«Мы снова боремся за жизнь»: 9-летней Вике Петровой нужна помощь

Вика Петрова с мамой. Фото «Нового Калининграда.Ru»
Все новости по теме: Проект «Благое дело»

Девятилетняя Вика Петрова из Гвардейска после неудачного лечения в Калининграде провела несколько месяцев в Новосибирске. Девочка вновь впадала в кому, но уже постепенно приходит в себя. Ей вновь нужна помощь.

Ошибка под вопросом

О Вике Петровой «Новый Калининград.Ru» рассказывал не раз — эта маленькая мужественная девочка уже пять лет борется за право на жизнь. В возрасте четырех лет ей удалили опухоль головного мозга, после чего ребёнок впал в кому. Самое интересное во всей этой истории, что, пока Вика лежала без сознания в Детской областной больнице, местные медики разводили руками и говорили, что вернуть её к жизни вряд ли удастся. Родители отправили снимки головного мозга в муниципальную клинику Новосибирска, и сибирские доктора увидели неработающие шунты. Благодаря помощи неравнодушных калининградцев, которые собирали деньги на лечение девочки с миру по нитке, Вику отправили в Новосибирск. Операция не только вернула ребёнка к жизни, Вика в 2013 году даже пошла в специализированную школу. Однако этим летом с девочкой вновь случилась беда — её состояние серьёзно ухудшилось.

«Летом я стала замечать, что Вика иногда „замирает“ — не реагирует на слова, смотрит в одну точку. Я связалась с докторами из Новосибирска, которые до сих пор „ведут“ девочку, они сказали, что нужно нарастить шунты — ведь с той поры, когда Вике делали операцию по шунтированию в Новосибирске, она очень подросла. Мы съездили в Новосибирск на операцию, вернулись домой в Калининград, и тут начались проблемы….» — рассказывает мама Вики Ольга Петрова.

События лета 2014 года Ольга разложила по хронологии — не только для того, чтобы понять, что произошло. Но и для того, чтобы написать заявление в Следственный комитет с просьбой проверить, есть ли в действиях ряда калининградских медиков врачебная ошибка.

События лета 2014 года Ольга разложила по хронологии — не только для того, чтобы понять, что произошло. Но и для того, чтобы написать заявление в Следственный комитет с просьбой проверить, есть ли в действиях ряда калининградских медиков врачебная ошибка.

«12 августа у ребенка поднялась температура, началась рвота. Я связалась с лечащим врачом из Новосибирска, получила от него рекомендации и вызвала „скорую помощь“, чтобы нас отвезли в Калининградскую детскую областную больницу. В больнице Вику осмотрели и поставили диагноз „аппендицит“. Я попросила, чтобы Вике сделали УЗИ — ведь буквально за пару недель до этого ей делали операцию по наращиванию шунтов в брюшной полости. Но в итоге Вику госпитализировали в отделение гнойной хирургии с диагнозом „лигатурный свищ“, — рассказывает Ольга. — Новосибирские доктора очень просили сделать Вике компьютерную томографию мозга (КТ) — они говорили, что шунты могли работать неправильно, и это очень опасно для ребенка. Однако обследование нам проводить отказались».

По словам Ольги Петровой, больничный нейрохирург девочку так и не осмотрел, в истории болезни есть запись, что шунтирующая система работает исправно и Вике не требуется обследование на томографе. После звонка в правительство области томографию все же сделали, но калининградский доктор оценил её результаты как хорошие. «На мои просьбы к калининградским докторам связаться срочно с врачами Новосибирска мне отказывали. Вике было плохо, один раз с ней случился приступ эпилепсии, чего не было раньше никогда, и её положили в реанимацию, затем снова перевели в отделение хирургии. 20 августа нас выписали домой», — продолжает мама Вики.

Всё это время Ольга Петрова держала связь с Новосибирском, медики из Сибири подозревали проблемы с шунтами. Однако в Калининграде женщине сказали, что, скорее всего, она неправильно подобрала лекарства, отсюда и проблемы.

