«ЧП не районного масштаба»: почему в Доме ребенка погибли две девочки

Все новости по теме: Жизнь детей
Dom rebenka.jpg

В областном Доме ребенка на ул. Муромской в Калининграде в воскресенье, 17 июня, произошло серьезное ЧП — с разницей в один час погибли две грудные девочки. Губернатор Николай Цуканов тут же распорядился отстранить от должности главврача учреждения, минздрав создал специальную комиссию по расследованию происшествия, Следственный комитет начал проверку. Почему произошла трагедия, и что нужно сделать, чтобы подобного не повторялось, выяснял корреспондент «Нового Калининграда.Ru».

Стечение обстоятельств
О том, что в областном Доме ребенка произошла трагедия, стало известно в понедельник, 18 июня. Пресс-служба правительства области распространила пресс-релиз, где кратко сообщила о создании специальной комиссии, которая разбирается в причинах смерти детей.

И.о. министра здравоохранения региона Владимир Вольф заявил, что, по предварительным данным, смерть девочек — трагическое стечение обстоятельств.

«Связи и закономерности в том, что девочки погибли с разницей в час, не выявлено, — сообщил Вольф. — Обе девочки (в возрасте 1,5 и 3 месяцев — прим „Нового Калининграда.Ru“) были рождены от матерей, ведущих асоциальный образ жизни, и входили в группу риска по наличию внутриутробной инфекции. Матери, для которых это были уже 3 и 4 беременности, на учете не состояли и никаких необходимых обследований, проводимых в обязательном порядке в Региональном перинатальном центре, не проходили».

По сообщению пресс-службы правительства области, новорожденным в роддоме поставили диагнозы — у 3-месячного ребенка выявили недоношенность, задержку внутриутробного развития, церебральный ишемический синдром, у 1,5-месячного ребенка — задержку внутриутробного развития, синдром алкогольной интоксикации, множественное недоразвитие тканей и органов. Детей после лечения в Региональном перинатальном центре перевели в Дом ребенка, поскольку не было клинических проявлений заболеваний.

Окончательные результаты гистологических и лабораторных исследований, которые позволят установить причину гибели детей, должны стать известны не ранее, чем через две недели.

Однако уже на следующий день, во вторник, на заседании правительства области губернатор Николай Цуканов потребовал дополнительных объяснений. «Я звонил в Региональный перинатальный центр, мне сказали, что у детей на самом деле был алкогольный синдром и прочее, но, тем не менее, они были здоровы», — недоумевал Цуканов.

И.о. министра Вольф ответил на это, что дети, скорее всего, погибли из-за внутриутробной инфекции, которую получили во время беременности, в том числе потому, что их матери вели асоциальный образ жизни. По мнению и.о. министра, между двумя смертями девочек нет связи, это не системный сбой.

«Что это за инфекция, откуда она взялась? Разве мы не лечим детей после того, как они рождаются? Я не думаю, что нужно так быстро делать выводы о причинах гибели и виновности или невиновности персонала Дома ребенка, — сказал Цуканов. — Это вопиющий случай, когда в течение двух часов гибнут два ребенка. Мы говорим о демографическом росте, а у нас дети умирают». После этого он потребовал отстранить главврача от должности на период проведения расследования.

kover22.jpgПо остаточному принципу
В Калининградской области три дома ребенка — в Советске, Гусеве и Калининграде. Советский и гусевский считаются специализированными, в них попадают малыши, у которых выявлены серьезные патологии. Калининградский Дом ребенка носит статус физиологического, то есть, принято считать, что в него переводят здоровых детей.

В Доме ребенка живут малыши с рождения до 3 лет. Это дети, которые, по тем или иным причинам оказались без родителей. Круглых сирот, потерявших родителей, среди них нет, поэтому назвать его сиротским учреждением в прямом смысле этого слова, наверное, не совсем правильно. Дети, которые сюда попадают — это социальные сироты. «Те» или «иные» причины — это родители в тюрьме, родители, ведущие асоциальный образ жизни, матери, отказавшиеся от детей еще в роддоме. Иногда сюда попадают дети, у которых родители тяжело больны, редко — те дети, у родителей которых просто нет средств к существованию.

Если у ребенка все в порядке со «статусом на усыновление», то он очень быстро находит новую семью — в Калининградской области по-прежнему очередь из людей, желающих усыновить малыша до 3 лет. Но у немалой части жителей Дома ребенка таких шансов нет, ведь для того чтобы ребенок получил «статус на усыновление», нужно пройти массу формальностей, определенных российским законодательством об опеке. К примеру, на моей памяти была история, когда ребенка в роддоме оставила мать, приехавшая из Средней Азии. Органам опеки нужно было заручиться письменным согласием всех ее многочисленных родственников, проживающих в дальних аулах, в том, что они также отказываются от ребенка. На сбор документов ушло больше года, малыш все это время жил в Доме ребенка, хотя мог бы найти новых родителей.

