«Логично и гуманно»: власти опять хотят закрыть Дом ребенка в Калининграде

Все новости по теме: Жизнь детей

Областной Дом ребенка в Калининграде уже два года находится под угрозой закрытия. Региональные власти давно задумали его реорганизовать, но в связи с вызванным общественным резонансом от планов публично отказались. Как оказалось позже — забыли об этой идее только на время. В 2018 году в регионе стартовала кампания по реструктуризации медучреждений, поэтому вопрос снова стал актуален. «Новый Калининград» решил разобраться, насколько реальна угроза ликвидации Дома ребенка и чем это может грозить.

Старейшее медучреждение области

ГБУЗ «Дом ребенка Калининградской области (Дом малютки)» расположен на улице Муромской, 2, в Калининграде. Это одно из старейших учреждений региона в области здравоохранения. В Дом ребенка помещаются дети с рождения до 4 лет. Согласно уставу, учреждение создано для оказания помощи сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей или оказавшимся в трудной жизненной ситуации, в том числе ВИЧ-инфицированным.

В Доме ребенка за детьми наблюдают педиатр, невролог. Медицинскую помощь воспитанникам оказывают патронажная, палатные, процедурная и прививочная медицинские сестры, массажисты и диетическая медсестра. Также в учреждении работают педагог-психолог, учителя-дефектологи, музыкальный руководитель. Всего в учреждении порядка 80 человек персонала.

На сегодняшний день Дом ребенка занимает три отдельно стоящих корпуса (два из них — довоенной постройки) и располагает 55 местами, которые распределены на 4 группы по возрасту и медицинским показаниям. На данный момент единовременно содержатся в учреждении в среднем 10–15 детей.

«Рациональное зерно» реорганизации

В феврале 2017 года правительство Калининградской области подготовило распоряжение о реорганизации специализированных домов ребенка в Калининграде и Гусеве, находящихся в ведении областного минздрава.

Как следовало из документа, на деле учреждения должны были полностью прекратить свое существование. Здоровых воспитанников этих Домов ребенка планировали передать в центр «Росток», где содержатся дети, оставшиеся без попечения родителей. Детей, нуждающихся в особом медицинском уходе, хотели перевести в специализированный дом ребенка № 1 в Советске. 


«Рациональное зерно в предлагаемой реорганизации, по мнению депутатов, есть. Сегодня в трех домах ребенка находятся детишки как здоровые, так и больные, в том числе — тяжело. Логично и гуманно будет их разделить, оставив одних в ведении минздрава, а других передав на попечение министерства соцполитики, которое в дальнейшем займется поиском приемных родителей», — прокомментировала тогда инициативу председатель профильного комитета облдумы Лариса Швалкене.

Тогда же Швалкене отметила, что в помещениях Дома ребенка в Калининграде предполагается разместить областной детский реабилитационный центр.

«Что ожидает работников домов ребенка в Калининграде и Гусеве? Как заверили в правительстве области, гусевцев трудоустроят в местные учреждения социальной защиты, калининградцев — в больницы и поликлиники областного центра. Никто без работы не останется», — заявила депутат и добавила, что комитет облудмы намерен следить за процессом реорганизации учреждений.

«Возможно, в коммерческих целях»

Общественный резонанс вокруг грядущего закрытия областного Дома ребенка в Калининграде возник в апреле 2017 года, когда депутат облдумы от фракции «Патриоты России» Михаил Чесалин обратился к региональному минздраву с просьбой сохранить учреждение. Открытое письмо в адрес врио министра Александра Кравченко депутат обнародовал на заседании регионального парламента — выдержки из его выступления процитировали многие местные СМИ.

Парламентарий утверждал, что в ходе подготовки к закрытию Дома ребенка чиновники регионального минздрава резко уменьшили финансирование учреждения. По словам депутата, было организовано «массовое изъятие детей» из Дома ребенка в Калининграде «путем организации давления на родителей со стороны органов опеки».

Чесалин добавил, что чиновники через СМИ распространяли «недостоверную и одностороннюю информацию о якобы неэффективной работе домов ребенка и непосильности бюджетного бремени на их содержание».

Озвучил парламентарий и свои догадки относительно того, что закрыть калининградский Дом ребенка намерены с целью освобождения имущественного комплекса на улице Муромской для «использования в иных, возможно, коммерческих целях». 

«Учреждение отремонтировано, туда вложены бюджетные деньги. Я не знаю, министерство ли имеет виды на этот комплекс или отдельные личности, которые потом там, может быть, откроют какое-то учреждение в рамках частного государственного партнерства», — уточнил «Новому Калининграду» депутат. 

