Загрызть человека

В Калининграде собаки растерзали двадцатилетнего Ивана Мальцева. Обглодали до костей руки и ноги, отгрызли половой член. Основная версия следствия: парень (племянник нашего знаменитого хоккеиста) ночью шел вдоль забора водного клуба, в центре Калининграда, из-за ограды выскочили собаки и загрызли его. Квалификация этой страшной смерти: несчастный случай. Приравнено к локальному землетрясению – потрясло в одном месте, погиб человек, и никто не виноват.

Попробуем разобраться. Собака – хищник, питается мясом животных, может загрызть человека. Собака – это домашнее животное, и полную ответственность за все, что она делает, должен нести ее хозяин. У каждой собаки есть хозяин. За бездомных собак полную ответственность должны нести их хозяева – соответствующие структуры исполнительной власти. Еще в законах Месопотамии и Вавилона, написанных более 4 тысяч лет назад, ответственность за то, что собака кусала или загрызала человека, ложилась на ее владельца. Штрафы были конкретными: за раба – столько-то, за свободного человека – столько-то. В наши дни в США женщина приговорена судом присяжных Лос-Анджелеса к 15 годам лишения свободы за то, что два мастифа, которых она выгуливала, загрызли соседку. Правда, суд Калифорнии счел приговор слишком суровым. Ее муж, не присутствовавший при убийстве, но являющийся хозяином собак, проведет за решеткой четыре года. Только в России такое убийство считается несчастным случаем.

В правовом государстве расследуется любой, даже незначительный факт агрессии собак против человека. В Великобритании дочь королевы, принцесса Анна, предстала перед судом по статье, предусматривающей лишение свободы до шести месяцев: ее бультерьер набросился на двух мальчиков. Хотя ребята получили лишь небольшие ссадины, штрафные санкции не назовешь сделанными только для проформы – 900 фунтов – около 48 000 рублей. Оштрафован и крестьянин, собаки которого, из-за забора, с частной территории, злобно облаивали прохожих на улице.

Понятно, что если где-то в Америке, Англии, Месопотамии, да и в любой мало-мальски развитой стране собака загрызает человека (в центре крупного города!), ее хозяин отправляется за решетку, а его водный клуб уходит с молотка, чтобы частично покрыть штрафы и компенсации. Непонятно, почему никто не отвечает за то, что у нас не так. Лай набросившейся собаки может причинить глубокую психологическую травму не только ребенку, ее зубы – опасное оружие, ее нападение – это вооруженное нападение. Власти Калининграда должны были установить правила содержания собак и следить за их соблюдением. Если бы хозяин собак за каждый лаз под забором заплатил бы крупный штраф, да даже, если бы у него были обоснованные опасения, что он заплатит такой штраф, – все лазы были бы заделаны. Если бы за появление на улице неконтролируемой собаки местные власти установили бы серьезное наказание, никому бы в голову не пришло назвать случившееся несчастным случаем, а владелец клуба посадил бы своих собак на цепь, и молодой человек остался бы жив. Отсутствие соответствующего закона – это реальная угроза безопасности людей, и бездействие властей представляет собой само по себе опасность.

В Вестфалии, например, власти установили следующие порядки: собака выше 40 см и тяжелее 20 кг считается потенциально опасной и в общественных местах должна появляться не только на поводке, но и в наморднике (штраф 1000 евро). Ротвейлеры, мастифы, доберманы, 15 пород европейских овчарок должны быть, кроме того, зарегистрированы в особом журнале; ущерб, который они могут нанести, должен быть застрахован; их владелец должен иметь лицензию; собака должна пройти специальный тест, и показать, что она ни в коем случае не является агрессивной по отношению к людям, собакам, кошкам, другим домашним и диким животным. Если собака не проходит этот тест, она изымается и уничтожается. Во Франции хозяин, не проведший стерилизацию питбуля, бультерьера, стаффорда (и суки, и кобеля), проведет в тюрьме шесть месяцев и заплатит штраф в 15 тысяч евро. В штате Нью-Йорк собака, нападающая на людей или животных (еще никого не загрызшая и даже не укусившая!), немедленно изолируется. После проверки она либо усыпляется, либо помещается в клетку, закрытую с четырех сторон и сверху.

Зона доброты

Калининград у нас вовсе не исключение. В России, похоже, только власти Мурманска начинают осознавать свою ответственность за безопасность людей и стараются контролировать правильность содержания собак. А вот что происходит в столице, с которой у нас всегда берут пример.

