В суде Балтийского округа продолжается рассмотрение дела экс-главы администрации БГО Сергея Мельникова и его зама Максима Коваленко. Первого, напомним, обвиняют в получении взятки в 500 тыс руб., а второго — в ее даче за попустительство по службе. На очередном заседании корреспондент «Нового Калининграда» узнал, по какой причине провели 10 месяцев в СИЗО предприниматели Михаил и Олеся Руденя, в чем сознался бывший директор МУП «Тепловые сети Балтийска» Максим Брычук и чего испугался бывший глава комитета экономики и финансов Евгений Шпаков, когда его повезли в Следственный комитет, а привезли совсем в другое место.
Как и в прошлые заседания, к Мельникову и Коваленко приехала группа поддержки. В частности, на сей раз на суд приехал гендиректор АО «Молоко» Рустам Алиев. «Приехал поддержать хорошего друга Сергея Мельникова», — пояснил он.
В этот день судья Николай Переверзин решил по максимуму допросить вызванных стороной обвинения свидетелей. Но почти каждый допрос растягивался на час. Одним из первых стал Евгений Шпаков, бывший глава комитета по экономике и финансам администрации БГО.
«В рамках уголовного дела 8 февраля 2025 г. я был привлечён в качестве свидетеля, — изложил он суть дела. — В выходной ко мне домой приехали два сотрудника полиции. Попросили проехать с ними, не объясняя куда. В машине я сообщил родственникам, что произошло, и попросил брата, у которого есть возможности (он — бывший депутат окрсовета БГО), обеспечить мне защитником... Тот спросил, куда меня везут. Мне сказали, что едем в Следственный комитет, но долго не говорили адрес...В итоге привезли в какое-то здание на Дмитрия Донского. Там мне представился то ли подполковник, то ли полковник. Сказал, что со мной надо пообщаться. Мол, в каком-то контексте прозвучала моя фамилия, и „вы же понимаете, что мы берём не хулиганов с улицы, а главу администрации Балтийска, данная операция санкционирована с самого верха, и вообще всё пропало, и вы чуть ли не преступник, давайте, признавайтесь во всём“».
Шпаков пояснил, что рассказывать ему было не о чем. И его все же доставили в Следственный комитет, где уже ждал адвокат.
«Вы оценивали это как давление на вас?» — спросили в суде. «Неприятная поездка была, — ответил свидетель. — Когда тебе сотрудники полиции сообщают, что везут в одно место, а привозят в другое, и там непонятные люди с тобой общаются... Я не знаю, как это характеризовать. Наверное, да. Уже в Следственном комитете мне предъявили контракт на ремонт ул. Школьной (подробнее об этом читайте в предыдущей публикации по ссылке). Я ответил, что с ним не знаком, как и с подрядчиком никогда не взаимодействовал... Следователь напоследок спросил, известно ли мне о передаче денег от подрядчика в сторону Коваленко и Мельникова? Неизвестно. Ничего не знаю и о ходе работ по этому контракту. Наш комитет лишь проводил закупки и проверку пакета документов на соответствие 44-му ФЗ».
Подсудимый Сергей Мельников неожиданно спросил Шпакова о совершенно другой истории, но не менее интересной. «Как вы можете охарактеризовать отношение главы муниципалитета (им являлся глава окружного Совета Николай Плюгин — прим. „Нового Калининграда“) к главе администрации? Они какие были?» «Как плохие отношения, — ответил Шпаков. — Были конфликты. Николай Викторович (Плюгин) испытывал, мне кажется, личную неприязнь к Сергею Викторовичу (Мельникову)».
«Были ли у нас с вами разговоры в декабре 2024-го? — продолжил Мельников. — Помните, я обращался к работодателю (им как раз является окружной Совет Балтийска — прим. ред.) с тем, что моя зарплата в течение последних 4 лет не индексировалась?» «Да, такое было». «То есть себе глава муниципалитета Плюгин начислял эту индексацию, а мне — нет. Обращался ли я к вам, чтобы вы подготовили какой-то документ в отношении моего работодателя на эту тему?» «Да. Обращались». «Помните, какие там примерно цифры были, которые мне были недоплачены?» «Там большие цифры были, — произнес свидетель. — Речь о сотнях тысяч рублей».
Уже всем Шпаков пояснил: «Мне известно, что индексация зарплаты Сергею Викторовичу не производилась вообще. То есть у нас в рамках решения правительства Калининградской области всем сотрудникам местного самоуправления есть рекомендация ежегодно индексировать зарплаты на 4-6%. Вся область индексирует. А Сергею Викторовичу нет. Он возмутился и обратился к главе округа, чтобы устранить несправедливость. Индексацию производит работодатель, это Совет депутатов в лице главы округа. На тот момент это был Николай Плюгин».
«Известно ли вам моё отношение к возможности подписания актов каких-либо выполненных работ без их выполнения? С нарушением платёжной дисциплины?» — продолжил Мельников. «Сергей Викторович не раз повторял: „Я никому, даже губернатору, никогда в жизни такого не позволю“, — ответил свидетель. — Это слышал не только я, но и вся администрация на совещаниях».
