Мандариновая весна: телемитинг экс-губернатора Бооса 5 лет спустя

Фото из архива «Нового Калининграда.Ru».
Все новости по теме: Акции протеста

Пять лет назад, 20 марта 2010 года, в Калининградской области прошло два важных события: «мандариновая ярмарка» у Дома Советов и «телемитинг» экс-губернатора Георгия Бооса. Как повлиял протест 5-летней давности на ситуацию в области и продолжает ли влиять сейчас, выяснял «Новый Калининград.Ru»

Такого не было никогда

В конце 2009-го — начале 2010 года в Калининграде прошли масштабные события, которые в итоге привели к отставке экс-губернатора Георгия Бооса, крупного московского бизнесмена и вице-спикера Госдумы.

Последняя суббота января 2010 года станет одной из самых ярких страничек протестной истории Калининградской области. Если о митинге 12 декабря говорили: «Такое было последний раз, когда Рудникова арестовали», то по окончании январской акции протеста жители области расходились со словами: «Такого не было никогда». За тем, как проходила акция, «какой не было никогда», следил корреспондент «Нового Калининграда. Ru».

Первоначально причиной протестных настроений стало решение Бооса в разгар экономического кризиса 2008–2009 годов максимально увеличить транспортный налог для калининградских автомобилистов. Право самостоятельно регулировать ставку налога было дано регионам в обмен на налог на добычу полезных ископаемых, который был перенаправлен в федеральную казну. И когда проект соответствующего областного закона был опубликован, суммы, которые власть захотел получить от автовладельцев, показались многим заоблачными. Особенно по сравнению с ситуацией в Чечне. В декабре прошёл масштабный митинг у «Родины-матери», закончившийся перекрытием Ленинского проспекта. Затем на митинге у Дома Советов 30 января, на который собралось, по разным подсчетам, 12–15 тысяч человек, были выдвинуты уже политические требования об отставке губернатора Бооса и президента Путина.

На митинг в Калининград приезжали российские политики Борис Немцов и Илья Яшин, на одной площади собрались представители самых разных политических течений — КПРФ, ЛДПР, «Яблоко», «Патриоты России» и т. д. По окончании январской акции протеста жители области расходились со словами: «Такого не было никогда».

После январского митинга калининградские оппозиционеры, в числе которых были Соломон Гинзбург, Константин Дорошок и Арсений Махлов, заявили о проведении новой еще более масштабной акции 20 марта. После этого экс-губернатор Георгий Боос срочно отменил свой отпуск (как утверждали в кулуарах правительства, он даже успел долететь на своем самолете до острова Мадейра, но после известия о численности протестующих повернул назад), в регион зачастили представители президентской администрации и иностранных СМИ.

Власти разрешили провести митинг 20 марта на стадион «Пионер», но за 10 дней до этого главный ее организатор Константин Дорошок решил отказаться от митинга. «Считаем, что стадион „Пионер“ — это опасное место. <…> И нам поступила информация, что планируются серьезные провокации там. Из-за чего могут пострадать много людей. Соответственно, брать на себя риск за людей я не имею права. Это важно. Важно понять, что люди идут на митинг и многие из тех, кто пришли бы туда, получили по ребрам дубинками», — говорил тогда Дорошок.

Как это было: «Телемитинг» Бооса и «мандариновая ярмарка» — в фоторепортаже «Нового Калининграда. Ru»


Представители оппозиции сели за стол переговоров с экс-губернатором, который срочно создал политический совет, пообещал решить вопросы, которые поднимали его оппоненты, а также вознамерился провести своеобразный «телемитинг» — организовать телевизонные точки с прямым включением, чтобы все желающие жители региона смогли в прямом эфире задать губернатору свой вопрос. Проводить «телемитинг» специально из Москвы приехал друг Бооса тележурналист Владимир Соловьев.

Однако немало жителей области и города не согласились с тем, что с властью нужно вести переговоры, и организовали флешмоб. Идею для флешмоба неожиданно для себя предложил экс-глава администрации Калининграда Феликс Лапин, заявивший, что калининградцам лучше вместо митинга идти на ярмарку. В итоге на «мандариновую ярмарку» пришли больше 2 тысяч человек. Под дождем с мандаринами в руках в окружении десятков иностранных журналистов они скандировали «Долой Путина!», «Долой Бооса!».