В песочницах детских площадок моча и испражнения собак . Собачьи экскременты не являются удобрением, их необходимо убирать даже с газонов, но никаких правил, предписывающих уборку хозяевами, нет. Многие собаки больны, и их выделения заразны. Где хоронить умерших собак, никто не указывает, и их закапывают в ближайшем скверике. Регистрация собак не проводится, следовательно, невозможен контроль за обязательной вакцинацией собак от бешенства и других болезней. Большинству собак никакие прививки не делаются.

Невероятно, но в обычных квартирах, да даже в комнате коммуналки, не давая жить соседям, можно абсолютно безнаказанно зарабатывать деньги, организовав питомник, ветлечебницу или гостиницу для ничем не ограниченного числа собак.

Злобный лай, являющийся явным признаком агрессии, в других странах приводящий к немедленному изъятию и изоляции собаки, днем и ночью висит над Москвой. Некоторые – чем больше злобы вокруг, тем им лучше – умудряются заставлять даже самых добродушных псов остервенело, непрерывно лаять, и на улице, и в квартире, а почему нет – ведь и здесь какой-либо контроль отсутствует. Хотя бы насчет лая можно было ожидать вмешательства защитников прав человека – наш видный правозащитник В. Буковский в одной из книг описал свое знакомство с этим вопросом. Он подарил семье своих родственников в Швейцарии щенка, которого они не смогли укротить именно в отношении лая (а там лаять запрещено). Хитрый пес, быстро сообразив, что даже демонстрация намерения тявкнуть приводит к тому, что его хозяева тут же приносят вкусную еду, превратил их жизнь (их жизнь, а не жизнь соседей) в мучение. В. Буковский был вынужден забрать свой подарок и устроить его в другом месте (в каком, он не пишет). Будь это сейчас, наверняка отослал бы в Россию. Здесь права человека на защиту от хама с собакой не волнуют ни власть, ни правозащитников.

Что там лай. Москва и область уже привыкают к случаям, подобным калининградскому. Гибнут или становятся калеками дети, старики, мужчины и женщины. За год более 30 тысяч людей в Москве бывают укушены собаками (это только те, кто обратился за медицинской помощью). Все это опасные преступления, за которые никто не бывает наказан. Вот в Мытищах две собаки набросились на старушку и прогрызли ей предплечья и кисти. Известен их владелец. Милиция заявила, что он не виноват – собак он не натравливал. Расследование поражает. Нечто вроде: "Вы точно собак не натравливали? – Нет, я отвернулся, а они загрызли. – Ну, раз они сами, то вашей вины здесь нет. Могли бы и не отворачиваться". Если хозяин не виноват, то тогда виноват губернатор области, где действуют порядки, позволяющие безнаказанно калечить стариков.

Еще в Древнем Риме, чтобы предупредить человека об опасности встречи с собакой писали: "Cave canem" – "Берегись собаки". У нас тоже на некоторых воротах раньше можно было видеть надписи: "Осторожно! Злая собака". Сейчас мало кто так пишет – собаки не за воротами на цепи, а перед ними и не привязанные. Если они кого-нибудь загрызут, то никому за это ничего не будет. Зачем тратить краску? Пройти ночью рядом не только с водными клубами, но и с автомастерскими, автостоянками, стройками, пустырями, помойками, заводами, рынками, гаражами, складами, подворотнями, кустами, в общем, везде, опасно для жизни.

Но этого мало. В Москве и Подмосковье запретили отлов и усыпление бродячих собак (а в Подмосковье есть бешенство, и оно вполне может прийти в Москву. Укус бешеной собаки смертелен для человека). Это было представлено так: отлов осуществляли отвратительные личности исключительно для своего удовольствия и обогащения, а мэр Лужков и губернатор Громов своими постановлениями прекратили их гадкие дела, и создали, по словам Т. Павловой, отвечающей в московском правительстве за фауну, "зону доброты". Но бродячих собак отлавливают не для удовольствия, а только для того, чтобы обеспечить безопасность людей. Мэр и губернатор забыли о естественной вещи – заявить примерно следующее: "Поскольку мы запретили отлов бродячих собак, мы и будем отвечать за каждое их нападение, укус, а уж тем более за растерзание человека". Но, видимо, нельзя же быть настолько добрым, чтобы еще и отвечать за свою доброту. Сторонники запрета на отлов бродячих собак еще утверждают, что таким образом создается биологическое равновесие. Это не так. В Москве до последнего времени никогда не было бродячих собак, и всегда было устойчивое биологическое равновесие. Никаких, скажем, крыс на улицах не было. Теперешнее равновесие, когда повсюду стаи больных, злых и голодных собак, а из наших лесов и парков исчезают лоси, кабаны, бобры, пятнистые олени, а с улиц – прохожие, нетерпимо. Число нападений собак на людей в "зоне доброты" растет.

