«У нас что, 37-й год? Что за мракобесие?»: монолог директора 49-го лицея

Прокуратура потребовала от городских властей уволить директора лицея № 49 Людмилу Осипову из-за нарушений, которые сотрудники ведомства обнаружили при проведении праздника посвящения в лицеисты. В прокуратуре полагают, что тема и сценарии мероприятия «не только не отвечают задачам по патриотическому воспитанию», но и «прямо нарушают» запрет на пропаганду алкоголя, наркотиков и суицида. Во время церемонии посвящения старшеклассники принесли в один из кабинетов голову свиньи, а сами нарядились в представителей субкультур. Родительский комитет поддержал Осипову. После начала проверок педагог попала в больницу. Осипова полагает, что ее хотят отправить в отставку из-за возраста (ей 72 года), а также за ее самостоятельность и независимость. По словам директора, в течение последнего года ей недвусмысленно намекали, что пора уходить из школы и запугивали ФСБ. «Новый Калининград» поговорил с Людмилой Осиповой.

«Я обескуражена этим решением. Все как-то решено в одну сторону. Только мнение „Русского края“, никакие объяснения, ничего не принято во внимание: ни объяснения детей, ни объяснения педагогов, ни мои объяснения, как директора лицея.

Я не понимаю, за что ставится вопрос о несоответствии мной занимаемой должности? За что? За 30 лет безупречной работы? Как-то все очень странно, непонятно, совершенно точно субъективно. Я ожидала, что решение будет не очень приятным, но чтобы до такой степени… Я потрясена. Душа у меня опустошена. Это значит, что можно любую несправедливость допустить, и мы все должны это принять. Я знаю, что якобы власти собирали совещание директоров школ и на нем спокойно объявили, что вопрос со мной практически решен.

Так меня отблагодарили за 30 лет безупречной работы, перечеркнули всю работу лицея, в котором очень много хорошего, доброго, умного. Наши школьники становятся патриотами своей страны. Мы много занимаемся вопросами патриотического воспитания и духовного. Но этого никто не заметил.



«Не очень умная шутка»: как лицей № 49 оказался в центре скандала

Я не понимаю, что происходит. За что так меня наказывать решили. У меня такое представление, что в нашем городе все возможно. Я не знаю уже, кому верить.

У меня серьезные проблемы с сердцем, с глазами. Я не укрылась в больнице, попала туда в результате того, что со мной проделывали полтора года. Доведена до крайнего состояния. Потрясена несправедливостью по отношению к педагогам, которые отдают себя детям, работают честно и добросовестно.

Непонятно, в чем я провинилась? В том, что достигла определенного возраста, но не утратила ни ясности ума, ни профессионализма? Голова у меня ясная, и я знаю четко, что мне делать. Расправиться со мной одним росчерком. Мне передали, что представители властей общались с общественным советом при школе. И знаете, что сказали? Моя судьба решена. Они ждут только того, что я выйду из больницы, а потом собираются объявить, что я уволена.

У нас что, 37-й год? Что за мракобесие? Самое настоящее мракобесие. Полиция не нашла состава преступления, а прокуратура нашла в этой дурацкой выходке старшеклассников. ФСБ, которой мне угрожали, вообще не приходила и не интересовалась этой ситуацией. Это мне из комитета по образованию пальчиком грозили. Районная прокуратура сформулировала более мягкую позицию — объявить взыскание, а областная вцепилась. Разве непонятно, что ей руководят?

Вот так господин Ярошук решил воплотить в жизнь идею поменять всех возрастных директоров. А между прочем, все они возглавляют очень хорошие школы в городе. А смогут ли школы сохранить в отличном состоянии другие люди — это большой вопрос. Профессионализм не перечеркнешь и не выкинешь.

Мне намекнули весьма прозрачно, чтобы я написала заявление и ушла. Но я не стала этого делать. Собирай манатки и уходи — посыл был такой. Не понимаешь — получишь. Вот я и получаю в полной мере за свою непокорность. Я осмелилась перечить Ярошуку и Апполоновой (Анна Апполонова, замглавы администрации, председатель комитета по социальной политике — прим. „Нового Калининграда“).

Меня действительно на скорой увезли, потому что у меня сознание меркло и я была доведена до полного нервного истощения.

Было полтора года тряски — 14 проверок. Все, что было предписано, я исполнила. А я все не ухожу. В Трудовом кодексе нет параграфа, допускающего ограничение возрастного ценза для руководителей образовательных организаций. Чему уж так помешал мой возраст? Я ведь не стала сумасшедшей, лишившейся ума женщиной.

Качество обучения у нас в лицее очень высокое. Нам недавно выдали сертификат о высоком качестве образовательного процесса. Но на это Апполонова даже глазом не повела.

Мне больно. Зачем они пытаются меня раздавить и сломать коллектив? Дурацкая шутка одного из 11-х классов перечеркивает все, чем жил и занимался лицей на протяжении 30 лет. Разве это справедливо?

До церемонии посвящения лицеистов в октябре 2017-го на меня жали, пытаясь довести до нервного истощения. Но я сказала, что не напишу заявление об уходе. Нас невозможно упрекнуть в непрофессионализме. В этом году отношение комитета по образованию стало ко мне прохладным. Власти всем видом давали мне знать, что пора уходить, иначе меня загнобят. Я не могу позволить, чтобы об меня вытерли ноги, растоптали и двинулись дальше, как будто не было этих 30 лет управления школой и тех успехов, которых достиг лицей. Я считаю это очень грязным и несправедливым.

Я всегда была очень самостоятельна. Наша школа первой в городе стала лицеем. Я имела неосторожность быть самостоятельной в своих решениях и суждениях. Зачем же так со мной обходиться? Но такой я была всю жизнь, такой у меня характер. Я предана своим учителям. Все противно и страшно. Сейчас подан пример, как расправляются с неудобными и неугодными. Я в числе неугодных».

Записал Олег Зурман, фото — Виталий Невар, «Новый Калининград».

Комментарии к новости

Свои люди в облдуме

Заместитель главного редактора «Нового Калининграда» Вадим Хлебников о том, зачем бизнесмены на самом деле идут в депутаты.