Как это было: «телемитинг» Бооса и «мандариновая ярмарка» — в онлайн-трансляции «Нового Калининграда. Ru»


Без цензуры

Михаил Суханов, сейчас сотрудник «Росатома», а в 2010 году — журналист телеканала «Каскад», считает, что идея организовать телемитинг принадлежала представителям СМИ. «Когда стало известно, что на 20 марта запланирован крупный митинг, губернатор стал ездить по СМИ и спрашивать, что делать. Не знаю, был ли у него готов ответ. Но тогда предлагали под митинг стадион „Пионер“, и мы предложили поставить там камеру — точку прямого включения, и сказали: давайте вы будете сидеть в студии, а люди вам будут задавать вопросы. И он как-то стал жить этой идей, и это все превратилось в большой телемитинг», — рассказал Михаил Суханов.

По его словам, сначала телевизионную точку, которой он руководил, хотели разместить у гостиницы «Калининград». Но потом из соображений безопасности ставить ее там запретили из-за возможных провокаций — она была близко к «мандариновой ярмарке».

«Точку перенесли на площадь Василевского. Люди туда дошли, но не очень много. Дождь был… Но я считаю, что тот телемарафон — лучший продукт, который когда-либо создавало местное телевидение. Хоть тогда весь марафон „на соплях“ держался, технология была не отработана, впервые делали… Но люди пять часов не хотели уходить от экранов, потому что, наконец, вопросы были в лоб заданы — и что самолет губернатора делает на Каймановых островах, и многие вопросы были другие, — рассказал журналист. — Единственное, в Гусеве было видно, что люди приходили к телекамерам по заданию администрации. Но я не знаю, это Николай Цуканов (был в то время главой местной администрации — прим. „Нового Калининграда. Ru“) организовывал или кто другой… Не думаю, что он лично этим занимался, но так получилось. В муниципалитетах главы старались перебдеть. Но несмотря на то, что у „Каскада“ была репутация определенная, на том телемитинге мы давали слово тем людям, которым реально было что спросить. Никакой цензуры, ничего этого не было».

По мнению тележурналиста, на ситуацию в Калининградской области больше повлияла не «мандариновая ярмарка», а прошедший до этого январский митинг. «Ярмарка больше повлияла на экс-губернатора Георгий Бооса, потому что мы ввели такое понятие „Боос до“ и „Боос после“. Соответственно, Георгий Валентинович „после“ был уже абсолютно другим человеком, который, скажем так, „приземлился“ на калининградскую землю. Наверное, он все-таки в тот момент стал понимать, что ему необходим диалог с людьми, потому что он был „птицей высокого московского полета“ и все его проекты были такими же. Но требовалось какого-то отеческого внимания, что ли, калининградцам», — считает Михаил Суханов.

На нынешнего губернатора Калининградской области Николая Цуканова вся эта ситуация также, по мнению Суханова, повлияла. «В первую очередь потому, что он стал губернатором в итоге. Ему вообще повезло, что такой задел до него сделал Георгий Валентинович, потому что по большому счету все те крупные объекты, перед которыми Николай Цуканов перерезает ленточки, это все начиналось еще тогда, с тех самых заоблачных прожектов Георгия Бооса. Да, 50% не случилось, но 50% выгорело, и мы пользуемся сегодня этим», — рассказал журналист.

Михаил Суханов считает, что в настоящее время протестной активности, подобной той, что случилась пять лет назад, уже нет. Причина — власть больше не лезет напрямую в карман к жителям. «Калининград — торговый ганзейский город, и по большому счету тогда транспортный налог залез в карман каждому калининградцу, дернули за личное. На мой взгляд, поэтому и был такой протест», — считает Михаил Суханов.

Сейчас есть многие вещи, которыми я недоволен, калининградцы недовольны, но такое ощущение, что они не касаются тебя лично, не стучатся в дверь твоей квартиры. Они происходят где-то в телевизоре, на полосах газет. Но конкретно к тебе в карман напрямую не залезает. А тогда власть залезла, и, естественно, ты пошел защищать свой карман.

Михаил Суханов, тележурналист «Каскада» в 2010 году.

три.png

Грандиозные имитации

Непосредственный участник январских событий 2010 года, отказавшийся от проведения митинга 20 марта, Константин Дорошок (ныне депутат областной Думы) считает, что события конца 2009 года и начала 2010 года повысили интерес жителей к политике, общественной жизни и «дали надежды на какие-то положительные изменения, заставили людей думать». «Люди решили, что они в состоянии что-либо изменить, и их участие принесет какую-то пользу», — сказал Дорошок. Однако на вопрос о том, осталась ли сейчас у людей надежда на то, что они могут что-то изменить, депутат ответил уклончиво.

