Миф о калининградском снобизме

Новое московское руководство Калининградской области возродило у некоторых калининградцев мысли давно минувших дней — о том, почему в самом западном российском регионе не очень любят приезжих, особенно тех из них, кто приходит «со своим мечом» или уставом и начинает учить всех правильно жить. Между тем, истоки и смысл калининградского снобизма находятся во вполне очевидной плоскости — жители Калининградской области уважают тех людей, которые уважают их и Калининградскую область.

Миф о калининградском снобизме начал активно формироваться около 10 лет назад, когда в регионе появился Георгий Боос. О том, что Калининградская область — особая территория, не имеющая границ с Россией, оторванная от общего экономического пространства, в Москве знали и до этого. Но само по себе «островное» и в какой-то степени революционное мышление начало проявляться уже после воцарения на посту губернатора Георгия Бооса, коренного москвича, решившего навести в регионе свои порядки. После его отставки долгое время калининградский снобизм не выходил за рамки бытового неприятия приезжих, пытающихся читать мораль калининградцам. Однако последний год ростки этого самого особого отношения к приезжим стали вновь проявляться в общественной и политической жизни — сначала робко (когда во главе области поставили «пришлого» начальника УФСБ Евгения Зиничева), а затем более активно — после назначения на пост врио губернатора чиновника из Москвы Антона Алиханова.

Но вернёмся к истории вопроса. Калининградская идентичность начала формироваться, когда прибывший из столицы Георгий Боос на своей инаугурации спел под гитару песню про «Московских окон негасимый свет». У зрителей, присутствовавших на торжестве, это вызвало недоумение — зачем так откровенно скучать по Москве, если ты приехал в самый лучший на свете город Калининград. Однако потом всё понеслось со скоростью звука — Боос урезал полномочия местных депутатов областной Думы, поставил во главе парламента своего друга из Москвы, принял решение закрыть сельские школы и обрезал финансирование больниц, делал ставку на крупные проекты — в результате страдали небольшие, благодаря которым комфортно и спокойно существовала немалая часть калининградцев. Бывший губернатор потребовал ликвидировать Медсанчасть № 1 и закрыл онкодиспансер. Последней каплей, как помнят многие, стала попытка в разы увеличить транспортный налог. Боос подавлял любую жизнь и самостоятельность в муниципалитетах, доводя до абсурда реформу местного самоуправления в желании снять неугодного главу.

В целом манера общения Георгия Бооса с калининградцами напомнила историю про покорение колоний — мол, цивилизованные путешественники привезли аборигенам из столиц нарядные бусики и зеркальца, а местные почему-то не радуются и не хлопают в ладоши. Закончилось всё это известно чем — многотысячными митингами зимой 2009–2010 года и отставкой губернатора. Пусть сегодня и принято считать, что за митингами стояли вполне определенные силы из региональных элит, которые жаждали отставки Бооса, но и среди обычных калининградцев не так много тех, кто поддержал бы Бооса на новый срок.

111.jpg

«Прощальный митинг» в августе 2010: фоторепортаж «Нового Калининграда.Ru»

На самом деле экс-губернатор дал региону очень немало — федеральный кардиоцентр, медицинский факультет в БФУ им. И. Канта, миллиарды на реконструкцию областной больницы, новые дороги и школы в городах и т. д.и т. п. Несмотря на это, провожали его с радостью. Настроенная радикально общественность на митинге в парке «Южный» в августе скандировала знаменитое «Чемодан-вокзал-Москва» и «Прощай, Боос, будем поминать лихом».

«Знаете, у калининградцев специфический снобизм, зашкаливающий до спеси. За эти годы в ментальном плане они сдрейфовали в сторону мелочного прагматизма, такая инфантильно-стяжательская позиция: пусть Москва дает нам денег, делает нам дешевые авиабилеты и снизит транспортный налог, а мы будем плевать в сторону России, потому что там жизни нет», — сформировал тогда впервые принцип калининградского снобизма бывший глава управления по внутренней политике и бывший калининградец Александр Бобошин в интервью журналисту Олегу Кашину для «Коммерсант-Власть».

Впрочем, и Николая Цуканова, одной из основных характеристик которого было то, что он как раз местный, в Калининграде любили не все. Цуканов активно делил людей на местных и неместных. Причем зачастую эта история доходила у него до абсурда — для него крайне важным было, чтобы местный руководитель был уроженцем населённого пункта, в противном случае этот человек становился «понаехавшим», даже если был родом из соседней деревни, расположенной за 20 км. При этом свой родной Гусев экс-губернатор проникновенно любил и действительно сделал для него очень много — и когда занимал пост мэра города, и когда был губернатором. Однако претензий к Цуканову было немало, и в первую очередь, к его человеческим качествам — тщеславию, недоверию к людям, непоследовательности в решениях и отказах от данных ранее обещаний. Он окружил себя людьми, которых многие тихо ненавидели, потому что эти люди ненавидели окружающих. Иногда складывалось ощущение, что федеральный центр специально «поставил» калининградцам Николая Цуканова, чтобы жители области осознали, наконец, что им нужен не свой калининградский, а серьезный губернатор из Москвы.

В отличие от противоречивого предшественника-варяга Георгия Бооса юный врио Антон Алиханов пока свой устав жителям региона не навязывал. Но и особой трепетной любви к Калининградской области, о которой регулярно повторял Николай Цуканов, не проявлял. Порой складывается ощущение, что Калининград и калининградцев он просто использует для каких-то своих великих целей, причем как-то механически и без особых эмоций. Если для Георгия Бооса Калининградская область была опытным полигоном для мега-реформ, которые тот демонстрировал всей стране, то для Антона Алиханова наш регион — скорее трамплин в заоблачные высоты в Правительстве РФ.