«26 августа Вика была дома. Она почувствовала недомогание, усталость. Через какое-то время Вика уснула, я не смогла её разбудить. У неё вновь начался приступ эпилепсии. Медики „скорой“ выносили её из дома на носилках. Нас снова отвезли в детскую областную больницу, положили в реанимацию, поставили диагноз „умеренная кома“. Я снова звонила в Новосибирск, они буквально кричали, что нужно сделать томографию, что это может быть проблема с шунтами, и, если не достать шунты из брюшной полости, Вика погибнет. Но в Детской областной больнице звонить в Новосибирск упорно отказывались, — рассказывает Ольга. — После того, как об этой истории стало известно в правительстве области, вице-премьер Алексей Силанов послал в больницу начальника отдела минздрава Ирину Черкес. Она при мне созвонилась с Новосибирском, Вике сделали томографию, подозрения сибирских медиков подтвердились, и Вику срочно прооперировали».

Я снова звонила в Новосибирск, они буквально кричали, что нужно сделать томографию, что это может быть проблема с шунтами, и если не достать шунты из брюшной полости, Вика погибнет. Но в детской областной больнице звонить в Новосибирск упорно отказывались.

После этой истории Ольга Петрова кинула клич о помощи, жители Калининграда и других городов России собрали деньги, чтобы в Калининград смог приехать один из новосибирских докторов.

Помощь из Сибири

30-летний врач-нейрохирург Александр Щербаков прилетел в Калининград из Новосибирска 2 сентября утром и сразу отправился в Детскую областную больницу, где в реанимации находилась Вика Петрова. Он провёл второй этап операции по устранению дисфункции шунта у девочки. «Доктор посмотрел наши снимки — компьютерную и магнитно-резонансную томографии, сказал, что образование имеется тех же размеров, как и ранее, которое было обнаружено 2 года назад, в НИИ им Бехтерева, — рассказывала Ольга Петрова. — Александр Владимирович провёл в Калининграде три дня, он наблюдал Вику. Кроме того, к нему обращались за помощью другие мамы, у которых дети лежат в Детской областной больнице. Он у нас был буквально нарасхват. Мы даже решили скидываться все вместе, чтобы периодически приглашать сюда специалистов из Новосибирска консультировать наших детей».

Вику выписали из реанимации, но 7 сентября ей стало хуже — у Вики поднялась температура, она жаловалась на боли в животе. Её осмотрели реаниматолог, педиатр и хирург, сделали укол от высокой температуры и ушли. «Это были выходные, и лечение отложили до понедельника. Но понедельника мы не дождались — Вика уснула, и разбудить её мы уже не смогли, она снова погрузилась в кому», — вспоминает Ольга.

На этот раз калининградские медики не отказались от помощи новосибирских коллег — у Вики поменялся лечащий врач в Калининграде — вместо доктора, который ранее отказывался от общения с Новосибирском и утверждал, что девочке не требуется обследование на томографе, ребёнку назначили другого доктора. По согласованию с врачами из Сибири он сделал Вике операцию по замене шунтов. «Операция длилась шесть часов, меня „отправили“ из больницы погулять. Я звонила постоянно в отделение, но мне говорили, что операция еще идет. А когда она закончилась, отказались сообщить о её результатах, сказали дожидаться утра, — рассказывает мама Вики. — Послеоперационный период был тяжелый — умеренная кома, аппаратное дыхание, высочайшая температура. Врачи полагали, что у Вики растёт опухоль в головном мозге. Это был сложный период, и я решила увезти ребенка в Новосибирск».

На транспортировку девочки в сопровождении московской реанимационной бригады собрали деньги, фонд «Подари жизнь» помог с билетами, в середине сентября Вика оказалась в больнице Новосибирска.

«Состояние на момент осмотра тяжелое, мозговая кома, доктора ставили под вопросом инфицирование шунтирующей системы. Инфекция в итоге подтвердилась — в Новосибирске в ликворе Вики нашли грибки. Как так получилось, я понять не могу, — ведь в Калининграде также брали анализы, и они не показывали проблем. УЗИ, сделанное в Новосибирске, показало наличие воспаления в брюшной полости, — говорит Ольга. — Я могу только предполагать, что это означает. Вероятно, что лаборатория в Детской областной больнице настолько несовременная, что там не смогли установить инфекцию. Но как не увидеть воспаление брюшной полости?»

