Мантры и заклинания: что нового в деле Рудникова и Дацышина

Все новости по теме: Дело Рудникова и Дацышина

В середине недели Центральный районный суд Калининграда продлил меры пресечения Игорю Рудникову и Александру Дацышину — их обвиняют в вымогательстве 50 тысяч долларов у генерала Виктора Леденева, главы регионального управления СК. По решению суда бывший региональный парламентарий проведет в СИЗО ближайшие полгода. Александру Дацышину, которого обвинение считает пособником, повезло больше — ему смягчили условия домашнего ареста, разрешив два раза в день гулять по Светлогорску. В ходе заседания Игорю Рудникову удалось зачитать несколько фрагментов из уголовного дела. Из них стало известно, что генерал Леденев предположительно обсуждал персону Рудникова с главой СК РФ Александром Бастрыкиным. За ходом заседания наблюдал «Новый Калининград».

«Мы имеем право! Мы имеем право!» — группа людей, которым не хватило места в зале судебных заседаний, громко протестовала, требуя пустить их внутрь. Приставы разводили руками, объясняя, что все остальные помещения заняты.

Игоря Рудникова не было в Калининграде почти год, и на заседание в среду, кажется, пришли все, кто в разное время поддерживал главного редактора «Новых Колес» на других процессах с его участием — от фейсбук-блогеров до экзальтированных пенсионерок. Одна из них в перерыве со скандалом покинет здание суда, попутно вступив в небольшой конфликт с приставом.

Бывшего депутата облдумы в Центральный районный суд доставили под конвоем. Александр Дацышин, который с ноября прошлого года находится под домашним арестом, добрался сюда своим ходом. Судебные приставы, охранявшие зал заседаний и поначалу запускавшие туда только адвокатов, не сразу поняли, кто перед ними — экс-замполпреду президента России по СЗФО пришлось некоторое время постоять в коридоре вместе со всеми.

Перерыв в заседании случился вскоре после его начала. Игорю Рудникову требовалось десять минут для согласования позиции со своими московскими адвокатами — Анной Паничевой и Тумасом Мисакяном. Когда процесс возобновился, они просили смягчить экс-депутату меру пресечения — и заменить СИЗО подпиской о невыезде или домашним арестом.

Первым, впрочем, слово взял сам обвиняемый. Позиция Игоря Рудникова осталась прежней: он настаивал на своей невиновности, подчеркивая в очередной раз, что стал жертвой провокации со стороны главы СУ СК России по Калининградской области Виктора Леденева. Главный редактор «Новых колес» говорил, что выдвинутое против него обвинение, согласно которому «журналист вымогает деньги у руководителя самой могущественной силовой структуры в стране, — совершенно абсурдное».

Подкрепить свои доводы экс-парламентарий хотел с помощью двух цитат, которые, предположительно, принадлежат Виктору Леденеву. И хотя формально при рассмотрении вопроса о мере пресечения обращаться к материалам уголовного дела нельзя, судья Людмила Сагий позволила Рудникова эти цитаты озвучить.

0NEV9251.jpg

«Леденев говорит: «Я поехал, с председателем следственного комитета, встретился. Он говорит: „Что ты не можешь разобраться с каким-то депутатом областной Думы, там на месте?“ — Я говорю: „Как с ним можно разобраться, если он ходит по грани? Он же не переступает эту грань? Он пишет прям по острию ножа“. Председатель следственного комитета говорит: „Решай сам“. Леденев говорит: «Мне сказали так в комитете: „На месте закрывай вопрос. Чтобы вот эта писанина вся прекратилась“. Я говорю: „Хорошо, я решу его самостоятельно“. Леденев говорит: „Я ждал посредников Рудникова на меня. Но вынужден был сам предпринять действия в сторону мирного урегулирования данного вопроса“. Леденев признается, что был инициатором. Он говорит: „Тут ходоки не пошли, тут я уже пошел, как решать вопрос…“», — читал с листа Рудников фрагменты, которые, по его словам, содержатся в материалах дела.

На третьей цитате Людмила Сагий обвиняемого прервала. При каких обстоятельствах и кому конкретно говорил все вышеуказанные слова глава регионального СК, Игорь Рудников не уточнил. Завершая речь, журналист заявил, что пока он находился в СИЗО, некий «сотрудник ФСБ» предпринял попытку его убить. «Пытался ликвидировать меня руками арестованных… Ну, если ты так ненавидишь журналиста Рудникова, приди в камеру, без маски, застрели меня!» — сказал экс-депутат. Свою участь он сравнил с юристом Сергеем Магнитским, который умер в московском СИЗО 9 лет назад. «Вот, что происходит, когда закон в руках следователя превращается в дышло», — закончил Рудников, считающий, что дальнейшее нахождение под стражей — это способ «сломать человека».

Адвокат Анна Паничева говорила, что никаких оснований держать Игоря Рудников в СИЗО у обвинения нет — все его доводы это лишь «мантры и заклинания», повторяющиеся на каждом заседании. «Может скрыться, может продолжить заниматься преступной деятельностью, может угрожать, может уничтожить… Чем это все подтверждается? Может продолжить заниматься преступной деятельностью — это особенно эффектно. <…> Он что, будет по различным областям [ездить] и вымогать деньги у генералов, возглавляющих следственные управления? Какую преступную деятельность он сможет продолжить? Или, если он выйдет на свободу, он будет приходить к Леденеву и требовать эти деньги?» — отмечала Паничева.