В первый раз я побывала в Доме ребенка в 2008 году. Уже тогда там был хороший ремонт, светлые помещения, новые игрушки, ухоженные дети. В основном, благодаря спонсорам. Дом ребенка был всегда под пристальным вниманием общественных организаций и волонтеров, люди собирали деньги на памперсы, на современную детскую площадку. Принимали участие в этом и пользователи форума «Новый Калининград.Ru» — в 2008 году помогли купить новые красивые шторки, ковер для игровой комнаты. Эта история, объединившая на форуме обычных жителей города, дала старт проекту «Благое дело», благодаря которому сегодня есть возможность помогать больным детям.

Но так получилось, что единственный в Калининграде областной Дом ребенка никогда не пользовался особым интересом у региональных властей. Бывший губернатор Георгий Боос и бывший министр здравоохранения Елена Клюйкова не бывали в нем ни разу, хотя он находится в прямом ведении регионального минздрава.

cukanov_dom_d22b50ea.jpgДействующий губернатор Николай Цуканов приехал в учреждение только один раз — в марте 2011 года, после того, как в интернете появилась информация о том, что в Доме ребенка якобы плохо обращаются с детьми, их недокармливают, заворачивают в клеенки, и прочие ужасы. Цуканов был, как обычно, в окружении телекамер, фотографов и прессы. Он распорядился выделить 7 млн рублей на неотложные нужны — противопожарную сигнализацию и ремонт фасадов, оценил усилия руководства, пообещал учреждению пристальное внимание. И уехал. 

Деньги Дому ребенка потом выделили, пожарную сигнализацию установили, утеплили фасады, осветили территории, начали ставить крытые веранды, во всех детских группах организовали видеонаблюдение, фиксирующее все происходящее, территорию взяли под охрану сотрудниками ЧОПа. Все это - на те 7 млн рублей, которые не сравнятся с тратами бюджета на освещение в СМИ деятельности правительства области, то есть как раз на то, чтобы губернатора в подобных поездках сопровождали телекамеры и репортеры. На бюджетное финансирование СМИ в этом году, напомню, пойдет 24 млн рублей. Сумма, сопоставимая с годовым бюджетом Дома ребенка.

Дети дешевле футбола
Я приехала в Дом ребенка утром в четверг, 21 июня. В последний раз я была здесь год назад, с тех пор многое изменилось — у ворот встречает охранник, переписывает данные паспорта. Раньше, помнится, заходить на территорию могли чуть ли не все желающие. Поэтому и благоустроить площадки долгое время было проблемой — бывшая главврач Ольга Алексеева жаловалась, что подростки из окрестных дворов разрушали все, что было на площадках для малышей.

Дом ребенка состоит из трех корпусов. Один — карантинный — находится через дорогу от основного. Основной построен еще в 60-ых годах по проекту яслей. Пожарные уже несколько раз предъявляли к нему претензии, в марте 2009 года закрывали на 90 суток, а малышей срочно переселяли в горбольницу № 1.

«В суде я настаивала на закрытии Дома ребенка, — рассказывала тогда „Стране Калининград“ старший помощник прокурора Московского района Оксана Севастьянова. — По ночам на 10 детей была всего одна дежурная медсестра — таково штатное расписание, утвержденное минздравом. Вы представляете, что могло бы произойти, случись пожар? Сколько один человек может вынести на руках грудничков из горящего здания — двоих-троих? А остальные?!». Прокуратура ясно давала понять, что штатное расписание и здание должны быть иными.

О том, что области давно требуется новый Дом ребенка, говорила и прежний врач — Ольга Алексеева, и новый — Лолита Отинова, назначенная на эту должность чуть больше года назад. В четверг утром она встретила меня уже без белого халата, ведь губернатор решил, что главврач должна быть отстранена на период проведения проверки. Главврач рассказывает, что у пожарных к Дому ребенка появились новые претензии — на этот раз это узкие лестницы. Теперь она ломает голову над тем, как их расширить.

«Конечно, самый лучший вариант — построить новое типовое здание на 150 мест, и собрать там детей из всех трех домов ребенка. Будет экономия на главврачах, коммунальных расходах. И еще хорошо было бы, чтобы здание было недалеко от детского медучреждения, чтобы в любой момент можно было обратиться к медикам за помощью», — говорит она.

123.jpg

По ее мнению, здания действующих домов ребенка можно было бы передать под детские сады, ведь в них для этого практически все готово, например, в Доме ребенка на Муромской в Калининграде — даже детская площадка самая современная (спасибо спонсорам). Однако это только мечты, о которых я слышу уже четвертый год.