Вике срочно удалили установленные в Калининграде шунты, следующий месяц был очень тяжелым — ребенку постоянно «лили» антибиотики, чтобы убрать инфекцию, температура повышалась до 40 градусов, Вику корёжило, били судороги. В ноябре девочку выписали домой, и Ольга с Викой вернулись в Калининград — вновь в сопровождении частного реаниматолога.

«Здесь нас встретила „скорая помощь“, отвезла домой. Сначала начмед детской областной предлагала поместить Вику в дом ребенка для тяжелобольных в Советске, но мы отказались. После этого мне удалось пообщаться с новым главврачом ДОБ — его назначили, как раз когда мы уезжали в Новосибирск. Всё, что случилось с Викой в августе, происходило, пока в больнице не было главврача. Новый главврач пообещал помощь, если она понадобится. Сказал, что нейрохирург готов осматривать Вику на дому и в любой момент отправить в детскую областную. Уже здесь при мне уволили того врача, который в августе отказывался делать томографию и общаться с докторами из Новосибирска. Я слышала, что он пытается опротестовать решение о своём увольнении», — говорит Ольга Петрова.

Нужна помощь

Вика долго была в вегетативном состоянии. В последнее время ей стало лучше — она уже слышит, реагирует и даже говорит. Кошку Муську называет «Му», посылает маму на кухню за едой… 

«Мы снова боремся за жизнь. Мне сложно оценить всё, что произошло с моим ребенком, который так долго выбирался из комы в прошлый раз. Я не понимаю, почему летом некоторые врачи отказывались проводить ей исследования и не слушали меня, когда я просто умоляла их связаться с докторами из Новосибирска, чтобы не потерять ребенка. Не понимаю, как получилось, что операцию в Калининграде делали, по всей видимости, на фоне тяжелейшей инфекции, которую не смогли определить. Да, есть определенная врачебная этика, но врачи из Сибири признавались мне, что уровень медицины в Калининграде — это не просто плохо, это гораздо хуже. Но ведь что-то надо с этим делать? Искать настоящих, хороших специалистов? Ведь здесь живёт столько людей, столько детей — не каждому же собирать деньги на поездку в Новосибирск? Есть даже мысль просто уехать отсюда навсегда. Это будет непросто — семья вся тут, работа у родителей и мужа. Но когда думаю о том, что нужно поднимать дальше ребёнка…» — говорит Ольга.

Да, есть определенная врачебная этика, но врачи из Сибири признавались мне, что уровень медицины в Калининграде — это не просто плохо, это гораздо хуже. Но ведь что-то надо с этим делать? Искать настоящих, хороших специалистов? Ведь здесь живёт столько людей, столько детей — не каждому же собирать деньги на поездку в Новосибирск?

Вику Петрову ждут в клинике «Санитас» Новосибирска в конце феврале. Планируется провести восстановительную терапию, которая вновь поможет встать ей на ноги. Есть надежда, что на этот раз на возвращение жизни уйдет не четыре года, как раньше. Стоимость лечения — 239 тысяч рублей. «Не так давно я побывала на приёме у и.о. министра здравоохранения Вероники Карташовой. Рассказала о нашей ситуации, показала счёт на лечение. И.о. министра сначала предложила направить Вику на лечение по квоте. Но Новосибирск по этой системе не работает. Тогда Карташова предложила мне обратиться в благотворительные фонды и пожелала терпения. Вот и всё. Так что вновь остаётся одна надежда — на неравнодушных людей», — рассказала Ольга.

Подробнее об истории девочки, пережившей кому и вернувшейся к жизни, можно узнать на форуме «Нового Калининграда.Ru».

Реквизиты для помощи

Калининградское ОСБ № 8626

ИНН 7707083893

БИК 042748634

К/СЧ 30101810100000000634

Счет: 42307 810 3 2001 201 55 07

Получатель: Петрова Ольга Юрьевна

Карта Сбербанка (Маэстро): 639 00 220 900 21 71 536

Яндекс-кошелек: 410011710854926

Моби-деньги «Билайн»: 8-962-266-23-05

Телефон Ольги Петровой: 89622629499

Текст: Оксана Майтакова

Комментарии к новости

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.