«Скажу, что ничего в этой жизни не проходит бесследно. Но сегодня другая ситуация — и политическая, и внешнеполитическая, она серьезно раскола общество, разделила на „пятую колонну“, национал-предателей и патриотов. Пассивное участие людей в этих событиях отвлекает от насущных проблем, заставляет думать о внешних врагах», — сказал депутат.

Если раньше мы показывали, что наши многие проблемы возникают из-за безграмотного руководства регионом, то сегодня многие склонны в этом винить и американцев, и НАТО, Европу. Даже те контрсанкции, которые правительство вело против собственного народа, а не против Европы, жители нашей страны готовы переживать — затянуть потуже пояса, лишь бы враг проклятый не пробрался.

Константин Дорошок, организатор митингов 2009–2010 годов.

пять.png

Еще один активный участник тех событий депутат Соломон Гинзбург предпочитает называть экс-губернатора по имени, как близкого друга. И уверен, что Боос лишился поста вовсе не из-за митингов. «Власть ведет себя так, как народ позволяет ей себя вести. Это в демократических обществах. Что касается нынешней России, то власть и народ существуют автономно друг от друга, — сказал Гинзбург. — По истечении нескольких лет я лишний раз прихожу к выводу, что Георгий был убран с занимаемой должности, вернее, не внесен в список для утверждения в августе 2010 года не потому что, был флешмоб, мандариновые митинги, акции протеста, а потому что он сел за стол переговоров с оппозицией».

По мнению депутата, если бы российская власть перенесла калининградский опыт общения с оппозицией на Москву и другие субъекты, то «не было бы проспекта Сахарова, Болотной площади, других акций». «Но был выбран другой сценарий — демонстрировать, кто в доме хозяин, и не садиться за стол переговоров. Тогда Георгий стал совершенно другим человеком, перестал жить по принципу „глухой хирург наркоз не применяет“, он услышал оппозицию, вносил проекты, которые ему оппозиция предлагала», — сказал депутат.

20 марта для меня — годовщина нереализованных возможностей, когда федеральный центр не позволил обеспечить демократический диалог между руководством региона и вменяемой оппозицией.

Соломон Гинзбург, депутат областной Думы

гинзбург.png

Что касается нынешнего руководства области, по мнению депутата, оно «встроено в тренд», когда любой диалог носит имитационный характер. «Вы же видите, как проходят заседания общественно-политических советов при губернаторе. Когда ставятся важные вопросы, но они не решаются, потому что нет механизмов для решения. А если бы Цуканов и попытался их решить, ему бы просто голову оторвали. Поэтому свое 50-летие послезавтра он будет отмечать в обстановке грандиозных имитаций», — отметил Гинзбург.

Учебное пособие для власти

Сенатор Совфеда от Калининградской области, а в 2010 году — предприниматель и экс-министр кабинета Бооса Николай Власенко полагает, что ситуацию с «протестной весной» стоит оценивать как некий «учебный кейс» о том, как стараться избегать подобных ошибок власти и прислушиваться к мнению народа, не допускать крайних форм. «Ведь выход людей на митинг, демонстрацию или шествие — это уже крайняя точка информации о состоянии общества. Есть же много предваряющих ее — социальные опросы, журналистские расследования, интервью на улице. То есть много-много каких-то инструментов, которые, по большому счету, должны диагностировать ситуацию, — считает Власенко. — Митинг — это крайняя и последняя форма выражения недовольства населения. И, кончено, очень важно, чтобы власть была чувствительная к таким вещам. И это является одной из функций партий политических, в общем-то, диагностировать состояние общества, указывать наиболее больные точки, ну и вставлять устранение этих точек в свои политические программы».

Вместе с тем для Власенко отставка Бооса явилась следствием митингов. «Мне кажется, это такое учебное пособие — причем не только для Калининграда, но и для всех регионов России, и для федеральной власти, потому что это такой первый был серьезный массовый митинг, который привел к отставке фактически губернатора», — заявил «Новому Калининграду.Ru» сенатор.