Преступление и наказание

Для граждан, признающих себя хозяевами собак (государственной регистрации нет, и, следовательно, реальных собственников нет, и если человек скажет: "Это не моя собака", нет ни одной записи, с помощью которой можно было бы доказать обратное), в 1996 году правительство Москвы за некоторые нарушения установило штрафы, которые никто не взимает. Размеры этих штрафов вызывали бы улыбку, если бы не кровавый контекст, в котором они действуют. За прогулку с собакой без поводка в условиях, не обеспечивающих безопасность окружающих людей и животных в парках, на бульварах – штраф 5 (пять) рублей. Парки и бульвары – это небольшая часть Москвы. Если вы создаете угрозу людям вне парка и бульвара – это не наказывается даже пятью рублями. Нападение животного на человека с причинением вреда здоровью человека (как мы знаем, английская принцесса рисковала за это сесть на шесть месяцев в тюрьму, а заплатила за ссадины 48 000 рублей) – 0,5 МРОТ (50 рублей). В 2001 году Ю. Лужков посчитал, что 0,5 МРОТ – это неадекватный штраф за нападение на человека с причинением вреда здоровью и изменил его величину. Теперь загрызть человека стало еще дешевле. Хозяин заплатит 0,3 МРОТ – 30 (тридцать) рублей. Если человека изувечивают или загрызают бесхозяйные собаки, вообще никакого штрафа не предусмотрено. Устанавливая такие издевательские наказания, не пренебрегают ли власти безопасностью жителей и гостей столицы?

Для сравнения: если человек изувечивает или убивает собаку, независимо от того, есть у нее хозяин или нет, по ст. 245 УК наказание издевательским не назовешь (и это правильно): до двух лет тюрьмы и до 80 000 (восьмидесяти тысяч) рублей штрафа.

Закон написан

В Пекине, в похожей ситуации, когда с ростом благосостояния увеличилось число собак в домах и на улицах, и возникли проблемы с обеспечением безопасности пекинцев, власти тут же отреагировали своим постановлением. Бродячих собак предписывается немедленно отлавливать. На одну семью разрешено иметь только одну собаку. Каждая собака должна быть зарегистрирована, за нее платится обязательный сбор – более $60 в год. В подтверждение регистрации и оплаты сбора у собаки должен быть особый жетон, без которого она изымается. Владение собаками 41 породы запрещено. Среди них – колли, немецкие овчарки, далматины. Также запрещено владеть собаками ростом выше 35 сантиметров.

В Москве, кроме вышеупомянутого постановления о безнаказанности нападения на человека бродячих собак, написан и проект закона. Пять лет он в разных редакциях вносится мэром на обсуждение в Мосгордуму и под названием "О содержании домашних животных в городе Москве" был одобрен в первом чтении. Пять лет обсуждений, доработок и улучшений! Не много ли для такой простой проблемы, давно повсюду решенной? Тем более, что все эти доработки и улучшения ничего не дорабатывают и не улучшают. Они не меняют сути этого совершенно неприемлемого, опасного закона.

Вот его ключевое определение: "домашние животные – одомашненные животные, а также животные, которые содержатся в доме или в домашнем хозяйстве для удовлетворения потребности в общении". Домашние – это одомашненные. Что за нелепость? Но таким образом заменяется нелепость предыдущей редакции – "животное-компаньон", а суть остается – теперь каждый москвич для удовлетворения потребности в общении может законно завести у себя (и в коммунальной квартире тоже) медведя, тигра, волка, гадюку и т.п. Слона на шестнадцатом этаже, и сколько угодно слонов. Любое животное теперь может быть домашним – достаточно иметь потребность в общении с ним. Причем с выгулом, содержанием и ответственностью за то, что это животное натворит, никаких проблем не будет – закон дальше говорит только о собаках.

