«Формул знать не надо»: доктор наук опубликовал претензии к экспертизе по делу Сушкевич

Виталий Невар / Новый Калининград

В Калининграде продолжается суд по уголовному делу неонатолога Элины Сушкевич и экс-главврача роддома № 4 Елены Белой, которых обвиняют в убийстве недоношенного младенца ради статистики. Судья отклонил ходатайство защиты об участии в процессе в качестве приглашенного эксперта главного внештатного неонатолога ЦФО РФ, доктора наук Дмитрия Дегтярева. После этого медик заявил, что внимательно изучил материалы дела и один из основных доводов обвинения — судебно-медицинскую экспертизу. «Новый Калининград» публикует выдержки из открытого письма Дегтярева, в котором он подробно разбирает спорные, на его взгляд, моменты.

О медпомощи младенцу в роддоме № 4 до приезда бригады из перинатального центра

— Судя по результатам исследования кислотно-основного состояния (КОС) крови младенца, а также по описаниям последовательности действий, изложенным в протоколах допроса свидетелей, складывается однозначное впечатление, что местные врачи-неонатологи не имели достаточного опыта и знаний для оказания эффективной неотложной помощи критически больному ребенку.

— Несмотря на то, что врачи дежурной бригады в своих показаниях утверждали, что им удалось стабилизировать состояние ребенка (почему-то они ссылались на показатели пульсоксиметрии, не учитывая результаты других доступных инструментальных (например, измерения артериального давления) и лабораторных (КОС крови) исследований, объективные данные, приобщенные к делу, свидетельствуют об обратном.

— Помимо того, что ребенок исходно находился в крайне тяжелом состоянии, к моменту приезда Элины Сушкевич анализы выявили прогрессивное снижение гемоглобина и гематокрита. Тяжелая анемия в совокупности с тяжелой дыхательной недостаточностью и, по-видимому, выраженными гемодинамическими нарушениями (артериальное давление местными врачами до приезда Сушкевич не контролировалось, динамического наблюдения за состоянием витальных функций не проводилось) быстро сделали патологический процесс необратимым.

— Вопрос, по каким причинам врачами дежурной смены родильного дома выездная реанимационная бригада перинатального центра не была вызвана сразу после рождения ребенка, остался открытым.

— Комиссия экспертов во главе с главным внештатным неонатологом Минздрава России решила никак не обращать внимание на эти несоответствия, утверждая вопреки фактам, что состояние ребенка действительно было стабильным. Вместе с тем, как следует из материалов уголовного дела, в момент приезда Сушкевич Э.С., несмотря на проводимые врачами родильного дома аппаратную искусственную вентиляцию легких (ИВЛ) и инфузионную терапию, у ребенка были признаки тяжелого респираторно-метаболического ацидоза крови (рН=7,01; рСО2=65,8 мм.рт.ст.; ВЕ=-15) и анемии тяжелой степени (гемоглобин — 85 г/л; гематокрит — 27%).

О формуле, по которой рассчитывалась концентрации магния в крови новорожденного

— Судмедэксперты, среди которых был главный неонатолог Минздрава России Дмитрий Иванов, комиссионно пришли к умозаключению, что состав тела 700-граммового недоношенного ребенка, родившегося на 24-ой неделе беременности, по содержанию химических элементов очень похож на состав тела 70-килограммового взрослого человека. Про организм матери как источник химических элементов для плода и плаценту — как основной путь поступления в организм плода витаминов и микроэлементов — они явно забыли.

— Судмедэксперты пришли к выводу, что кроме как путем внутривенного попадания в кровь из шприца с раствором сульфата магния и дальнейшего проникновения в ткани, повышенная (по сравнению со взрослым) концентрация магния в органах ребенка объяснена быть не может. Они даже придумали формулу, позволившую (им) вычислить концентрацию магния в крови, исходя из величины его содержания в органах. Именно эта формула и стала, на их взгляд, «объективным», а по версии следствия — «неопровержимым» доказательством «факта» внутривенного введения магния.

— При этом суду никаких формул знать не надо, а надо просто поверить, что концентрация магния в тканях (стенках желудка или почке) составляет 75% от величины концентрации магния в сыворотке крови, что, по мнению членов экспертной комиссии, и доказывает, что в крови недоношенного ребенка магния было больше, чем во внутренних органах. Даже во время публичного выступления в суде эксперта не смутило, что если по этому принципу попытаться рассчитать концентрацию магния в сыворотке крови «стандартного» взрослого человека (модель которого использовали в качестве эталона содержания магния в органах при судебно-химической экспертизе), то получится, что нормальная концентрация магния в сыворотке крови здорового 70-килограммового взрослого должна в норме составлять 7,22 ммоль/л вместо известной из курса физиологии концентрации магния, равной 1 ммоль/л.

— В сыворотке крови всего 0,3% от содержания магния в организме, а в мягких тканях — около 40%, поэтому концентрация магния в мягких тканях даже в норме примерно в 7 раз выше, чем в сыворотке крови.

— Анализа образцов крови, мочи и плаценты на содержание магния, без которого любые заявления о внутривенном введении и токсическом действии сульфата магния на организм недоношенного ребенка голословны, судмедэксперты не проводили совсем.

О других вопросах к судебно-химической экспертизе

— Не ясно, почему эксперт-химик вообще стал определять магний, если материал был направлен на исследование тяжелых металлов, к которым формально магний не относится.

— Если уж магний был определен, то почему в материале не было определено содержание кальция как элемента, имеющего постоянное соотношение с магнием в тканях, для проверки пути попадания магния в организм Ахмедова?

— Почему обнаруженная в желудке концентрация магния (432,98 мкг/г) значительно превышала концентрацию магния в печени (304,94 мкг/г), если печень является первым органом, получающим большую часть крови непосредственно из пупочной вены у новорожденного ребенка первых часов жизни? Логично, что в случае введения препаратов в пупочную вену любой раствор попадает, в первую очередь, преимущественно в печень.

— Эксперт Андрей Филатов объяснил, что произошло максимальное накопление магния в органах, отвечающих за выведение магния из организма, этакая компенсаторная реакция в течение 2-4 минут до предполагаемого комиссией времени смерти ребенка после якобы введения сульфата магния. По мнению Филатова, за 4 минуты умирания сердце глубоконедоношенного 700-граммового новорожденного Ахмедова прокачало 3200 мл крови, и магний дошел до желудка и почек и накопился в них.

— Почему выемка следователем флаконов с фрагментами органов младенца из бюро СМЭ Калининграда состоялась 19 марта 2019 года, до издания постановления о проведении судебно-химической экспертизы (постановление датировано 20 марта 2019 года)?

— Почему флаконы с фрагментами органов были переданы на судебно-химическую экспертизу в Москву спустя трое суток после выемки их в Калининграде (выемка флаконов с органами состоялась 19 марта 2019 года, а передача их химику в Бюро СМЭ в Москве состоялась 22 марта 2019 года), где путешествовали фрагменты органов в течение трех суток, в каких условиях и в чьих руках они находились, и не имела ли место контаминация содержимого пробирок тем же пресловутым сульфатом магния во время этого путешествия?

Нашли ошибку? Cообщить об ошибке можно, выделив ее и нажав Ctrl+Enter

[x]


Полулегальные методы

Замглавреда «НК» Вадим Хлебников о том, почему власти скрывают от горожан свои планы по застройке.