Одной сетью: кто рисует картины для президента

Все новости по теме: Культура

Калининградская молодежная организация «Сеть» поздравила президента с днем рождения, подарив не только горожанам, но и ему лично граффити, посвященное присоединению Крыма к России. Последовавшая за патриотичным граффити выставка «12 духовных скреп» от той же «Сети» не могла оставить равнодушными корреспондентов «Нового Калининграда.Ru», и мы решили выяснить, кто сейчас рисует картины для президента.

«Вежливый человек» и кот с кишками наружу

— К нам сюда на днях приезжали жильцы из того дома на Балтийской, смотрели, говорили, какая красота получилась, немного посетовали, что у них так уже не будет. И все из-за той бабули, которая крик подняла. Она уже старенькая и почему-то считает, что буква С, с которого начинается слово «спасибо», почему-то обозначает ислам, — рассказывает координатор калининградского отделения продюсерского центра «Сеть» Дмитрий Кирьян по пути к дому на улице Земельной.

Дом на Земельной можно назвать «элитным»: он входит в комплекс таких же малоэтажных домов на огороженной территории со шлагбаумом. Здесь тишина, зеленые насаждения, новая детская площадка. В будний день практически никого нет. Только женщина, которая гуляет с ребенком, и граффитисты. Судя по проходимости места, а также по тому, что граффити очень хорошо видно только со двора и со стороны железной дороги, жить с «вежливым человеком» в первую очередь будет не столько город, сколько жильцы конкретно этого дома и их гости. Впрочем, именно они против «Вежливого человека», точнее граффити, посвященного присоединению Крыма к России, ничего не имеют, в отличие от жильцов дома по улице Балтийской — там «Вежливого человека» пришлось закрасить.

_Z7Q2235.jpg

Дмитрий Кирьян живет в Калининграде восемь месяцев, он бизнесмен, приехал из Москвы, заодно создал и курирует калининградское отделение «Сети». Говорит, что эскиз работы за присоединение Крыма разрабатывали в Москве, наносить на фасад «Вежливого человека», ребенка, кота, маяк и слово «Спасибо» тоже пришлось московским художникам. Отделение «Сети» обращалось к калининградским граффитистам, но с кем-то не договорились из-за идеологической направленности рисунка, а с кем-то не сошлись по срокам изготовления. По словам Дмитрия, создание такого граффити не слишком затратное — деньги уходят только на покупку материалов, аренду вышки и на билеты художникам. За год в городе «Сеть» может сделать несколько таких росписей. Конкретно эта делается в подарок ко дню рождения президента. «Вежливого человека» и кота рисовали в несколько приемов московские художники. Один из них, по словам Дмитрия, известный граффитист Илья Бодров, наносил контур, но основную работу за него доделывали уже безымянные художники. Сам Илья комментировать свое участие в создании граффити за присоединение Крыма отказался, объяснив это тем, что отвечать на вопрос, почему он довел работу до конца и как вообще попал в проект — не может.

Двое очень молодых на вид ребят доводят граффити до ума: один парень висит в люльке и подкрашивает рукав куртки мальчика, второй докрашивает фасад в темно-синий цвет.

— У нас ведь не все гладко было. Первоначальная версия, которую вот эти ребята очень оперативно исправили, вообще жутко выглядела: мальчик был очень на корейца похож, «Вежливый человек» тоже был не очень похож, а кота он мальчику так передавал, что казалось, будто бы из этого кота кишки вылезли. Но теперь совсем другое дело, — Дмитрий явно доволен.

По словам Дмитрия, гонорар за работу ребята не получают: «Они еще молодые, и эта работа, я считаю, украсит их портфолио и очень пригодится в будущем». На вопрос, что заканчивали или где еще учатся ребята, тот парень, что внизу, переспрашивает у друга из люльки: «А где мы учимся?» Его напарник настораживается: «А об этом обязательно надо говорить? Если обязательно, то напишите, что мы учимся в лучшей московской художественной академии, а больше мы ничего не скажем». И тот, который внизу, поясняет: «Нам просто от наших же преподавателей может попасть». За что именно молодым художникам может попасть: за пару учебных дней, прогулянных в Калининграде, за изображение «Вежливого человека» или за то и другое одновременно — не уточняется. Впрочем, один из принципов уличных художников — анонимность — ими практически соблюден.