С принятием этого закона (хоть в первой, хоть в последней редакции) Москва окончательно превратится в зону доброты для безответственных людей. Все то плохое, что происходит сейчас, будет узаконено. Собаки на улице могут испражняться, где хотят, их хозяевам убирать экскременты не надо. Закон не предписывает ни обязательной регистрации каждой собаки, ни обязательных прививок. За бешеную собаку никто не отвечает. Психически ненормальный (так же, как и нормальный) человек может завести любое количество любых собак. Сторонники принятия закона говорят, что даже в комнате коммунальной квартиры можно держать несколько собак, потому что собака – это имущество, как шкаф, а мы не можем ограничивать права человека в отношении шкафов. Если собака настолько шкаф, то почему же тогда они пишут для собак отдельный закон, а не применяют существующие законы о шкафах? Имущества бывают разные. Газовый пистолет, автомат или танк – тоже имущество, но права иметь их или сильно ограничены или вообще отсутствуют. Соседи могут не знать – есть у вас шкаф или нет, но они всегда знают, что у вас есть собака. А городской многоквартирный дом – это совсем не то, что деревенский двор: это, в первую очередь (и по гражданскому и жилищному кодексам) жилье для человека, здесь пока еще не кудахчут куры, не блеют овцы, не мычат коровы.

Значительная часть помещений подъезда и коммунальной квартиры находится в общей собственности или в общем пользовании всех жильцов, и для того, чтобы завести хотя бы одну собаку, закон должен обязывать, как минимум, спросить согласия соседей. Права человека жить в подъезде без животных тоже должны соблюдаться. Собака – это не шкаф, и законодатель должен продумать все, чтобы не сделать ее предметом вражды между соседями. Собака – это особое имущество, и ограничения здесь необходимы (разве допустимо держать животных в коммуналках, жители которых считаются проживающими в неудовлетворительных условиях и стоят в очереди на улучшение жилья?).

Ограничения необходимы и по общему количеству собак в Москве. Самое естественное решение – это, чтобы в городе было такое число собак, на которое рассчитаны площадки для их выгула. По крайней мере, надо понимать, что каждый москвич не может иметь права владеть даже одной собакой – город не выдержит 10-15 миллионов собак (еще есть кошки и др.). Москве разумно применить опыт Пекина – одна собака на семью.

Еще цитата из закона: "На собак, представляющих угрозу для людей и других животных, также должен надеваться намордник. Перечень пород собак, для которых эти требования обязательны, устанавливается Правительством Москвы". А вот что Т. Павлова сказала в интервью "Эху Москвы": "По породам у нас преобладают серьезные, бойцовые, достаточно агрессивные собаки". Т. е. московские власти отлично понимают, что из 1,5-2 миллионов московских собак бoльшая часть представляет серьезную угрозу для людей. И угрозу собаки не только представляют, а в многочисленных нападениях и осуществляют. Для того, чтобы отвести эту угрозу, не нужно пять лет ждать принятия закона (а потом еще неизвестно сколько лет составлять перечень). Обязать надевать намордник можно коротким постановлением, написанным за пять минут.

Но намордник давно и справедливо считается совершенно недостаточной мерой предотвращения угрозы здоровью и жизни человека. Собака может и в наморднике непоправимо изувечить человека. В одних странах потенциально опасных собак вообще запрещено иметь, в других они проходят тест на агрессивность; ущерб, который они могут нанести, страхуется, и только потом хозяин может гулять с ними, надев поводок и намордник. Есть и обязательная дрессировка на послушание. Скольких несчастий можно было избежать, введя подобный порядок? Невозможно объяснить, почему, зная об угрозе для здоровья и жизни людей, власти ничего не сделали, чтобы ее ликвидировать. За годы, что идет обсуждение, постановлением можно и нужно было организовать все – и регистрацию, и торговлю, и порядок захоронения, и все остальное.

Свободу собакам

Но ничего (для обеспечения безопасности людей) не делается. Происходит ожидание принятия закона и легализации полной безответственности. Везде в мире, тем более в столицах, представить, что городские власти потворствуют тому, чтобы собаки собирались стаями, невозможно (еще недавно это было совершенно невозможно представить и в Москве). Бродячих собак отлавливают. Далее путь их таков. В некоторых странах, таких как Китай, США, они какое-то время находятся в приюте, чтобы их забрал хозяин или кто-то другой. В штате Калифорния бродячие собаки после отлова передерживаются в течение 6 суток. Губернатор Шварценеггер призывает экономить и передерживать собак только 3 суток. Если они никому не нужны и их никто не забирает, они усыпляются. В некоторых других странах собак (если они не агрессивны) не усыпляют. Если их не заберут, они до смерти живут в приюте. Их содержание оплачивает государство.

В Италии, например, у хозяев в 2002 году было 6 900 000 собак и 748 официальных приютов для беспризорных псов, на которые каждый год расходуется 250 миллионов евро, т. е. на один приют расходуется в среднем более 330 000 евро в год. В Москве, на 1,5-2 000 000 собак, всего 10 частных приютов, которые зарабатывают деньги на породистых собаках, и один государственный приют на 200 мест, куда поступают собаки после смерти хозяина. Собственно для бродячих собак приютов в столице нет. А только по итальянским пропорциям в столице для них должно было быть примерно 220 приютов.