Весьма прохладное отношение Алиханова к калининградскому бизнесу, который, судя по всему, в последнее время живёт сам по себе и особой помощи от нового руководства уже и не ждёт, оставляет печальные предчувствия. Ни к чему пока не привели и дискуссии с местными бизнесменами, которые в ответ на вопрос о том, какие им нужны еще льготы, просто просили сделать так, чтобы таможенное оформление можно было хотя бы пройти. При этом взятки в эшелонах власти как продолжали брать, так и берут — яркий пример тому история с бывшим руководителем ГАСН Цыбульским, который удивительным образом оказался не при делах, несмотря на заявления врио губернатора. Сам же Алиханов в это время называет бизнесменов «овцами, с которых стригут шерсть» и особой помощи не предлагает.

Урезание льгот для семей, введение принципа адресности также не украсило образ врио, хотя он в последний момент и пообещал «откатить» всё назад.

Довольно невеселая история из последних — строительство на историческом острове Канта площадки для стритбола. Факт появления под эстакадным мостом строительного забора без общественных слушаний, историко-культурных экспертиз и опубликованного в должном порядке разрешения на строительство даже сподвиг участников дискуссий в соцсетях на фразы из серии «он уедет, а нам тут дальше жить».

Но, наверное, самое показательное — это поведение ближайшего окружения Антона Алиханова, переехавшее за ним из Москвы. Московские и питерские друзья его пресс-секретаря Валерии Родиной не так давно в «Фейсбуке» активно ругали калининградские СМИ, не захотевшие «дружить» с пресс-секретарем, и писали о том, что истово ждут её в Москве или Санкт-Петербурге, куда она, видимо, должна будет отправиться, когда её патрона калининградский трамплин вознесёт в сладостные дали. При этом полпред губернатора в Москве Александр Деркач, по всей видимости забывшийся в пылу дискуссии, даже пообещал «всех вынести» (можно надеяться, что не ногами вперед), передав привет «с любовью из Москвы».

Если так пойдет и дальше, то вопрос о калининградском снобизме вновь заявит о себе в полный рост, и — что не исключено — перейдет от бытового к политическому. Ведь разве кому-то понравится, что его просто используют? Поскольку калининградцы, как жители небольшого острова, настороженно относятся к приезжим, избежать этой нелюбви можно, лишь став калининградцем.

Что для этого нужно? На мой взгляд, вовсе необязательно иметь в паспорте отметку «место рождения — Калининград». Калининградцем может стать любой человек, который искренне привязан к этой области и городу, стремится изменить здесь жизнь к лучшему. Даже если он приехал сюда не так давно, но уже осознает, что его дом, его родина — Калининград, и что он не хочет отсюда уезжать. В других городах калининградцы — почти всегда туристы. Они ни за что не променяют свою область на Москву или Питер, разве что на небольшое время — и то ради того, чтобы подзаработать денег или получить образование. Эта удивительная особенность одно время поражала моих друзей — ныне столичных жителей — в самое сердце. Им, переехавшим за славой, карьерой и большими деньгами из российской глубинки, никак невозможно было осознать, почему жители Калининграда не хотят в Москву — ведь этого хочет вся страна! Мои калининградские знакомые в ответ лишь улыбались и говорили, что лучше днем они прогуляются пешком по городу, вечерком поедут проветриться на море и пособирать янтарь, который вынесло после шторма. А на выходные рванут на Виштынец, в Эльблонг, Гданьск или даже в Ниду — «там можно выпить кофе с видом на залив, но придется в Морском бросать машину и пересаживаться на велосипед». Впрочем, символ калининградской идентичности — это не только красные в черный горошек пакеты из «Бедронки», польский сыр в холодильнике и контрабандные кабаносы. 

Ещё одно существенное отличие жителей самого западного российского региона от жителей других областей — уверенность в том, что власть должна нести ответственность за происходящее. 

Иногда это доходит до абсурда — калининградец не пойдет собственноручно убирать от внезапного снега улицы, потому что это — обязанность управляющей компании. Однако власть, по мнению калининградца, для того и существует, чтобы обеспечивать нормальное функционирование общественного транспорта, авиаперевозок, здравоохранения и образования, делать жизнь своих граждан максимально удобной и комфортной. Потому что власть — слуги народа, живущие за счёт народа. Этот западный стиль мышления не сильно распространен среди россиян, проживающих за Уральским хребтом, для многих из которых депутат или чиновник — без оглядки на что-либо лицо неприкосновенное, невероятно уважаемое (потому что это же начальник!). Впрочем, и среди жителей, которые в настоящее время живут в Калининграде и считают себя местными, хватает тех, которые готовы присягнуть любой власти — от Бооса до Алиханова, вероятно в надежде, что их тоже когда-нибудь заберут из этой «глухой провинции» в Москву, где «крутятся огромные деньги».

Требовать от калининградцев безоговорочной любви к любому представителю власти, будь то выходец из местных или из иных столиц, бессмысленно. Возможно они будут уважать власть, но только за конкретные дела и поступки, которые видны в реале, а не на бумаге и в обещаниях. Для этого нужно совсем немного — просто перестать обещать и начать делать, не бояться прямых вопросов и поменьше надувать щёки и бронзоветь. И ещё — по прошествии лет найти в себе силы ответить за последствия собственных решений.

Оксана Майтакова

Комментировать (105)

Комментарии

prealoader
prealoader