Калининградский эксклав: оружие и интересы ("Valstybe", Литва)

Все новости по теме: Соседи
Когда речь идет о пересечении региональных интересов в Центральной и Восточной Европе, калининградский вопрос часто вежливо замалчивается, а виденья экономического благополучия не входят в противоречие с военным потенциалом этой области.

Уже давно наряду с активным членством в Европейском Союзе (ЕС) и НАТО одним из основных приоритетов иностранной политики Литвы считается активная роль в региональных процессах. Несколько последних лет очевидно показали, что усилия нашей страны в юго-восточном направлении дождались довольно положительной реакции на Украине и в Грузии, где представителей Литвы встречают с большим уважением гостеприимством.

Правда, без политического уважения, которым могут наслаждаться наши политики во время встреч со своими коллегами из Тбилиси или Киева, каких-нибудь больших привилегий или хотя бы возможностей развития литовского бизнеса в упомянутых странах не чувствуется.

Тем временем, по данным Департамента статистики соседней Калининградской области, Литва уже сейчас является одним из важнейших экономических партнеров этого региона, лидирующей по инвестициям, объем которых в середине 2006 года составил 64,7 млн. долларов США, - немногим больше, чем треть всего иностранного капитала, циркулирующего в Калининградской области. Тем временем, основываясь на данных литовского атташе по экономике в Калининграде Донатаса Буткуса, литовские инвестиции в этой области достигают уже почти 70 млн. евро.

Но несмотря на такие экономические интересы, двусторонние отношения Литвы и России отнюдь не напоминают ту политическую идиллию, которая связывает Литву с Виктором Ющенко или Михаилом Саакашвили. Более того, никто даже не решается открыто дискутировать о том, что Калининград является наиболее милитаризованной территорией Европы, а это само по себе указывает, что над любым зарубежным бизнесом здесь висит реальная угроза.

Милитаризации эксклава

Можно утверждать, что теперешнее положение Калининградской области было закодировано еще в 1945 г. на Потсдамской конференции, по решению которой эта территория была отдана под юрисдикцию Советского Союза (СССР). Правда, до самого конца 'холодной войны' этот регион не чувствовал никакой тяжести положения западного форпоста, потому что являлся составной частью СССР, кроме того, даже с западной стороны он был окружен партнерами организации Варшавского договора. Уже тогда как сам город Калининград, так и находящийся в этом округе Балтийск стали главным местом дислокации военно-морского флота СССР.

Необходимо отметить и то, что хотя бы в региональном масштабе вопрос милитаризации Калининградской области того времени не был таким острым. Все политические процессы ясно диктовались условиями 'холодной войны', при которых разделение двух враждующих лагерей на зоны влияния в Европе не подвергалось сомнению. Но несмотря даже на такую ясность, главным синонимом Калининграда того времени была 'крепость 'холодной войны'', в которой дислоцировалось как минимум 100 тыс. военнослужащих 11-ой сухопутной армии СССР, не считая морского флота и необходимых для его поддержания военно-воздушных войск.

Но окончание двустороннего противостояния США и СССР довольно ясно показало, какая напряженность копится именно в этой географической точке Европы. Развал Организации Варшавского договора, всего советского блока и самого СССР предопределил то, что после поворота Польши в сторону демократии и восстановления независимости Литвы, Калининградской область стала территориальным эксклавом России со всеми из этого вытекающими последствиями, главнейшими из которых можно считать расширении ЕС и НАТО в 2004 г. Приход этих организаций в Центральную и Восточную Европу (ЦВЕ) и особенно в страны Балтии предопределило то, что Калининградский эксклав был окружен не только ЕС, но и НАТО, которая воспринимается Россией как враждебная структура. Это вызывает еще большее напряжение, выражающееся в демонстрации военной мощи.

После того, как были выведены с территории Литвы советские войска, 11-я армия осталась как бы отрезанной от оставшихся военных сил, из-за этого возникла особо болезненная проблема военного транзита. Такой же острой она осталась и после расформирования в 1997 г. упомянутой армии, составлявшей специальный Калининградский военный округ, после чего в Москве решили его закрыть, присоединив войска эксклава к Северо-западному военному округу России.

Но стоить отметить, что с течением времени такая военная интеграция в более крупную окружную единицу отнюдь не предопределила меньшее внимание Кремля к дислокации российских военных сил на западной окраине страны. Сейчас можно констатировать, что именно Калининград является наиболее милитаризированной территорией не только Центральной и Восточной, но и всей Европы. Тем более, что здесь дислоцировано вооружение практически всех типов, арсенал которого делает вооруженные силы соседних стран НАТО совсем уж миролюбивыми и незначительными. Например, с 1994 г. до последнего времени вдоль своих границ с Калининградом Польша разместила 22 тыс. военнослужащих, а в Литве это число было примерно в семь раз меньше.

