Морские свинки и соседская месть: что власти рассказали о памятниках области

Евгений Маслов

В четверг и.о. руководителя Службы охраны памятников Калининградской области Евгений Маслов рассказал о новом законе об охране памятников и количестве отремонтированных объектов в регионе. «Новый Калининград.Ru» послушал, как идут суды с владельцами исторический зданий, а также узнал, как памятники используют в соседских спорах и почему морские котики получаются больше похожими на свинок.

«Направление деятельности нашей службы — оно, на самом деле, скучное. Потому что мы контрольно-надзорный орган, и для нас самое главное — запрещать, не допускать, отказывать, не согласовывать, и часть работы очень большой никто не видит. Никто не замечает, как не появилось то, что могло изуродовать памятник», — отметил после приветствия Евгений Маслов.

Он рассказал, что нынешний год для всей системы охраны памятников страны стал «очень-очень сложным, во многом переломным». Потому что около 10 или 15 лет не было серьезных законодательных изменений в сфере защиты объектов культурного наследия. А сейчас было внесено множество поправок в закон о памятниках — «по объему около 200 страниц печатного текста». Эти изменения повлекли за собой множество серьезных правок и дополнений, которые разрабатывались в течение 8 месяцев. В Калининградской области также меняется закон об охране памятников архитектуры. Нововведения касаются не только перераспределения полномочий и ужесточения надзора Службы охраны памятников, но и новых признаков памятников при их выявлении.

«Требования к объектам, которые претендуют на включение в список памятников, ужесточаются. К сожалению, очень часто раньше — такова была историческая ситуация, — отметил Маслов, — памятники выявляли просто по принципу: красивое, старое здание. Это совершенно неправильно. Вот сейчас по некоторым из таких памятников мы выходим в суды и пытаемся их защитить от разрушения или от посягательств на перестройку. И у нас возникают очень серьезные проблемы, потому что исходные материалы, на основе которых памятники поставлены на учет — это либо ксерокопии, либо некорректные переводы с электронных источников, либо что-то еще. И когда против нас проводится встречная экспертиза, получается, что не совпадают адреса, наименования, стиль и прочее».

В связи с этим теперь от собственников будут требовать документов, подтверждающих соответствие всем признакам объекта культурного наследия. «То есть, не меньше 40 лет с момента создания, уникальность в плане истории и художественных качеств. И должны быть предоставлены не только ксерокопии и скриншоты, а документированная информация в форме архивных документов, выписки из научной литературы, и так далее. Надеюсь, что после этого качество постановки объектов на учет серьезно повысится», — подчеркнул и.о. главы Службы охраны памятников.

Перейдя от теории к практике, Евгений Маслов рассказал, что в нынешнем году в регионе удалось привести в порядок более 150 объектов на общую сумму примерно 650 млн рублей, и работы еще продолжаются. Также, по словам представителя охранного ведомства, активизировалась работа с образовательными учреждениями, которые являются собственниками памятников культуры. В нынешнем году удалось привести в порядок два корпуса БФУ им. И. Канта в Калининграде — на ул. Университетская и ул. Чернышевского, также начаты работы в здании для медиков на ул. Боткина в областном центре, а в следующем году планируется отреставрировать здание архитектурного колледжа у зоопарка и оранжереи Ботанического сада.

IMG_4110.jpg

Власти сообщили, как долго реклама «Сбербанка» будет оставаться на здании КГТУ.

Немного другая ситуация со зданием КГТУ на Советском проспекте. И дело здесь не в рекламе «Сбербанка» на крыше исторического памятника. Руководство вуза хочет установить на окнах решетки в целях безопасности. Однако служба просит вуз доказать историчность этих решеток и пока не получила подтверждения того, что на этом объекте они когда-то были установлены. Есть проблемы и с детскими садами, которые располагаются в исторических зданиях. Но с ними часто приходится идти на уступки. «Пожарные своими требованиями иногда уродуют здание. Лестницы снаружи, например. Но если речь идет о детских садах, то компенсационные меры по обустройству выходят в 10 раз дороже, чем обычную лестницу поставить. А деньги же бюджетные выделяются. Поэтому мы зачастую вынуждены согласовывать более правильные требования безопасности. Жизнь человека, тем более ребенка, на первом месте», — признал чиновник. Кроме того, по его данным, в нынешнем году была активизирована работа по взиманию штрафов. Однако, как с сожалением отметил Маслов, суд не всегда на стороне Службы охраны.

«Поймите, каждый суд, каждая апелляция, новая инстанция… ответчики опротестовывают результат. У нас по отдельным объектам до 5 лет идут судебные заседания. И за каждый штраф ответчик борется, нанимает юристов и опротестовывает. Но судебная работа есть, взысканные штрафы есть. Не всегда суды, может быть, идут нам навстречу, но эта работа продолжается», — пояснил и.о. руководителя службы, отметив, что самый большой штраф, взысканный в этом году судом, составил 400 тысяч рублей. При этом сумма наказания определяется судом, отдельно отметил Маслов.

