Во вторую неделю августа 1991 года местная пресса рассказывала о первом с 1945 года поезде из Германии, который прибыл в наш город, размышляла о том, реально ли восстановить располагавшийся в Королевском замке ресторанчик «Блютгерихт», и переживала за оказавшихся не у дел членов парткома Гусевского завода светотехнической арматуры. «Новый Калининград» продолжает листать страницы «Калининградской правды», «Проспекта Мира» и «Маяка», чтобы узнать, чем жила область 35 лет назад.
«Из комнаты спешно выносили стопы книг, журналов, подшивки газет. Со стен сдирали графики, макеты, снимали портреты основоположников марксизма-ленинизма. Одним словом, с завидной оперативностью претворялся в жизнь приказ директора Гусевского завода светотехнической арматуры А. Н. Матвеева о выдворении с территории этого крупного предприятия заводской партийной организации. Той самой, что так много сделала для становления коллектива, для укрепления экономики, развития завода», — писал в статье «Кому помешал партком» корреспондент «Калининградской правды» А. Дарьялов.
Автор спешил заверить, что происходит все по закону. Руководство предприятия выполняло Указ Бориса Ельцина «О прекращении деятельности организационных структур политических партий и массовых общественных движений в государственных органах, учреждениях и организациях» (он вышел 20 июля 1991 года — прим. «Нового Калининграда»). Беспокоила его моральная сторона вопроса. По мнению журналиста, директор предприятия Александр Матвеев, который еще не расстался с партбилетом, мог бы обойтись с парткомом как-то помягче.
«На последнем заводском партсобрании он предложил коммунистам, по сути дела, ликвидировать свою организацию, встать на учет где угодно, в горкоме партии, наконец. Но поднялась на собрании работница 3-го цеха Ольга Шпенькова и сказала: заводскую парторганизацию распускать не будем, не станем никуда вливаться. Пусть за пределами завода, но будем вместе. Ее поддержали и другие. Такое решение приняли единогласно все коммунисты. Кроме директора», — сообщал Дарьялов. Сложившаяся ситуация очень расстроила его. «В связи с Указом российского Президента о департизации определенные силы, словно получив сигнал, поспешили развернуть настоящую антикоммунистическую истерию, — сделал вывод журналист. — Но самые тяжкие испытания всегда были хорошей закалкой для истинных коммунистов. И боюсь, что большой просчет допускают те, кто на фоне департизации стремится набрать лично для себя лишние очки, как в свое время они успешно набирали их, прославляя партию».
Цех № 3 Гусевского завода СТА. Слесарь-сборщик прожекторов Валентина Сухова за работой. 1981 год. Автор — Л. Гаркавый. ГАКО.
В Калининград тем временем прибыл поезд из ФРГ. «После сорокапятилетнего перерыва сохранившаяся узкоколейка, к сожалению, не протянутая до Южного вокзала, а всего лишь до станции Дзержинская, приняла первый туристический поезд из Германии», — сообщала корреспондент «Проспекта Мира» А. Недбаева.
В статье говорится, что в поезде было 12 вагонов с двумя сотнями туристов. «В основном это выходцы из Восточной Пруссии или их дети, внуки. Мне довелось поговорить с женщиной, у которой тетя уехала из Кенигсберга последним поездом. Что сталось с их бывшим домом, заводом, конторой? У всех чудесные карты области. Кто-то из них воспользуется услугами предприимчивых частников, кто-то — транспортом, с которым помог Интуристу центр молодежных инициатив. Все поедут прикоснуться к остову своего жилища», — говорится в материале. Не обошлось и без неприятных инцидентов.
«Провожать поезд, а он отходил в этот же день (9 августа — прим. „Нового Калининграда“) в семь часов вечера, прибежали пацанята, — продолжила Недбаева. — Жвачка, открытки с видами Кенигсберга (по 2 марки за штуку). Пожилая немка, раздававшая конфеты (совсем как в Африке), не выстояла под напором детей — у нее разбились очки. На счастье?»
«Калининградская правда» тоже не обошла вниманием прибытие немецкого поезда. «Впрочем, как всякое новое дело, это также не обошлось без „накладок“, — отмечал корреспондент А. Александров в статье „Берлин-Калининград без пересадки“. — Станция Мамоново официально предназначена для приема лишь товарных составов из-за рубежа, и проезд пассажиров требует специального разрешения. Хотя заявка на него была сделана заблаговременно, в последний момент что-то застопорилось на уровне московского пограничного начальства. Спасибо председателю облисполкома Ю. А. Малинкину — за день до прихода поезда ему удалось заручиться поддержкой главы КГБ СССР В. А. Крючкова».
