работе есть какое-то открытие. Не все они войдут в историю театра. Но ведь произведения, которые мы сегодня считаем классикой, когда-то тоже были новыми и прорывными. А не взяв в руки кисть, не создашь шедевр.

Текст Лидия Пименова.

Справка

Калининградский областной драматический театр

г. Калининград, пр-т Мира, 4
1042
На правах рекламы
Источник: Калининградский областной драматический театр

В глубокой мусорной яме

Корреспондент Оксана Ошевская — о том, куда нас ведет «мусорная» реформа.