Геополитические интересы Литвы

С самого восстановления независимости в 1990 г. Калининград стал одной из главных тем двусторонних отношений Литвы и России. Правда, вопросы как экономического сотрудничества, так и транзита через территорию Литвы или даже концентрации военных сил в последнем десятилетии прошлого века явно не заострялись. Тем временем, после того, как Россия отклонилась от демократического курса, хоть и поддержанного деньгами олигархов, калининградская карта стала одной из важнейших в региональной игре Кремля. Правда, она не используется так открыто, как, скажем, газопроводы и нефтепроводы в Европу.

Кстати, во время переговоров Литвы о членстве в Европейском Союзе российская власть не раз поднимала вопрос об исключительных условиях транзита. Был и проект 2К, который должен был гарантировать равномерный поток российских грузов и в порт Калининграда, и в порт Клайпеды, но об успешной его реализации говорилось мало, а позже в Литве эта история обросла не самыми приятными слухами.

Можно было бы подробно описывать специальные визовые режимы для граждан России, направляющихся в Калининградскую область, аргументы России при давлении на Литву из-за безвизового режима и взгляд ЕС на сложившуюся ситуацию, но это только отвлечет внимание от главного. Последнее связывают с тем, что как в контексте двусторонних отношений Литвы и России, так и при взгляде через призму диалога России с ЕС и НАТО очень важный вопрос о демилитаризации Калининграда никогда не поднимался на высший уровень.

В 1996 г. тогдашний министр иностранных дел Польши Бронислав Геремек поставил вопрос - на кого направлено все вооружение, находящееся в Калининградской области, когда Европа уже не разделена 'железным занавесом'. 'С учетом имеющегося в Европе мира сложившаяся ситуация неприемлема', - тогда заявил Б. Геремек. Ответ на такие аргументы со стороны России был получен по-настоящему быстро. В то время председатель Совета безопасности России Иван Рыбкин заявил, что 'Калининградский регион становится основным элементом, когда речь заходит о безопасности России и ее союзницы Белоруссии'. Уже только использование термина 'союзница' указывает на определенную стратегическую линию государства, но гораздо важнее то, что инициатива Б.Геремека не получила никакой ясной поддержки соседних стран, ЕС и НАТО.

С точки зрения транзита Литву можно считать государством, чьи геополитические интересы в Калининградской области должны были бы быть особенно выражены широко. Но в последний раз открытые дискуссии на похожую тему пришлось слышать при разговоре о предполагаем ремонте российского нефтепровода 'Дружба' и предложениях ограничить военный транзит в Калининград, если по упомянутым трубам в Мажейкяй снова не начнет течь нефть.

На калининградский вопрос со стороны Литвы можно посмотреть и в более широком контексте. Сегодня как ЕС и НАТО, так и отдельные западные страны с энтузиазмом поддерживают демократические инициативы нашей страны, в случаях ad hoc проявляющиеся на Украине и в Грузии, а так же попытки влиять на положение в Белоруссии. Все эти действия официально мотивируются стремлением в региональные лидеры, хотя не ясно, подпадает ли под концепцию хороших отношений с соседями, которая когда-то считалась одним из приоритетов иностранной политики Литвы. Но главным является то, что на фоне близкого общения с довольно далеко находящимися от Вильнюса Киевом и Тбилиси, забота об очень нам близком Калининграде где-то далеко. Поэтому встает вопрос, имеет ли Литва, для которой милитаризация соседней российской области является серьезной проблемой, долговременную стратегию или виденье, как уменьшить напряженность на своих юго-восточных границах, что гарантировало бы и более спокойный политический климат всей Европы.

Тем временем на другой стороне, т.е. в самом Калининграде и всей России, о литовских интересах в эксклаве говорится немало и, чаще всего, не с положительным оттенком. Например, последний громкий информационный поток, распространившийся в конце октября 2006 г., был связан с заявлениями российских специальных служб об активизации литовской разведки в Калининграде. Первый заместитель начальника Департамента военной контрразведки Федеральной службы безопасности Владимир Носов НТВ заявил тогда телевизионному каналу, что 'есть достаточно подтвержденных документами фактов интенсивной и агрессивной деятельности специальных служб Литвы в Калининграде'.

Создаст ли оружие экономическое благополучие?

В последнее время информация о намерениях НАТО дислоцировать ракетные системы 'Patriot' в Польше, а радары в Чехии получают все больше реального основания. Реакция России на такие намеренья альянса отразились в обнародовании планов иметь ракеты типа 'СС 27-Тополь М' в Калининграде. Технические характеристики этого оружия ясно указывают, что строящаяся защитная ракетная система НАТО может быть преодолена. Кроме того, дислокация 'СС 27-Тополь М' в Калининграде еще больше увеличит военную 'плотность' этой области, которая, как уже не раз упоминалось, и так является наибольшей в Европе.