В Москве, как мы уже знаем, особый, в правовом государстве невообразимый, порядок. Состоит он в следующем. Собак отлавливают по заявкам, поданным в ДЕЗы. Заявка подается после нападения с нанесением вреда здоровью. После подачи заявка рассматривается: был ли реальный факт агрессии или это провокация (против кого?). Если был, то собака отлавливается (но не всегда и не сразу). Ее стерилизуют и вакцинируют от бешенства. Стоит это 2.5-2.7 тысяч рублей, при этом надежно проконтролировать, стерилизована и вакцинирована ли собака или бюджетные средства освоены без этого, невозможно. Затем собака выпускается бродить на прежнее место (никто об этом не говорит, но прививать, а значит, и отлавливать каждую собаку необходимо раз в год. Никаких денег не хватит). Сторонники этого подхода уверяют, что после стерилизации сук у них не бывает течки и свора более не опасна, поскольку кобели становятся агрессивными только во время "собачьих свадеб".

Здесь необходимо отметить вот что. Власти городов других стран, понимая свою ответственность, эффективной работой службы отлова ограждают своих граждан сразу от того первого акта агрессии, после которого у нас только составляется заявка. А ведь каждая заявка – это уже сообщение о свершившемся преступлении. У человека собаками вырван кусок мяса из бедра и решается вопрос не о сроке заключения для виновного в этом, а о том, как будут продолжать бегать и нападать на людей эти собаки – стерилизованными или нет.

О стерилизации и агрессивности. Вот что пишет об избавлении собак от агрессивности известный американский ветеринар д-р Х. Эллен Вайтли в своей книге "Собаки наши друзья": "Методы лечения заключаются в кастрировании, применении лекарств (например, прозак), а также в исправлении поведения". Стерилизации сук совершенно недостаточно (а о кастрировании кобелей у нас не идет даже и речи), нужен еще курс лечения. Даже при этом результат не гарантирован: "Если действия собаки опасны, как выход следует рассматривать скорее эвтаназию, чем лечение". Чем лечение! А у нас и не лечат. У нас расходуют огромные средства на стерилизацию, которая не имеет смысла, и выпускают собаку, уже нападавшую на людей, на улицу. А когда она еще раз набросится на человека, почему все делают вид, что никто не виноват?

То, что собака – домашнее животное, это уже закон природы. Собака более 15 тысяч лет назад первой приручена человеком и живет у него дома. Более домашнего животного у человека нет. И выпускать ее дичать на улицу – это не только смертельно опасно для людей, это значит – идти против природы. В пояснительной записке к закону бездомные собаки определены как "обитающие на территории города в состоянии естественной свободы". Теперь, беря пример с властей, каждый хозяин может безнаказанно выкинуть свою собаку на улицу, т. е. вернуть ее в "состояние естественной свободы". Не уследил за ней, принесла она тебе ненужных щенков – на улицу их, на свободу. Надоело кормить и все время удерживать трех агрессивных псов – дай им естественную свободу на территории города. Какое тут наказание, тут награда полагается. А ведь любая собака (даже одна, не стая) представляет угрозу для людей. Еще вчера ее нужно было выводить на поводке и в наморднике, а сегодня, когда хозяин ее выкинул, для нее нет ограничений. В Москве никто даже не думает создавать службу для отлова собак (до их нападения на человека), бегающих без хозяев.

Московские порядки и новый закон опасны и противоречат не только здравому смыслу и мировым правовым нормам, но и закону природы. Естественная свобода собаки – жить у человека дома. Жить на территории города для нее противоестественно.

Собаки Павловой

Закон подразделяет собак на домашних, городских, бесхозяйных и безнадзорных. У домашних есть хозяин, городские принадлежат Москве, бесхозяйные не имеют хозяина, безнадзорные гуляют без своего хозяина. Но ответственность за нарушения закона несут только хозяева домашних собак. За городских (и за бесхозяйных и безнадзорных) собак, что бы они ни сделали, закон ответственность ни на кого не возлагает. Сейчас (теоретически; и совершенно непонятно, почему только теоретически) любой страж порядка может нанести большой ущерб городскому бюджету, выписывая московскому правительству каждый день штрафы хотя бы за то, что бродячие собаки гуляют без поводка. Сейчас так: собака без поводка – штраф (для юридических лиц это 100 рублей за одну собаку). А будет: домашняя собака без поводка – штраф. А за недомашних никто не отвечает, и если городские (б. бродячие) собаки загрызут кого-нибудь, опять никто не будет виноватым, но теперь уже по закону. Почему английская принцесса за своих собак несет ответственность, а Т. Павлова за своих – нет?