Допрос следующего свидетеля, Максима Брычука, проходил, можно сказать, в звенящей тишине, потому что бывший глава «Тепловых сетей» Балтийска... признался в преступлениях. На суд его отпустили из-под домашнего ареста.
«Трудовой договор со мной был заключён 25 января 2021, — начал он свою историю. — Его продляли каждый год, но в конце 2023-го возникла проблема — декабрь, а мне не продлевают контракт на 2024 год. Хотя в прежние годы это делалось заранее. Я обращался с этим вопросом к Роману Парамонову, заму Коваленко. Тот сказал, что причин не видит. После обратился к Максиму Петровичу. Тот сказал, что ничего об этом не знает, но переговорит с Сергеем Викторовичем».
При этом, пояснил свидетель, у него были проблемы со здоровьем, а у жены — дизайнера после 2022 г. сильно упали заработки. Семья фактически жила на зарплату Брычука. Контракт для него был важен.
В конце 2023 года, по словам Брычука, у него вновь состоялся разговор с Коваленко, и тот сказал, что пролонгация затягивается в связи с тем, что директор «Теплосетей» «не зарабатывает для Коваленко и Мельникова на своей должности». Свидетель пояснил, что ему не уточнили, как именно он должен это делать, тем более что у МУП таких возможностей не было, кроме махинаций с контрактами.
«В течение 2024 года у нас в планах был ремонт котла на Киркенесской, — продолжил Брычук. — Стало понятно, что там есть возможность заработать. Контракт на 2,5 млн был заключён с единственным участником конкурса — компанией „Западстройсервис“. С ее директором Михаилом Руденей я знаком с 2012 года.. Котёл нужно было ремонтировать — он отработал 16 лет при сроке эксплуатации в 15 лет. А без него пос. Севастопольский остался бы без отопления».
По словам Брычука, «Западстройсервис», выиграв тендер на 2,5 млн, для работ привлек компанию «РИМКО» в качестве субподрядчика, и та все сделала за...1,4 млн руб. «Когда контракт был выполнен и произведена оплата, дня через 3-4 Руденя передал мне 400 000 рублей. А я — Коваленко. В начале октября (2024 г.) зашёл в кабинет, с собой была папка с документами, в ней — деньги. Коротко доложил о подготовке к отопительному сезону и в конце разговора вытащил папку и передвинул ее по столу», — рассказал он.
«Знал ли о передаче денежных средств Мельников?» — последовал вопрос. «Я передал Максиму Петровичу и понимал, для чего передавал, — ответил бывший директор. — Чтобы продолжать находиться в должности».
Адвокаты Мельникова и Коваленко собирались закидать вопросами свидетеля. Но всех определил судья: «У меня сложилось впечатление, что я оказался на другом процессе». Переверзин напомнил, что свидетель Брычук на данный момент — фигурант нескольких уголовных дел, в том числе по завышению стоимости контракта на ремонта котла, и, как полагает следствие, получению 0,4 млн руб. от подрядчика и передаче их Коваленко. При этом, как сообщил судья, упомянутые дела еще даже не направлялись в суды. «По даче взятки своему начальнику Брычук дал явку с повинной. Но это все — предмет будущего исследования другого суда», — еще раз напомнил Переверзин.
То есть фактически еще не доказано, что экс-директор «Тепловых сетей» брал у кого деньги и кому-то их передавал. Но то, что дела эти будут запутанными и сложными, на прошедшем заседании доказали другие свидетели.
Так, основателем компании «РИМКО» оказался 80-летний Александр Дервоед. Он плохо слышал, что ему говорит судья про суть дела Мельникова и Коваленко, переспрашивал. Но когда речь зашла о ремонте котлов, человек преобразился и скинул лет 20. Он с упоением рассказывал, как основал фирму 34 года назад. Назвал ее «РИМКО», что значит «Ремонт, изготовление, монтаж котельного оборудования». Этим и занимается всё время. Котлы он конструирует сам и имеет на них патенты. Участвовать напрямую в муниципальном конкурсе Дервоеду было неинтересно и сложно, а вот покопаться во внутрянке котла своей же разработки — очень даже. Потому и согласился на ремонт за 1,4 млн. «Нас сумма устроила при быстрой оплате», — пояснил он.
«В каких отношениях вы состоите с директором „Тепловых сетей“? Деловые, дружеские?» — спросила гособвинитель. «Деловые, — ответил свидетель. — Относительно дружеских — не знаю, если назвать то, что оба любим садоводство. Вот заинтересовала его моя черешня оригинальная».
А название компании Рудени он даже не вспомнил. «У меня память избирательная», — пояснил пожилой свидетель, хотя и признался, что познакомился с бизнесменом лет 18 назад, когда они строили котельную в Приморске.
