Семья переселенцев из Киргизии рискует не прижиться в Калининградской области

Пять девочек и три мальчика возрастом от нескольких месяцев до 14 лет – такой необычный семейный коллектив прописался в переселенческом центре посёлка Северный Калининградской области Российской Федерации.

Павел Кияненко с женой Валентиной и восемью детьми приехал в Калининград из Киргизии. По профессии он водитель, и у себя в небольшом городке Токмак, что в нескольких десятках километров от столицы республики, занимался частным извозом - на собственном микроавтобусе обслуживал пассажиров по маршруту Бишкек-Токмак. Имел добротный двухэтажный дом и неплохие перспективы на содержание своего всё пополняющегося семейства.

Но с некоторых пор засобирался на ПМЖ в Россию.

- Работал, пока работалось, - рассказывает Павел. – Но стало очень тяжело. Как в моральном, так и в материальном плане – вся эта нестабильность, бестолковая канитель, беззаконие. То там, то здесь возникающие волнения на национальной почве и конфликты на бытовой очень сильно сказывались на психологическом состоянии. Стали возникать проблемы. В основном – материального характера.

В последнее время произошёл большой скачок цен на продукты питания. Горюче-смазочные материалы подорожали, а цены на проезд из-за слабой платёжеспособности населения на том же уровне остались. Заработка стало катастрофически не хватать, по сути, семья перебивалась с копейки на копейку. Все больше стали задумываться: а какое в этой стране будущее у детей? У нас их 8, а со стороны государства - никакой поддержки. Не предусмотрены и какие-то налоговые послабления – что один ребёнок в семье, что восемь, налоги платишь по полной программе.

Друзья раньше выехали в Калининградскую область, в письмах всё описывали без прикрас: так-то и так-то живём. Сравнили с нашими реалиями, общую обстановку в России оценили по публикациям СМИ - страна экономически поднимается, крепкая, стабильная власть, лицом повернутая к простым людям – и созрело решение двигаться на историческую родину.

Очень кстати нас проинформировали о программе переселения. Я съездил в миграционную службу, узнал там соответствующую информацию, позвонил жене: так и так, может быть, анкеты заполним? Она говорит: давай. Заполнили анкеты, отослали, дождались положительного ответа, продали дом, машину – и вот мы здесь.

Развод по-киргизски

В аэропорту Храброво пролётом через Москву многодетная семья Кияненко приземлилась 10 февраля. Поездом ехать не рискнули. Во-первых, тяжело в такую дорогу с малышами (Веронике всего лишь год с небольшим, а Вика ещё грудь сосёт). Во-вторых, очень боялся глава семейства, что путешествие по казахстанским рельсам пробьёт значительную брешь в их семейных накоплениях (знакомые такого понарассказывали!).

Хватило «тёплых проводов» родных киргизских погранцов и таможенников. 200 сомов (порядка $60) с Павла сняли за то, чтобы их не трясли во время таможенного контроля: «услуги» предложили, едва семья вошла в здание аэропорта. Потом начался паспортный контроль. После проверки молодой офицер без тени смущения заявил Павлу: семья пусть проходит на посадку, а ему придётся задержаться в Бишкеке - паспорт надорван с титульной стороны и по закону является недействительным. Требуется обмен, так что рейс придётся отложить.

- Жена и дети в рёв, но парнишка в погонах и слышать ничего не хочет: не могу пропустить с недействительным паспортом – и точка. «Как недействительный? - попытался возразить я. - Никаких прочерков нет, страниц вырванных тоже, все службы прошёл, билеты приобрёл, ни у кого претензий не возникало. В МВД справку выдали – ни слова не сказали». А он смотрит в глаза и хитро так краешком рта улыбается. Я ему: «Побойся Бога, у тебя дети есть?» - «Не имею права, у меня инструкция». И тихо так: «Можем по-азиатски вопрос решить». - «Сколько?» - «200 баксов». – «Нет столько, 100 дам». – «Хорошо, тут видеокамеры, в терминале «поздороваемся».

Когда семья прилетела в Москву, Павел очень боялся, что и здесь начнут «докапываться». Но посмотрел – кругом молодые таможенницы приветливо улыбаются. Отношение – самое доброжелательное. Синий киргизский паспорт не вызывал никаких вопросов. Настроение сразу пошло вверх. Переселенцы поняли: они здесь свои.

На жилье поставил крест

В калининградском аэропорту Храброво их встречали родственники, 2 года назад уехавшие из Киргизии. А на следующий день отправились в Калининградский миграционный центр, попали на приём к руководителю. Перспективы служащие центра соотечественникам расписали обнадёживающие. По «распределению» (переселенцы, согласно действующей госпрограмме, прибывают в регион на конкретное рабочее место) Павлу предложили ехать в райцентр Гвардейск водителем в муниципальную больницу. Однако, просчитав варианты, он крепко задумался над этим предложением. Камень преткновения – жильё. С учётом подъёмных средств и того, что удалось выручить от продажи дома и машины в Токмаке, семья рассчитывала что-то приобрести пусть не в областном центре, но как минимум в 30-километровой зоне вокруг Калининграда. Однако в центре ему сразу сказали, что за эти деньги сегодня однозначно ничего не купить.