Пояснил и.о. главы и причины, по которым невозможно с точностью до единицы назвать число памятников в регионе. «Вот меня спросили бы вчера: сколько у вас поставленных на учет памятников, я бы сказал: 1665. Сейчас цифра уже другая. Они меняются. Вот на этой неделе объект был выявлен, потом стал памятником, эта ситуация очень подвижна», — рассказал Маслов, при этом отметив, что в регионе сохраняется тенденция к росту числа памятников, особенно археологических.

ba49c596c42156130fd8eff3ad6455c7.jpg

В то же время иногда службу используют как аргумент даже в жилищных спорах, признал представитель охранного ведомства. «Очень часто нашим законодательством и нашим контрольным органом пользуются третьи силы для того, чтобы решить какие-то свои вопросы. У нас бывает, что соседи пишут жалобы о нарушении законодательства по охране памятников просто потому, что они живут в одном доме, поссорились и хотят сделать нехорошо друг другу. Бывают и коммерческие интересы, когда они спорят из-за чего-то и пытаются признать здание памятником назло кому-то», — поделился Евгений Маслов.

По многоквартирным домам. Часто они проблемные, потому что многие из них попадают под программу капитального ремонта, а там другие расценки, и очень трудно их согласовать с соответствующими организациями, и стоимость выше. Иногда смотришь на отдельные многоквартирные дома и думаешь — на каких основаниях их включили в список выявленных объектов культурного наследия. Но была определенная историческая эпоха, когда главным показателем эффективности работы органов охраны памятников было количество поставленных на учет памятников. Но я думаю, что это не совсем верно

и.о. руководителя Службы охраны памятников области Евгений Маслов

Маслов.png

В апреле 1953 года на площади Победы в Калининграде был установлен памятник Сталину. Он простоял около 5 лет. В ноябре 1958 года скульптуру сняли в связи с развенчанием культа личности и заменили памятником Ленину. Монумент Сталина перенесли в сквер между Ленинским проспектом и ул. Театральная, где сейчас стоит монумент «Мать-Россия». Согласно преданиям, по дороге монумент уронили, после чего он раскололся на 2 части. Через несколько лет памятник Сталину убрали и заменили монументом «Мать-Россия». По легенде, Сталина переплавили на втулки для трамвайных колес. Однако по документам памятник продолжал существовать до середины 2000-х годов.

При этом исключить какие-то объекты из списка памятников, по словам чиновника, крайне сложно. «Снять статус памятника с объекта практически невозможно, даже если его физически не существует», — подчеркнул и.о. главы службы. И рассказал, что 39 памятников, которые уже не существовали десятки лет, в середине 2000-х пытались исключить из реестра. Но это стоило больших трудов. «Был известный анекдот. Что мы исключили из перечня объектов памятник Сталину, на месте которого стоит монумент „Мать-Россия“. И прокуратура потребовала доказать, что его там нет. Смешно, но нам пришлось тратить государственные деньги и доказывать, что памятника нет», — рассказал Маслов о бюрократических проволочках. Подобные споры объясняются жесткой позицией Минкульта РФ. В ведомстве считают, что даже если памятника не существует, то специалисты не должны исключать его из Реестра объектов культурного наследия. Поскольку при сохранении его в списке когда-нибудь памятник может быть восстановлен.

В то же время торопиться с восстановлением памятников нельзя, подчеркивает Маслов, вспоминая о скульптурах морских животных на Верхнем озере. «Это негативный пример. В спешке голову приделали, покрыли штукатуркой. Потом изнутри полезла плесень. Помню, этот котик больше был на свинку похож, пока служба шум не подняла и не наняли профессиональных реставраторов из Петербурга. Но такое не должно повторяться», — подчеркнул руководитель Службы охраны памятников. Отметил он и положительный сдвиг в вопросе с усадьбами. В этом году у двух памятников появились собственники. Это здание в поселке Рощино и памятник в поселке Лужки. «По Лужкам мы сейчас готовим документы, самое главное, что у ребят там есть четкое видение того, что они хотят реализовать, и мы пытаемся им помочь», — рассказал Маслов, подчеркнув, что служба старается договариваться с собственниками и помогать им с оформлением необходимых документов в том случае, если это идет на пользу памятнику и его сохранению. Однако и.о. руководителя признал, что «каждый объект болен уникально» и общего рецепта для всех нуждающихся в восстановлении объектов в области, увы, найти невозможно.

Фото — Алексей Милованов, Виталий Невар, «Новый Калининград.Ru»

Текст: Алёна Пятраускайте

Комментарии к новости

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.