Представьте себе закон, по которому водитель, сбивший человека на своей машине, идет в тюрьму, а водитель, сбивший человека на городской машине, может даже не останавливаться. Или: на обычного человека действие УК распространяется, а на городского – нет.

Новый закон, так и не определяя, кто является собственником собаки, вводит новое понятие – опекун. Опекун – это лицо, добровольно взявшее на себя заботу о собаке. Закон разрешает взять на себя заботу и ни за что не отвечать. Забота необременительная: наблюдать за состоянием, содействовать лечению. И необязательная – наблюдал или не наблюдал, а даже замечания тебе никто не вправе делать. Хочешь – держи собаку дома, хочешь – пусть спит на улице, на морозце. И никакой этой ерунды, вроде поводков, намордников, обязательных прививок и прочего. Точно так же, как и для городских собак. Опекун – это тот же хозяин, только без всякой (даже издевательской) ответственности. Можно предположить, что многие захотят называться не собственниками (и так нигде не записанными), а опекунами. Вот в Тимирязевском парке ротвейлер набросился на мужчину. Хозяйка безуспешно пыталась оттащить собаку, а потом убежала. Она убежала, потому что, знала, что искать ее никто не будет (и не искали), а если бы она осталась, ей грозило бы 30 рублей штрафа. Эта экономная женщина – явный кандидат в опекуны. Назвав себя опекуном, она может уже не убегать. Штрафы для опекунов не предусмотрены, закон позволяет наблюдать, а при неблагоприятном для пса развитии событий (если мужчина сумеет все же изловчиться, найти палку и отбиваться ею от агрессора) и "осуществлять его защиту".

Знаменитую фразу Экзюпери: "Люди забыли эту истину, – сказал Лис, но ты не забывай: ты навсегда в ответе за всех, кого приручил" знают все. Наивно полагать, что она всем нравится.

Фикция

Нельзя сказать, что в Москве ничего не делается, чтобы навести порядок с собаками. Делается. Делается, чтобы сделать вид, что что-то делается.

Через несколько лет откроется кладбище для собак. Там некоторые хозяева за немалые суммы смогут с комфортом похоронить своих любимцев. Но проблема не в том, чтобы дать кому-то возможность зарабатывать хорошие деньги, обслуживая наиболее состоятельную часть владельцев животных, а в том, чтобы выделить места для захоронения всех умерших собак и обязать всех хозяев хоронить их там, а не выбрасывать на помойку или закапывать на детских площадках. Здесь бизнес-план должен быть на последнем месте, в первую очередь – это этическая и санитарная проблема.

Организована перепись собак. Несколько человек ходили по квартирам огромного мегаполиса (что, и по предприятиям тоже ходили? Нет. Да их туда и не пустят) и записывали то, что им скажут оказавшиеся дома и пожелавшие общаться владельцы собак ("В квартире 5 сказали, что у них три рыжих и две черных собаки"). При этом некоторым собакам, хозяева которых изъявят желание, делали бесплатную прививку от бешенства. Польза и достоверность этой "переписи" равны нулю (это как если бы инспектора ГИБДД вместо регистрации ходили по квартирам и переписывали приметы и количество автомобилей со слов владельцев). Один вред и пустая трата денег.

Вместо нее необходимо проводить регистрацию всех собак и жестко контролировать проведение хозяевами обязательной вакцинации миллионов своих питомцев. Каждую собаку необходимо прививать ежегодно и не только от бешенства, а еще и от ряда других заболеваний. Нужны не выборочные бесплатные прививки за счет налогоплательщиков (немалые суммы, между прочим), а серьезная ответственность хозяина за непривитую собаку. Вот санитарный врач написал мэру, что увеличившееся количество бездомных собак может привести к распространению бешенства. Об обязательной вакцинации каждой собаки (кошки, других животных) не идет и речи. Если кого-то из нас укусит бешеная собака, никто отвечать не будет. Ни мэр, ни санитарный врач, ни хозяин. В Месопотамии, четыре тысячи лет назад, такого даже вообразить не могли. ЕС и Швейцария намереваются запретить въезд нашим собакам без справки о содержании в их крови необходимого уровня антител против бешенства. Там лучше понимают, что у нас происходит, и о безопасности людей беспокоятся.