Наверное, правильная власть — это власть, которая использует синтез позитивных изменений и консервативности. Вот это, наверное, была главная ошибка. Потому что, если разобраться, Боос не хотел ничего плохого. И если посмотреть мировой опыт, то везде обычно высоки налоги на транспорт, выше, чем у нас сейчас в России. Но не время было. Не зря же потом в правительстве появился вице-премьер по внутренней политике. Значит, поняли, что недостаточно мониторилась социальная среда. И поэтому у следующего губернатора уже появился зам, одна из основных задач которого — как раз мониторить состояние общества.

Николай Власенко

Власенко.png

Другое дело, что этих внутриполитических замов Николай Цуканов меняет в среднем раз в год.

Прыгнули выше головы

Политолог Владимир Абрамов считает, что влияние на ситуацию в Калининградской области было, причем весьма серьезное. «Следствием чего и стало непереназначение Георгия Валентиновича. Конечно, не мандариновый флешмоб, естественно, стал причиной. Это было уже так, пена… Волна была зимой на первом и втором митингах, особенно на втором, когда все стало резко политизироваться. А так, знаете, мы бы до сих пор дирижаблевые заводы строили, наверное, и комбинаты металлургические на каждом шагу», — считает политолог.

По мнению Владимира Абрамова, за последние пять лет протестная активность в регионе сошла на нет, потому что «власть больше не делает таких больших глупостей». «Потому что в тот раз, как специально…. Знаете, животное сидит в уголке и лапу лижет, а в него — то тапком бросят, то за хвост его начинают дергать. Тут любой обозлится. Так и здесь. Тогда же было „КД-авиа“, перегонщики, розничные торговцы, и еще сверху все это „залили“ транспортным налогом. Была некая черта, чаша народного терпения переполнилась, и вот что получилось. Вывод из этого был сделан совершенно разумный: не надо лишний раз людей злить, им и так невесело», — считает Владимир Абрамов.

Социальный протест возникает не из желания людей выпендриться, а тогда, когда им плохо. И одно дело, когда у плохого есть какая-то объективная причина, другое — субъективная. Вот с тех пор калининградские власти стали гораздо более внимательно прислушиваться к населению, и это прекрасно.

Владимир Абрамов, политолог

два.png

Координатор активно работавшего в то время клуба блогеров «Амберкант» Дмитрий Надршин считает, что пять лет назад активисты сделали все, что тогда было нужно. А сказать, как это в итоге повлияло — положительно или отрицательно, — сложно. «Однозначно, если бы этого всего не было, наверное, у нас было бы как-то все более скучно. А то, что было тогда, все помнят: неуважительное и хамское отношение к области и к жителям. Сейчас власть, конечно, этого не позволяет. Нельзя сказать, чтобы мы стали жить лучше. Но, по крайней мере, у власти есть какие-то опасения за свои действия, какую-то ответственность власть, как мне кажется, уже несет. Каждый раз, когда что-то происходит, власть трясется и начинает быстренько затыкать все дыры. Понятно, что у нас нет избирательной системы, много чего нет. Но, наверное, эти вещи мы локально уже, к сожалению, решить не можем. Это проблема всей федерации», — считает Надршин.

Тогда мы высказали свое мнение, не испугались — это было важно. Все помнят, что тогда угрожали и расправой, и что 20 марта будут всех «месить» — мне несколько человек говорили об этом, в том числе которые возле власти были… Не могу сказать, что мы что-то там сильно изменили, но мы сделали то, что должны были сделать.

Дмитрий Надршин, блогер.

раз.png

Журналист Олег Кашин, сейчас живущий в Швейцарии, пишущий колонки для ряда российский СМИ и ведущий собственный сайт «Кашин», в марте 2010 года специально приезжал на малую родину, чтобы посмотреть на «мандариновую ярмарку». Сегодня Кашин считает, что Калининграду тогда удалось прыгнуть выше головы. «Я считаю, что это было не столько влияние, сколько знак того, что десятитысячный антибоосовский митинг оказался потолком протестной активности как для Калининграда, так и для российских регионов в целом, — сказал Олег Кашин. — В самом деле, не считать же губернатора Цуканова детищем народных протестов».

Устройство российского государства не предусматривает вообще никакого участия граждан в смене власти даже на уровне региона. Калининградцы однажды прыгнули выше головы, но это оказалось до такой степени аномалией, что, я думаю, даже лидеры оппозиции 2010 года не верят, что они тогда на что-то повлияли.

Олег Кашин, журналист.

четыре.png

Текст: Оксана Майтакова

Комментарии к новости

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.