_Z7Q2263.jpg


Работа «Сети» стала самым масштабным политическим граффити в городе за последние несколько лет. До этого была условно анонимная работа «Медведь пашет, собаки лают», нарисованная на одном из заборов за стадионом «Балтика» примерно в период с 1999–2000 года. Считается, что это граффити появилось перед выборами губернатора, тогда баллотировались, в том числе, Владимир Егоров и Леонид Горбенко, и медведь с бороной часть пиар-акции последнего кандидата. Потом было тотальное появление слов «Ханука» и нарисованных рядом звезд Давида на фасадах домов вдоль основных автомагистралей города. Появление «Ханук» тогда совпало не только с кануном очередного иудейского праздника, но и с очередной предвыборной компанией. «Хануки» были нанесены разными способами: от традиционной техники граффитчиков с использованием краски из баллончика до флейцевой росписи. Гораздо интереснее было наблюдать не только за появлением этих надписей и их разнообразием — практически все были выполнены в разных стилях, разным цветом, разным форматом, — но и за тем, как их закрашивали, как появлялись рядом с ними другие надписи и символы. После «Ханук» было известное «Дацышин — вор», которое тоже трансформировалось в городском пространстве: фамилию Дацышин неизвестные граффитисты вычеркивали и вместо нее писали другую, городские службы закрашивали надпись полностью, а жильцы дома — только фамилию, оставляя не применимое ни к кому конкретно слово «Вор». По всем законам уличного искусства подобные трансформации должны коснуться и граффити «Сила». Но пока что оно вместе с работами «Память», «Суверенитет», «История», «Арктика», «Безопасность» и «Олимпиада» превращается в такой же интернет-мем, как и сам «Вежливый человек» и «12 духовных скреп».

Дмитрий рассказывает, что местные жители к этому изображению отнеслись очень лояльно и во время нанесения надписи давали советы. Решения, каким все же должно быть оружие у «Вежливого человека» и нужен ли коту хвост, принимались коллективно.

Мужчина средних лет, видимо, жилец этого дома, перед тем как сесть в припаркованную машину, смотрит на стену, кричит: «Ничего так таджик у вас получился! Во!» — и уезжает.

Дмитрий приглашает нас прийти посмотреть на выставку «12 духовных скреп» и обещает, что будет фуршет.

12 духовных скреп

Выставка «12 духовных скреп» открывается в анти-кафе «Тайм-аут», в котором обычно собираются любители разных настольных игр. В день открытия выставки «Тайм-аут» превращается практически в штаб-квартиру «Сети»: едва ли не в каждом углу висят государственные флаги, в импровизированном баре наливают исключительно шампанское «Абрау Дюрсо» с логотипом олимпийских игр в Сочи, в качестве посуды не только стеклянные бокалы, но и пластиковые стаканчики — естественно, красного, голубого и белого цвета. Триколора в этом замкнутом пространстве так много, что даже раскрашенные в темно-красный и темно-синий цвет фигурки игроков в настольном футболе начинают казаться идеологически значимыми. И если затевать матч, то не за условную победу, а за все скрепы вместе взятые: за народ, за Путина, за семью, за Родину.

До начала официальной части кто-то пьет шампанское, кто-то развешивает фотографии. Дмитрий рассказывает, что сейчас «Сеть» запустила интернет-проект, который, по расчетам команды, должен «вот-вот успешно выстрелить». На новости проекта уже ссылаются и «Коммерсант», и «Лента». На реплику, что и «Коммерсант» и уж тем более «Лента» давно не те, Дмитрий замечает: «Ну да, раньше я „Ленту“ с большим удовольствием читал. Зато они сейчас что-то новое открывают в Латвии. Кстати, не знаете, на какие деньги?». И получив ответ: «нет, не знаем», довольно кивает: «Да, в этом случае новая „Лента“ прямо как „Сеть“ — всем интересно, на какие деньги мы существуем и кто нас финансирует, но никто не знает точного ответа».

Анастасия.jpg

Открывает выставку хрупкая девушка с короткой стрижкой, одетая в корпоративную синюю футболку с надписью «Сеть». Девушке девятнадцать лет, ее зовут Анастасия, она учится в БФУ на математическом факультете, но ее это «мало привлекает». В «Сети» Настя выполняет функцию пресс-секретаря, на выставке «12 духовных скреп» она еще и куратор и по совместительству один из художников. Свою речь она произносит громким ломающимся голосом, периодически заглядывает за подсказкой в лист:

— Мир живет по правилам, которые, к сожалению, придуманы не нами. Мы надеваем на себя системы ценностей чуждых, а порой и враждебных нам цивилизаций, чтобы подходить под эти правила. Мы боимся, что нас назовут странными или сумасшедшими, и при этом теряем идентичность. Изображение — это один из мощных институтов донесения мыслей до общества. Но локомотивом современной фотографии является западная реклама. Так в 90-е годы с наплывом голливудской продукции мы увидели себя пьяницами в шапках-ушанках, познакомились чужими стандартами красоты, стали разговаривать на инородных словах из чужих фильмов и рекламных роликов и поверили в американскую мечту. Но наши настоящие ценности кроются в радости, в любви к семье, к труду и к национальной культуре.

Затем слово берет поэт-активист «Сети» Василий. На вид Василию примерно лет двадцать пять, он растрепан и очень хочет «под шумок поделиться своим творчеством». Творчество Василия пронизано любовью к родной природе, богу и стране: «Ах, как жаль, что я не художник. Я бы холст раскрасил пастелью, ослепительно белой, как мрамор на боках православного храма, что своей головой золотою ловит господнюю манну».