По городу были развешаны плакаты, призывающие подбирать кучи за собаками, а по центральным каналам телевидения крутили ролики: "Уберите за своими любимцами!". Эта кампания стоила, наверное, огромных денег. Толку от нее никакого (если толк – это уборка экскрементов, а не освоение бюджетных средств). Никто и не думает это делать – ведь ни теперешние правила, ни будущий закон не предусматривают никакого наказания за неуборку. Такая же действенность была бы у кампании "Не садись пьяным за руль!", если бы в правилах дорожного движения не было за это никаких санкций.

Грязное неанглийское убийство

Газеты, телевидение, интернет часто сообщают о людях, загрызенных собаками. Эти сообщения идут со всей России – с севера, юга, запада, востока, из городов и сел. "Собаки загрызли четырехлетнюю девочку… семилетнего мальчика… старушку… Загрызли… загрызли… загрызли". Вдова загрызенного соседскими собаками 53-х летнего мужчины говорит, что когда собаки загрызают курицу, виновных тут же находят, а когда они загрызают человека – даже не ищут. В другом городе милиционер, прекращающий расследовать обстоятельства гибели десятилетнего мальчика, растерзанного собаками (известен их хозяин), говорит: "Что, мне против собак дело возбуждать, что ли?". И так повсюду.

А вот Т. Павлова рассказывает "Эху Москвы" что знает, как обстоит дело в других странах: "В Англии, если ты появляешься на улице, выходишь в общественное место с собакой, которая кого-нибудь покусает, собаку могут по решению суда усыпить, а тебя на очень крупную сумму денег оштрафуют. То есть, в Англии это дело государственное".

Так не только в Англии. Так везде, но не у нас. В Москве, где за собак от лица государства отвечают уже не англичане, а сама Т. Павлова, за год обращаются к врачам по поводу укусов десятки тысяч людей, из них 7-8 тысяч детей. 300-400 детей доставляются в больницы в тяжелом состоянии. И ни судов, ни усыплений, ни штрафов ни на какую, тем более крупную, сумму денег. Получается, что в Москве это дело действительно не государственное? Чье же?

Вот один из наиболее страшных случаев. В Москве, прямо в зоне доброты, в общественном месте, около станции метро "Владыкино", действуя в полном соответствии с постановлением городских властей, на 54-летнюю В. Архипову набросилась свора из 29-ти (!) собак. Каждая собака отгрызла по куску мяса, и женщина в ужасных мучениях скончалась. Еще одна жуткая смерть. Многие были в шоке. Но не все. Т. Павлова сказала в интервью "Вечерней Москве": "С такой массовой истерией я сталкиваюсь впервые. Доходит до смешного – взрослые люди убегают от крохотных такс! Но уверяю вас, москвичам волноваться нечего!".

Наоборот – недопустимо не волноваться. Разве у нас потенциально опасные собаки запрещены? Нет, они составляют абсолютное большинство. Может, они проходят тест на агрессивность? Никто даже не собирается это делать. Разве ущерб, который они могут нанести, страхуется? Разве хозяин гуляет с ними, надев поводок и намордник? Разве завтра, когда другие (или те же, см. ниже) 29 собак нападут на другого (увы) человека, будет нарушено хоть одно московское постановление? И еще десятки "разве". Единственная мера, предпринимаемая у нас для обеспечения безопасности людей – стерилизация – лишний раз доказала свою полную неэффективность. Собаки нападают, кусают и загрызают без всякой "собачьей свадьбы". Разве это смешно, когда взрослые люди убегают уже и от такс?

Свору, загрызшую женщину, отловили только через несколько дней. Известно, что все это время собаки нападали на людей (и до трагедии тоже, но тогда никто даже и не думал их отлавливать), некоторых покусали и чуть не загрызли. Кто-нибудь хотя бы оштрафован? Смешно спрашивать. Не Англия. Не за что. А 5 рублей за то, что собаки были без поводка? Так это было не в парке и не на бульваре. А 30 рублей за нанесение вреда здоровью? Так собак же никто не натравливал. Собак-людоедов усыпили? Нет. Не только не усыпили, но "некоторых, возможно, выпустим. К нам обратились сотрудники заводов, на чьей территории жили псы, с просьбой отдать некоторых питомцев обратно". А эти сотрудники заводов не обращались с просьбой возместить материальный и моральный ущерб и отсидеть несколько лет в тюрьме за смерть женщины и причинения вреда здоровью многим другим? Доброта помешала?

У нас настолько не Англия, что "трех псин мы так и не смогли забрать. Тамошние рабочие пообещали избить наших сотрудников, если они их только тронут". Представители государства не собирались штрафовать или предавать суду людей, чьи собаки не укусили, а сожрали человека. Они хотели всего лишь сделать собакам-убийцам бесплатные прививки от бешенства. Но, испугавшись угроз, не стали даже проверять, не являются ли эти, оставленные на воле, собаки уже бешеными. Где еще такое возможно?