Парадоксально, но дальнейшая милитаризация, в глазах Кремля, чего доброго, совсем не противоречит планам создания экономического благополучия в Калининграде. Учитывая статус Особой экономической зоны, которым располагает упомянутая область, и находящиеся там иностранные инвестиции, больше чем треть которых составляют литовские, поддержание военной напряженности, с акцентом на враждебности НАТО, не кажется очень логичным.

Современная законодательная база упомянутой области, регламентирующая движение иностранного капитала и указывающая, что Кремль в Калининграде вроде и хотел бы видеть господствующий крупный российский капитал, и так противоречива, даже двойственна. Но запутанные российские законодательные акты - только одна сторона медали. Не надо забывать, что уже в следующем году в стране будут проходить президентские выборы, после которых рычаги власти между различными бизнес и политическими кланами могут перейти в другие руки. Такой ход событий, конечно, означал бы и очередную смену законов. Чего доброго, предусматривая такой сценарий, работающие в Калининграде литовские бизнесмены все еще не торопятся оттуда уходить.

Но вторая сторона медали связана именно с военными вещами. И в этом случае бизнес-логика очень проста: чем больше военная напряженность, тем менее ясны перспективы, а чувство безопасности обратно пропорционально числу военных кораблей, танков, самолетов и т.п.

Вооружение литовской армии

Воздушные силы

Около 870 профессионалов, около 200 призывников. L-39 - два легких штурмовика.'Антонов АН-29Б', 'Антонов АН-2', LET L410UVP и C-24J (1) - восемь транспортных самолетов. Ми-8 - девять вертолетов. Так же радары и система противовоздушной обороны RBS 70.

Морские силы

Больше чем 300 профессионалов и около 250 призывников. 'Жямайтис' и 'Аукштайтис' - фрегаты.'Селис' и 'Скалвис' - патрульные катера. 'Куршис' и 'Судувис' - минные тральщики. 'Йотвингис' - корабль обслуживания и командования.

Сухопутные силы

Около 2 900 профессионалов и 1 000 призывников. M113 - гусеничная бронированная техника. HMMWV M1025A2 - вездеходы (используются для перевозки оружия). SISU E13TP - грузовики. 'Land Rover Defender Rapid Deployment Vehicles' - колесные вездеходы. 60 mm light M-60 - миномет. 100 mm M/41D - миномет. 105 mm M-101 - Гаубица (может стрелять реактивными гранатами). 'Carl Gustav M3' - противотанковая пушка. 'Carl Gustav M2' - 84 мм противотанковая пушка. 'Javelin' - ПТРС средней дальности. 'Bofors L/70' - 40 мм зенитная пушка '9К32/9К32М Стрела-2' - ПЗРК. 'RBS 70' - ракетные системы ближней дальности (в состав расчета входит радарная установка и система боевого управления).

Комментарий

Повилас ГИЛИС, бывший министр иностранных дел Литвы

Современная политика России, одним из инструментов которой является и дальнейшая милитаризация Калининградской области, - довольно логичное продолжение развала Советского Союза и окончания 'холодной войны', когда мир потерял возможность установить глобальную систему безопасности и по-своему сбился в поисках новых центров силы. Важно подчеркнуть, что этот период времени удачно использовали США для реализации своих инициатив. Со все более агрессивными формами тех инициатив более или менее согласно немало центров западной силы. Правда, старожилы ЕС придерживаются более мягкой, конструктивной позиции. Тем временем для новой Европы характерно стремление к конфронтации.

Можно заметить, что и в отношениях с Россией, акцентируя калининградский вопрос как своеобразный гордиев узел Европы, Запад, составной частью которого стала и Литва, иногда вместо конструктивного тона брался за несколько провокационной тактику. Из-за этого ответ Кремля бывал прямолинейным - еще больше оружия на западный форпост. Конечно, не нужно забывать и того, что в самой России всегда было достаточно сил, которые Запад априори считали врагом и для которых огромная милитаризация Калининграда была естественным делом. Кроме того, не стоит забывать о соблазнах для усиливающейся России, ставшей энергетическим супергосударством. Мы может из-за этого негодовать, но можем ли мы с этой точки зрения что-нибудь изменить?

Необходимо акцентировать и важность приближающихся президентских выборов в США и России, поскольку их результаты могут значительно изменить как глобальные, так и региональные процессы. Только если в отношении США мы можем надеяться на что-то лучшее, более прагматичное, нежели теперь, то особенно сильные антизападные настроения в России могут предопределить худший вариант по сравнению с сегодняшним. В контексте такого сценария калининградский вопрос для Литвы стал бы особенно болезненной проблемой просто-напросто из-за непосредственного соседства. О демилитаризации этой области приходилось и приходится слышать много риторики, нежели видеть реальных шагов. Однако реальные возможности для конструктивной дискуссии сегодня, скорее всего, утеряны, поскольку строительство ракетных и противоракетных комплексов может охарактеризовать положение только как конфронтационное.
Источник: ИноСМИ

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.