Фотографирует Настя «Вечный огонь» у мемориала 1200 гвардейцам. Снимок, как несложно догадаться, называется «Победа» — это одна из 12 скреп. Еще одна из скреп — это «Семья», ее Настя представила старыми черно-белыми снимками из семейного архива — фотографии переселенцев, Настиных бабушек и дедушек. На вопрос: «А каких западных фотографов вы знаете?», Настя затрудняется ответить: «Я не знаю ни одной фамилии, я их не изучаю. А все мое творчество идет по наитию». В «Сеть» Настя попала случайно, ее на одну из фокус-групп как-то пригласил друг:

— Я подумала, что один вечер — это не страшно, пришла, и мне здесь понравилось. Здесь поддерживают молодые таланты. Если ты красиво фотографируешь, то из тебя, допустим, сделают фотографа-профессионала.

— Каким образом?

— Вот, допустим, мы сделали эту выставку. Это толчок к развитию. Были заявлены темы, на которые фотограф может поразмышлять и сделать работы. Мы эти работы показываем, их видят люди, имена авторов становятся на слуху. И таким образом ребята становятся известными.

Впрочем, ни европейских, ни русских фотографов не знают многие участники выставки. Кто-то пока еще не решил, считать фотографию видом изобразительного искусства или нет: «С одной стороны, люди делают очень красивые вещи, а с другой — это очень простое искусство, тебе не надо прикладывать усилий, сидеть неделю, чтобы получить картинку». Среди участников выпускники художественных школ, многие называют любимых художников: Шишкин, Айвазовский, Саврасов.

Илона, Наталья, Евгений

илона и наталья.jpg

Многим из участников уже больше восемнадцати. Например, Илоне — ей двадцать шесть лет. В калининградском отделении «Сети» она курирует образовательные программы, приглашает преподавателей из БФУ, КГТУ и просто разных спикеров рассказать ребятам о риторике, праве, устройстве общества, тайм-менеджменте. На выставке две фотографии Илоны — размышления на тему «Народ» и «Родина». «Родина» — это трактор, вспахивающий поле, над которым сгущаются грозовые тучи. «Народ» представляется в виде портрета подруги Илоны — симпатичной молодой девушки, запечатленной на фоне колышущегося поля.

— Я сделала очень много дублей, пока не выбрала один. У нас достаточно многонациональный народ, мы все называем себя русским, но на самом деле не каждого человека можно назвать русским, потому что в русском должен быть русский дух.

— Что значит, когда говорят что в этом человеке есть «русский дух»?

— Это значит, что человек должен быть легким, незамороченным, с ценностями, в первую очередь духовными. Моя подруга, благодаря мне и моей фотографии, передает через себя весь этот русский дух.

Модель и по совместительству подруга Илоны тоже фотограф, и ее работы тоже есть на выставке. Девушку зовут Наталья, она не только занимается живописью и фотографией, но еще и поет. Ее фотография —  пейзаж в ветреный день. Скрепа «Родина». Девушки рассуждают на тему, должен ли художник быть политически ангажированным. Наталья считает, что может:

— Художник должен быть политически ангажированным, но только отчасти. Лично я не знаю, где проходит эта грань. У меня ее, можно сказать, нет. Но я точно никогда не буду участвовать в западных выставках, я против них: меня не устраивают ни работы на этих выставках, ни то, какие люди и каким образом на них попадают.

В принципе, Илона с Натальей солидарна:

— Есть люди, которые хают власть и работы на тему Путина. У нас в стране таких людей достаточно. Но есть и такие, которые живут и наслаждаются тем, что могут получить: например, участие в разных выставках. Но чтобы попасть на такую выставку, надо постараться. Как правило, такие выставки хают те люди, которых не взяли.

После разговора девушки весело смеются и пьют шампанское, запасы которого в баре уже почти на исходе.

родина.jpg

Евгению двадцать пять, фотографией он занимается несколько лет. Свой снимок, который идет под скрепой «Родина», Евгений сделал несколько лет назад, когда служил в армии и был фотографом части. Он не помнит, что это был за праздник: в Зеленоградске к церкви подвезли полевую кухню и угощали кашей тех, кто подходит под скрепу «Народ».

— Этот снимок просто фотофиксация того, что тогда происходило. Если честно, я делал его просто «для галочки», потом появилось время понять, что же в итоге получилось. Мне показалось, что он подходит под заявленную тему, и я отправил фотографию на выставку. Я стараюсь не думать о политической составляющей, она здесь, безусловно, присутствует, но не настолько сильно. Иначе я бы не участвовал. Я не считаю, что художник должен быть политически ангажированным. Он вообще должен быть вне политики. У него должен быть, прежде всего, свой собственный взгляд, а не политический манифест. Мне важно, чтобы мои работы увидели мои друзья. Но если говорить об этой теме — что мне нравится в этой фотографии, а что нет, — могу честно сказать, что мне ни тогда, ни сейчас не нравится это изображение.

— Почему?

— Потому что здесь отовсюду сквозит беднота. И это моя Родина.


Текст: Александра Артамонова

Комментарии к новости

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.