- Я не поленился, позвонил по некоторым объявлениям в расчете прицениться. Предлагали, например, 1 –комнатную квартиру за 900 тысяч рублей. Приехал на место – дом немецкий барачного типа, угловая комната – натуральный свинарник. Посёлочек какой-то, 6 км от Калининграда, здание утопает в болоте, стоит на каком-то пригорке, рядом никаких подъездных путей и школа за тридевять земель. Чтобы привести жилье в человеческий вид, надо столько же еще вложить. В общем, мысли такие – может быть и не стоит брать никаких подъёмных, чтобы не связывать себя обязательствами, и искать в конце концов лучшей доли в большой России.

В переселенческих бумагах Кияненко записано, что в регион они прибывают за счёт собственных средств. Так настоял глава семьи. И хотя в Северном им выделили большую комнату («Бытовые условия прекрасные, просто не ожидали, что так будет», - не перестаёт удивляться Павел), обеспечив как минимум на три месяца спокойную жизнь, семья в глубоких раздумьях по поводу своего будущего. Они не приучены быть иждивенцами и рассчитывают только на собственные силы. Что-то привезли с собой, продав дом и машину, по программе им положены хорошие подъёмные (60 тыс. на главу семейства и по 20 тыс. на каждого члена семьи). Но даже голые земельные участки под строительство близ Калининграда подорожали за год так, что стали недостижимой мечтой. Павел мог бы построить простой без изысков уютный дом, лишь бы крыша над головой была, но... Ни своей, ни чужой, даже в Гвардейске ему, похоже, не светит.

- Я уже наводил справки, - комментирует ситуацию старший Кияненко. - Жильё, скорее всего, нам никто не сдаст, как только узнают, что у нас 8 детей. Тут с двумя детьми проблема снять квартиру. Далее, чтобы прокормить семью, мне нужна высокооплачиваемая работа. Ну, сколько мне «положат» в муниципальной больнице? В Калининграде ситуация другая – водитель автобуса, к примеру, зарабатывает от 20 тысяч и выше. Но все упирается в квартирный вопрос.

Очень приглянулся калининградский регион семейству Кияненко. Люди душевные, власти радеют за лучшую долю. Но ситуация, похоже, зашла в тупик. Заявление на подъёмные Павел всё же подал, но не уверен, что воспользуется декларируемой государством помощью.

Плюсы и минусы переселения

В последних числах марта региональное правительство обозначило своеобразную знаменательную вешку: тысячный соотечественник из стран бывшего содружества пересёк границу области. Все меньше в речах местного руководства витают плановые показатели по переселенцам (только за прошлый год их ожидалось порядка 12 тысяч). В то же время на первый план все больше выходит острота жилищной проблемы, с которой сталкивается каждый, кто в качестве места пребывания выбирает Калининград. Цены на жилье, растущие не по дням, а по часам, вынуждают приезжих людей искать в том числе и нестандартные пути решения главной своей головной боли. Переселенцы, к ужасу чиновников, начинают объединяться, регистрировать общественные структуры, призванные «пробивать» в верхах их интересы. Властям, понятно, это не нравится – а на кой ляд тогда столько денег в это дело вбухивается государством? На энтузиастов несанкционированного движения оказывается давление, их уговаривают умерить свои аппетиты и не вовлекать в орбиту своей деятельности адвокатов и опытных юристов.

Становятся очевидными и огрехи в законодательной базе: скажем, чтобы получить возможность взять в банке кредит, требуется проработать на предприятии не менее 6 месяцев. Ровно столько же, полгода, переселенцам дозволено проживать и в переселенческом центре, который, скажем так, не больно-то перенаселен. Нонсенс? Видимо, эта очевидная нестыковка вынудила губернатора Калининградской области Георгия Бооса распорядиться об увеличении срока пребывания участников программы в стенах центра до 9 месяцев. Возможно, и после этого временного отрезка выгонять на улицу никого не станут. Но решит ли этот маневр стратегическую задачу привлечения в регион дополнительной рабочей силы, сказать по-прежнему трудно.

«Конфетка» в виде материальных преференций для переселенцев явно оказалась с горчинкой. Многодетная семья Кияненко – первый тревожный звоночек для кураторов проекта государственной важности. Если они, так и не найдя лучшей доли, уедут в Год Семьи из Калининградской области, это будет серьезный щелчок по чиновничьим носам.

Официальные сведения

По состоянию на 4 апреля 2008 года на территорию Калининградской области для постоянного проживания прибыли 1057 человек (471 участник госпрограммы и 586 членов их семей). В адрес уполномоченного органа Калининградской области на рассмотрение поступило 3636 анкет кандидатов на участие в госпрограмме. В настоящее время согласовано прибытие 2184 потенциальных участников и 3602 членов их семей (всего 5786 человек). В работе находятся 902 анкеты.
Источник: Фергана.ру

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.