«Вам известна общая сумма контракта?» — все же спросила гособвинитель. «Сейчас да, а тогда она меня не интересовала. Как деловые люди, мы договорились на определенную оплату», — ответил он. «Известно ли вам что-либо о коррупционной составляющей по вопросу ремонта котла? Куда пошла разница?» «Я об этом узнал, как бы сказать, из вопросов, когда нам взломали двери офиса и забрали все документы, начали опрашивать. Но меня эти вещи, мягко выражаясь, не интересуют. Я технарь, конструктор. Меня больше котлы интересуют», — продолжал Дервоед.
При этом он уточнил, что на 1,4 млн его фирма сделала лишь ремонт котла. А вот химической промывкой и довольно муторным пуско-наладочным процессом всего котельного оборудования занималась совсем другая компания. «Мне этот вид работ неинтересен, — опять произнес конструктор. — Но если бы я ими занимался, то увеличил бы сумму контракта еще на 1 млн».
Последним в этот день допросили Михаила Руденю, исполнительного директора «Западстройсервиса». Его компания, напомним, ремонтировала ул. Школьную, ну и котел на Киркенесской. Вместе с дочерью Олесей, гендиректором компании, их задержали 7 февраля.
«С Максимом Коваленко я знаком с 2021 года, — начал он. — А с Сергеем Мельниковым — когда он еще работал в Калининграде. Фактическое руководство компанией осуществлял я. В 2024 году Коваленко спросил меня, не хочу ли я поучаствовать в торгах на ремонт котла. Мы попросили прислать техзадание». Затем, сообщил Руденя, он проанализировал рынок, пообщался с другими компаниями и дал предложение по цене МУП «Тепловые сети». «С их директором Максимом Брычуком лично я раньше не работал, — пояснил он. — Знал, что когда-то он был главой администрации Балтийска».
На торгах через электронную площадку «ЗападСтройСервис» оказался единственными участником и выиграл подряд на 2,526 млн руб. «Выполнял его силами двух субподрядчиков — компании „РИМКО“ и ИП Петренко. Первый на 1,4 млн руб. выполнил все механические работы — золоудаление, разборку котла и т.д. Петренко же занимался гидравлическими испытаниями котла и химической промывкой оборудования. В этом случае работы обошлись около 850 тыс. руб.»
Бизнесмена спросили, передавал ли он Брычуку вознаграждение за этот контракт? «Нет, такого не было», — ответил Руденя. «Может, ваша дочь передавала Брычуку деньги?» — выясняли адвокаты причины явки с повинной директора МУП. «Нет, Олеся Михайловна вообще не в курсе, что происходило в тот момент в компании», — сказал ее отец.
«Вы заключили контракт на 2,526 млн. „РИМКО“ вы оплатили 1,4 млн, ИП Петренко — 850 тыс., — спросил адвокат Григорий Пергаменщик. — Верно ли сторона защиты понимает, что ваш доход в результате этой финансово-хозяйственной деятельности составил 276 000 руб.?» «Немножко не так, — уточнил Руденя. — Ещё были расходы на электронную торговую площадку, где-то в пределах 60 000 руб. И уплата налогов». «Почему же Брычук утверждает, что получил от вас 400 000 руб. от исполнения контракта по ремонту котла?» — был задан вопрос.
«Думаю, это ложные показания. Потому что, учитывая ситуацию, что была 8 февраля 2025 года... Как правильно сказать-то? — задумался Руденя. — Потому что у него могла быть такая же ситуация, как была у меня. Или я даю показания на Мельникова и Коваленко, что давал взятку для них, или же я еду в СИЗО. В итоге я сказал, что этого не делал. На следующий день в отношении меня было возбуждено уголовное дело. Это было 7-8 февраля 2025 года». Как дальше пояснил судье Руденя, 7 февраля его задержали и сказали, что также задержан Коваленко, который уже дает против подрядчика показания. «Я спросил, какие показания? Услышал в ответ, что я ему давал взятку, — продолжил Руденя. — Говорю: „Такого не было и быть не могло“. Мне сказали, что если я не дам показания на Коваленко, то дочь тоже будет там же, где и я. А 8 февраля возбудили уголовное дело...»
«И что в итоге произошло?» — спросил адвокат Пергаменщик.
«В итоге я заехал в ИВС, 9 февраля был суд, и нас с дочерью определили в СИЗО. Под стражей мы находились десять с половиной месяцев», — ответил Руденя. По его словам, в настоящий момент уголовное дело по ремонту ул. Школьной приостановлено. А по ремонту котла ещё расследуется. Из-за него он под домашним арестом.
«Ближе, так сказать, к предмету нашего уголовного дела, — взял слово судья. — Показания до вас допрошенного свидетеля по нашему делу Брычука о том, что он вам передал 400 000, вы не подтверждаете?» «Не подтверждаю, этого не было», — в который раз произнес Михаил Руденя.
На следующем заседании суд должен допросить Олесю Руденя.
Текст — Ольга Саяпина, фото автора / «Новый Калининград»
Нашли ошибку? Cообщить об ошибке можно, выделив ее и нажав
Ctrl+Enter
© 2003-2026