Никто не виноват и ничего не делать?

В других странах для хозяев собак действуют законы, соблюдая которые, нельзя нанести вред или просто досадить другому человеку. Сделать это можно, только нарушив закон, и к его нарушителю применяются суровые санкции. Это общепризнанная мировая правовая норма. Убивает не собака, убивает человек. В Москве же (и наверняка в Калининграде, и других городах России) правовое регулирование содержания собак имеет такие дыры, позволяющие причинить любому человеку максимальные неприятности, что вернее говорить о нем, как об одной большой правовой дыре (при этом нарушается даже Конституция, по которой общепризнанные принципы и нормы международного права являются составной частью правовой системы России). Существует она уже долго, и тревогу вызывает также и то, что заделывать ее (даже указывать на ее существование) не собирается ни один из институтов государства и общества. А в России и так мало безопасности, чтобы наши дети и женщины еще и от собак погибали.

Взять тех же правозащитников. Председатель Московской Хельсинкской группы Л. Алексеева на "Эхе Москвы" объяснила, в чем они особенно сильны: "Мы сосредоточены на том, что делает государство. Просто мы так сформулировали свою задачу, мы имеем на это право". Сформулировали, сосредоточились… хорошо. Значит, нужно что-то еще. Этого оказалось недостаточно даже для того, чтобы просто увидеть в каком опасном и унизительном положении находится в России человек, по воле государства оставленный без правовой защиты перед выполняющей чью-то злую волю собакой.

Собаководы, кинологи имеют свои общества, ассоциации и федерации, но не имеют патриотической потребности предложить обществу и власти набор правил, которые позволили бы нам цивилизационно и этически выйти из позорной для России эпохи варварства, задающей тон в сфере их деятельности.

Ветеринары и санитарные врачи лучше всех знают, что даже самой маленькой таксе, зараженной бешенством, достаточно сделать зубами маленькую царапину на коже человека, чтобы он погиб. Что мешает им заявить примерно следующее: "С ветеринарной и санитарной точек зрения существующий порядок содержания собак опасен для людей. Вот список изменений в федеральное и местное законодательство. Эти изменения возложат на нас всю ответственность за здоровье людей в той части, в которой мы и должны ее нести, занимаясь нашими профессиями. Эти изменения дадут нам полномочия для проведения следующих мероприятий (список) и установления следующих правил (список). Кроме бешенства животные могут заразить человека и некоторыми другими заболеваниями. Мы знаем, как это предупредить, и гарантируем, что при соблюдении установленного нами порядка все будут здоровы. Не понимаем только, почему мы не сделали все это раньше (или: мы не сделали все это раньше потому, что…)".

Правила содержания собак, установленные исполнительной властью в Москве, не обеспечивают безопасности людей. Безопасность человека – это первое, о чем должна заботиться любая власть. Что это – халатность (ст. 293 УК РФ), то есть, неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей, повлекшее существенное нарушение прав и законных интересов граждан и даже повлекшее по неосторожности смерть человека и иные тяжкие последствия?

Кто, как не правоохранительные органы, первым должен был заметить, что существующий порядок содержания собак представляет угрозу для общественной безопасности, выявить и наказать виновных в создании этого порядка, настоять на принятии правил, которые обеспечивали бы безопасность людей. Но правоохранительные органы в данном случае почему-то охраняют не право, а неправых. Даже если человека загрызают, подчас недостаточно огромных усилий родственников погибшего, чтобы милиция просто приступила к расследованию случившегося. А о законе, защищающем и поощряющем того, чья собака загрызла человека, "главное управление юстиции по г. Москве дало положительный отзыв, прокуратура г. Москвы, Институт сравнительного правоведения".

Перепишите, а то забудете

Для настоящих хозяев, а не компаньонов-опекунов (бесполезно), для тех, кто просто (не из-за денег и не из-за ненависти к людям) любит собак, привожу совет Х. Э. Вайтли: "Если вам нужен надежный, сострадающий друг – заведите собаку. Она будет счастлива защитить вас и вашу семью от бед и опасностей, будет плакать и страдать вместе с вами или радоваться, если в доме радость. Она, не задумываясь, отдаст за вас жизнь. Ее чуткость сверхъестественна. Ее верность непоколебима. От вас ей нужна малость: вы должны взять на себя ответственность за ее судьбу. Ведь без вас она жить не сможет…".
Источник: Права Человека в России

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.