Немецкие туристы осматривают кирху Тарау в поселке Владимирово 29 июня 1991 г. Автор: А.П. Бахтин. ГАКО.
Еще одной приметой того времени было то, что многие принялись искать у себя дворянские корни. Об этом фельетон «Голос крови» в «Калининградской правде». «Раньше я как-то вот не чувствовал голоса крови, а теперь очень даже чувствую, — признался автор публикации — слесарь 5-го разряда Сергей Нарышкин. — Моя жена говорит, что я во сне на каком-то иностранном языке говорю, думаю, что на французском. Нет, уж раз справедливость восстанавливать, так извольте мне, скорее всего потомственному боярину, мою вотчину вернуть и все экспроприированное и национализированное обратно предоставить. Это где же видано, чтобы русский дворянин вкалывал пожизненно и обитал в халупе в 13 метров квадратных с семьей, да еще на общей кухне? И почему это моя Елизавета, супруга законная, в девичестве Кутузова, должна в очереди за тухлыми костями стоять, если ей по ее дворянскому происхождению кухарка положена и горничная? Раз перестройка, раз опять дворянство и снова господа, то отчего это я, возможно, дворянин столбовой, в обносках хожу, костюм который год купить не могу?»
Один из читателей «Проспекта Мира», обратившись в рубрику «Дежурный репортер», поднял не менее интересный вопрос. «Все только и говорят, что о реставрации Кафедрального собора, но никто не вспоминает о знаменитом кабачке „Блютгерихт“, который когда-то являлся одной из достопримечательностей Кёнигсберга, — обратил внимание он. — Возможно ли его восстановление?» Вопрос был переадресован главному архитектору города Сергею Лебедихину. «Говорить о восстановлении этого ресторана сейчас бессмысленно, — сказал он. — Дело в том, что еще не определен окончательно архитектурный ансамбль Центральной площади. Да и потом, неизвестно, в каком состоянии находится нужное подвальное помещение. Если кто-либо всерьез захочет этим заняться — пожалуйста, только прежде необходимо разработать конкретный план, все выверить, произвести необходимые расчеты. Тогда разговор сможет принять деловой характер».
Интерьер ресторана Блютгерерихт («Кровавый суд»). Довоевеннное фото. Источник — ru.ruwiki.ru. Автор — К.Зендкер.
Соседний материал «ПМ» был озаглавлен «Балтике не докричаться». «Все пляжи Светлогорска и Пионерского закрыты нынешним летом из-за бактериального загрязнения, Зеленоградска — из-за несоответствия санитарным нормам, — сообщала журналист Раиса Минакова. — Нет, разумеется, в жаркий летний день электрички переполнены, и на побережье, бывает, яблоку негде упасть, но, видно, не понимают люди, что рискуют здоровьем. А может, не хотят мириться с мыслью, что возможность беззаботно плескаться в море мы потеряли». Причиной того, что пляжи стали небезопасны, говорится в статье, стали недоделки на очистных сооружениях. По словам автора, море буквально кричит о помощи, но местные власти его не слышат.
Репортаж «Маяка» с Центрального рынка — тоже своего рода крик. «Калининградский продовольственный рынок, похоже, полным ходом идет (чтобы избежать тавтологии) к базарной экономике, — высказала мнение корреспондент С. Горелова. — И все больше становится местом для людей с крепкими нервами. Прежде чем попадешь к прилавкам, надо миновать зону бурной, оглушительной деятельности предпринимателей у рыночных ворот, торговцев обувью и „драгоценностями“. Но самое большое испытание еще впереди — в узкой подворотне между овощным и мясным павильонами. Это место облюбовали уличные певцы и музыканты. То юноши с гитарами или аккордеонами, то совсем пожилой мужчина с балалайкой. А то человек без музыкальных инструментов. И без ног. С положенной рядом кепкой, в которой виден смятый рубль и несколько монет... Говорят, эти люди неплохо зарабатывают. Но что надо пережить, переступить в себе, чтобы выбрать такое поприще? Или ничего страшного, стоит только начать?.. Вид музыкантов и звуки их песен преследуют потом долго-долго».
На Центральном продовольственном рынке. Фото из газеты «Маяк». Автор — С. Ерохин.