Другой защитник главреда «Новых колес», Тумас Мисакян, уличал следователей в волоките. По его словам, СК затянул расследование дела, хотя оно не является сложным, а все экспертизы уже давно сделаны.

Александр Дацышин был немногословен. «Я рад, что начался судебный процесс, я против домашнего ареста», — сказал экс-чиновник и передал слово своим защитникам. Александра Дацышина представляли сразу три адвоката: Сергей Баранов, Алексей Гудков и Борис Доля.

0NEV9312.jpg

Первым начал Баранов. Он подчеркнул, что ни у следствия, ни у обвинения нет веских доказательств того, что его подзащитный, оказавшись на свободе, как-то помешает ходу судебного разбирательства. Баранов настаивал на необходимости отпустить Дацышина под подписку о невыезде и предложил суду залог от 1 до 5 млн рублей. В случае если суд все-таки примет решение о продлении домашнего ареста, адвокат попросил хотя бы смягчить условия. «Они [члены семьи] с ним видятся утром и вечером. Однако позвонить своей собственной жене и попросить ее по дороге купить булку хлеба Дацышин не может», — сказал Баранов, отмечая абсурдность ситуации, при которой Дацышин каждый день видится и общается с близкими, но ему почему-то запрещено говорить с ними по телефону. В итоге адвокат попросил суд снять с его подзащитного ограничения на использование мобильной связи и интернета, а также попросил разрешить Дацышину прогулки. Их необходимость обусловлена тем, что у экс-чиновника диагностировано сердечное заболевание.

Два других адвоката полностью поддерживали своего коллегу и также акцентировали внимание суда на том, что держать под домашним арестом Дацышина бессмысленно по ряду причин: во-первых, Дацышин не может оказать давление на свидетелей, так как их, по сути, кроме Виктора Леденева, нет; а во-вторых, экс-чиновник и не помышляет о том, чтобы скрыться. В качестве примера защита приводила ситуацию, при которой Александр Дацышин самостоятельно летал в Москву на следственные действия и возвращался обратно, и никто его при этом не контролировал.

Защита напоминала, что статус Александра Дацышина как обвиняемого подвергал сомнению замгенпрокурора России Виктор Гринь. Однако, как рассказал журналистам во время перерыва адвокат Сергей Баранов, именно Гринь в итоге утверждал обвинительное заключение по делу о вымогательстве у генерала Виктора Леденева. Почему заместитель генпрокурора поменял свое мнение насчет виновности Александра Дацышина, остается загадкой, его парадоксальное решение адвокаты объяснить не смогли.

Позиция обвинения оказалась предсказуемой: доказательств вины Рудникова и Дацышина в вымогательстве достаточно, а преступление, в котором они обвиняются, относятся к категории особо тяжких, заявила прокурор; оба фигуранта дела могут скрыться от суда и повлиять на свидетелей благодаря своим «обширным связям в кругах государственной власти и правоохранительных органах». Комментируя короткое выступление гособвинителя, адвокаты Рудникова и Дацышина единодушно замечали, что для продления меры пресечения нужны более веские причины, а не предположения, к которым все время апеллирует прокурор.

0NEV9387.jpg

В перерыве Александр Дацышин охотно общался со слушателями и журналистами, рассказывал о своих буднях и поездках в Москву на следственные действия. Он, в частности, рассказал об обстоятельствах своего знакомства с генералом Виктором Леденевым. По словам Дацышина, принять Леденева просил экс-начальник регионального УМВД Евгений Мартынов. «Он мне раз позвонил, два. Я Леденева [до прошлого года и просьбы Мартынова] знать не знал», — сказал Дацышин. Бывший федеральный чиновник был крайне удивлен, когда за ним пришли силовики.

Людмила Сагий находилась в совещательной комнате больше двух часов. Вернулась она с плохими новостями для обвиняемых: Игоря Рудникова на полгода оставили в СИЗО, а Александру Дацышину продлили домашний арест. Мотивируя свое решение, Сагий отметила, что основания для смягчения меры пресечения «не отпали», и, по сути, поддержала позицию обвинения. Впрочем, у Дацышина повод для радости все же появился: ему разрешили гулять два раза в день по Светлогорску, использовать интернет для связи с близким родственниками, защитниками и судом. Еще Дацышину позволили посещать офис его адвоката Сергея Баранова в Калининграде в дни проведения судебных заседаний.

Сторонников Игоря Рудникова исход судебного заседания опечалил — особенно на фоне смягчения условий домашнего ареста Александру Дацышину. Поодиночке они молча покидали здание суда.

Текст — Олег Зурман, фото — Виталий Невар, «Новый Калининград»



Комментарии к новости

prealoader
prealoader

Кремль и большой предмет

Замглавного редактора «Нового Калининграда» Вадим Хлебников о том, что происходит, когда власти пытаются бить гражданское общество.