Михаил Чесалин

Спустя месяц, в мае 2017 года, Михаил Чесалин встретился по этому вопросу с главой министерства здравоохранения региона Александром Кравченко. Депутат открыто обвинил министерство социальной политики в способствовании скорому закрытию Дома ребенка в Калининграде. «По моим данным, дети, которых необходимо поместить в Дом ребенка, есть и в Детской областной больнице, и в других учреждениях. По факту, министерство соцполитики медленно, но верно уничтожает калининградский Дом ребенка», — заявил тогда Чесалин.

По словам парламентария, Александр Кравченко заверил его, что Дом ребенка закрывать не планируется, и пообещал проверить достоверность информации о намеренном оставлении учреждения без воспитанников.

Бессрочный простой

В ноябре 2018 года часть персонала ГБУ здравоохранения «Дом ребенка Калининградской области» была отправлена в бессрочный «отпуск», то есть, выражаясь языком трудового законодательства, — в простой.

По словам некоторых сотрудников учреждения, с которыми удалось поговорить «Новому Калининграду», в простой отправили по большей части медсестер и воспитателей, а вот персонал административного корпуса остался работать.

«Пока 13 человек отправили в „отпуск“, но в конце декабря еще нескольких сестер отправляют. Объяснили это тем, что детей нет и группы закрываются. Но получается так, что трудоспособных и энергичных выкинули, а бабушек-пенсионерок оставили», — негодует Ольга Борцова, которая работает в Доме ребенка медсестрой.

Всем отправленным в простой сотрудникам ГБУЗ обещали платить ⅔ от основного оклада, то есть медсестры будут получать примерно по 5–6 тысяч рублей в месяц. 

IMG_8870.jpg

«Личное обещание губернатора»


В министерстве здравоохранения Калининградской области «Новому Калининграду» сообщили, что в Доме ребенка Калининградской области содержатся дети, «не нуждающиеся в постоянном медицинском наблюдении», и поэтому они должны быть помещены в учреждения социальной защиты, а не здравоохранения.

К тому же, по данным ведомства, наполняемость трех домов ребенка, находящихся в подчинении регионального минздрава, и без того составляет всего 37,8%, что и «обусловило необходимость проведения мероприятий по преобразованию их сети». 

«В настоящее время рассматривается вопрос о преобразовании Дома ребенка в иное учреждение, необходимое для развития детской инфраструктуры города Калининграда и области», — говорится в официальном ответе пресс-службы регионального правительства.

Как отмечают в региональном правительстве, в случае принятия решения о преобразовании Дома ребенка его воспитанников распределят по соцучреждениям, а сотрудникам организации будут предложены рабочие места «в установленном трудовым законодательством порядке».

Михаил Чесалин настаивает, что, несмотря на то, что губернатор Антон Алиханов лично дал ему обещание не закрывать Дом ребенка в Калининграде, практика по искусственному уменьшению нагрузки на учреждение продолжается.

«В последний раз я поднимал этот вопрос месяц назад на встрече губернатора с лидерами думских фракций. Я сказал, что вице-премьер Илья Баринов специально, чтобы показать никчемность учреждения, продолжает не направлять туда детей», — заявляет Чесалин.

По словам Чесалина, дети направляются в непрофильные учреждения соцзащиты, хотя многие из них нуждаются в специализированном уходе. 

«К нам детей просто с улицы привозят — мама бросает его там, потому что кормить нечем ребенка. Такие дети, как правило, нуждаются в лечении, потому что их мамы употребляют алкоголь, наркотики. Их к нам привозят недоношенных, с рахитом, дисплазией, отставанием в развитии. Чтобы вырастить и привести в такое состояние, которое позволяет их отправить в соцучреждение, это столько трудов надо!» — поясняет Ольга Борцова.

Что же касается возможного перевода воспитанников в специализированный Дом ребенка в Советск, то и тут, по мнению Чесалина, есть отрицательная сторона, о которой чиновники почему-то забывают.

«Это прямо противоречит постановлению Правительства РФ о временно изымаемых детях из социально неблагополучных семей. То есть даже если мать сама сдала ребенка в учреждение из-за трудного финансового положения (надо на работу устроиться, ипотеку выплатить и так далее), то его надо помещать в учреждение, которое расположено в том же муниципалитете, где живет его семья, чтобы родственники имели возможность посещать малыша. А если ребенка увозят в другой муниципалитет, то одна дорога туда-обратно обойдется в полтысячи рублей, — поясняет депутат Михаил Чесалин. — То, что творит вице-премьер Баринов — это моральное преступление. Дети пострадают в любом случае».

И.о. главврача ГБУЗ «Дом ребенка Калининградской области» Малика Заирова комментировать ситуацию «Новому Калининграду» отказалась. «Приказ о реорганизации еще не подписан», — отметили в приемной учреждения.

Текст — Екатерина Медведева, фото — Виталий Невар, Кирилл Клейков, «Новый Калининград»


Комментарии к новости

prealoader
prealoader

Кремль и большой предмет

Замглавного редактора «Нового Калининграда» Вадим Хлебников о том, что происходит, когда власти пытаются бить гражданское общество.