Сегодня часто можно услышать, что ЕГЭ отучает школьника мыслить творчески, звучат предложения вернуться к старой системе сдачи экзаменов в вузы. Но была ли она безупречной? После прочтения статьи преподавателя КГУ (ныне — БФУ им. Канта) Алексея Дмитровского, который проанализировал сочинения абитуриентов, складывается впечатление, что нет.
«Сейчас в ходу рынок готовых сочинений, распространяемых, кстати сказать, за большие деньги, — писал филолог. — Ознакомление с талантливыми и оригинальными работами было бы полезно для поступающих, если бы... Их начинают просто заучивать наизусть и применять вне зависимости от темы, которая всегда имеет конкретный и неповторимый характер. Собственные творческие, аналитические способности при этом убиваются». Приходилось сталкиваться с совпадающими частями работ у абитуриентов разных факультетов. Виноваты в этом, по мнению автора, все: абитуриенты, не развивающие в себе жажду знаний и творчества, школа, слабо стимулирующая эти решающие для жизни и для нашего будущего задатки, и, конечно, вуз. «Экзаменационная форма сочинений давно устарела, — приходит к выводу Дмитровский. — Всем ясно, что написать умную и талантливую работу в жестких и напряженных экзаменационных условиях невозможно. Здесь сама ситуация толкает ребят не на творческое самовыявление, а на „спасительные“ клише и штампы». Какой же выход из ситуации видит автор? «Необходима разработка оригинальных задач-тестов на выявление способностей художественно-образного восприятия, представления и мышления, — считает он. — Ум профессионала-филолога имеет свою особую структуру, предпосылки к нему нужно выявлять посредством тестов».
Пока же, по мнению автора, у многих абитуриентов налицо проблемы с выражением своих мыслей на бумаге. «Наблюдается чисто прагматическое отношение к языку: чтобы не сделать лишней ошибки — стоит сказать и написать как можно меньше и проще, — с горечью отмечает он. — Представление о родном языке как о феномене национальной культуры полностью отсутствует, и к высокой речевой культуре фактически никто не стремится. Беден словарный запас ребят, обороты речи — устной и письменной — однообразны и навязчивы в своей повторяемости. Нет чувства стиля, умения выбирать слова и обороты, отвечающие предмету и направленности речи. Можно ли, например, Татьяну Ларину назвать девчушкой? Получается, что можно. В другом сочинении Татьяна в Петербурге была названа „светской львицей“. Не лучше! Речевых недоразумений полно».
Встреча первых немецких туристов. Фото из газеты «Калининградская правда». Автор — Э. Вантерс.
О недоразумении иного рода рассказал корреспондент «Калининградской правды» А. Дарьялов в статье под названием «Русское гостеприимство, а не лакейское угодничество». «Недавно во время служебной командировки довелось мне жить в гостинице одного из городов нашей области, — рассказывал он. — Там же разместилась группа туристов из Федеративной Республики Германии. В соседнем номере оказалось семейство из Любека, и естественно, что состоялось знакомство. Мне пришлось отвечать на многочисленные вопросы гостей. В свою очередь я поинтересовался, что в городе произвело на них впечатление. Мои собеседники переглянулись, с трудом сдерживая улыбку».
Выяснилось, что встречали гостей с духовым оркестром и хлебом-солью. Туристы даже поначалу испугались, подумали, что их с кем-то перепутали. Оказалось, нет. Так в этом городке (в статье он почему-то не называется) теперь решили встречать всех иностранных туристов. Местный глава лично вручил им цветы. Далее журналист рассуждает о том, что гостеприимство — это, конечно, хорошо, но никогда не нужно забывать о достоинстве и о чувстве меры.
«И вот наша Калининградская область открыта для доступа иностранцев, — продолжил автор. — То и дело видим мы автобусы и легковые машины с иностранными номерами, чаще всего германскими. Немецкая речь слышится на наших улицах не реже, чем еще совсем недавно звучала польская. Интерес немцев, особенно старшего поколения, к нашему краю понятен. Они охотно едут в Калининград и другие города области в гости. Я подчеркиваю — в гости на советскую, русскую землю. Все немцы, с кем мне довелось беседовать, отлично это понимают и не претендуют на большее. Но всегда ли понимают это наши дорогие соотечественники?»
Текст: Кирилл Синьковский, фото: Государственный архив Калининградской области, ru.ruwiki.ru
Нашли ошибку? Cообщить об ошибке можно, выделив ее и нажав
Ctrl+Enter
© 2003-2026