Бюджет Дома ребенка — 27 млн рублей в год. Для примера, бюджет футбольного клуба «Балтика» — 221 млн рублей, в том числе 42 млн рублей из областной и городской казны. Нормативы на питание, одежду и памперсы в учреждении не менялись с 2007 года, в сутки на питание одного ребенка выделяется 112,8 рублей (для сравнения: на одного участника палаточного лагеря «Балтийский Артек» полагается 350 рублей в день). Медсестрам и воспитателям, чтобы заработать по 14–15 тыс рублей в месяц, приходится работать по 244 часа — сутками, без выходных.

Более того, учреждение теперь работает в рамках одноканального финансирования, то есть получает деньги в зависимости от того, сколько в нем находится детей.

«Наша задача — как можно быстрее передавать детей в семьи, а получается, что нам с финансовой точки зрения выгоднее держать их у себя, как можно дольше. Но это же неправильно! Спасибо областным властям — разрешили нам получать стабильно часть финансирования, независимо от того, сколько детей… Но если честно, то наш Дом ребенка, наверное, единственный в стране, которые работает в рамках одноканального финансирования. И, наверное, единственный, который считается физиологическим, то есть — для здоровых детей», — рассказывает Отинова.

Из-за того, что учреждение считается Домом ребенка физиологическим, а не специализированным, у него меньший бюджет, меньше полагается рабочих рук и почти не полагается врачей — есть всего один педиатр.

«Если бы нам дали статус специализированного, у нас появились бы еще педиатры, невролог, больше медсестер и санитарок, да и зарплата была бы у них больше. Но…», — главврач не продолжает. И так понятно, что подобные решения могут приниматься только на уровне правительства области. А в правительстве за последние два года сменилось три министра здравоохранения, до сих пор не ясно, кто будет следующим министром.

«Писала свои предложения одному министру, потом другому… Теперь жду следующего», — говорит она.

Сейчас, после отстранения Лолиты Отиновой, обязанности главврача исполняет молодая врач-педиатр Анна Тележенкова, единственные педиатр в областном Доме ребенка. Доктор раньше работала в детской поликлинике № 6, пользовалась необычайным уважением у родителей, в 2011 году в городском конкурсе «Врачебный дебют» она получила приз в номинации «Сердце, распахнутое людям».

«Это я ее утащила, переманила ее из поликлиники. Да, она работает больше, чем на одну ставку, иначе бы у нее зарплата была 8–9 тысяч рублей в месяц, — говорит Лолита Отинова. — Но она очень любит детей, приходит сюда по выходным… Я всегда говорю, что после того, как она пришла, наши дети нашли маму! Но она после случившегося чуть не написала заявление об увольнении… Ведь дети погибли на руках…».

Два креста
В кабинет главврача заходит священник. «Похороны завтра, в 10 утра мы забираем девочек из морга детской областной больницы, гробики нам дают в „Альте“, хороним в Сазоновке, — голос у Отиновой срывается. — Вы знаете, они не были крещеными…»

Священник говорит главврачу, что младенцы — это ангелы, и что всем им найдется место на небесах. Потом интересуется, много ли еще некрещеных детей в Доме ребенка.

«Много, к нам с начала года 21 человек поступил, отказываться стали больше… Мы еще не успели… И еще просили медсестры и воспитатели, чтобы по группам прошли, освятили… Всем так тяжело…», — на этих словах главврач уже плачет. Священник соглашается, обещает помочь с отпеванием младенцев, которое назначено на пятницу, уезжает за всем необходимым для обряда освящения.

Подобные трагедии в последние годы обходили Дом ребенка стороной, 4 года здесь не умирали малыши. Но чтобы вот так сразу две за один час — это из ряда вон.

Лолита Отинова рассказывает мне, что погибшие девочки поступили в Дом ребенка весной, прошли через карантинное отделение, их перевели в обычную детскую группу для грудничков. Обе — из «отказников», матери написали заявления о том, что бросают этих детей, еще в роддомах.

1122.jpg

Та, что была постарше, — Уля, родилась в роддоме № 4. Мать — 19-летняя калининградка, для которой это были уже третьи роды, во время беременности не обследовалась, выпивала и курила. Девочка родилась раньше срока, ее перевели сначала в Региональный перинатальный центр, а потом и в Дом ребенка.

«Ее уложили в коляску на веранду спать. Через некоторое время взяли, чтобы покормить, а она уже не дышит… Пытались спасти, вызвали „скорую“, я приехала — ведь это был выходной день. Медсестра и санитарка вдвоем, остальные дети плачут, кушать пора. А когда уже стало понятно, что спасти девочку невозможно, увидели, что еще у одной уже начинаются судороги… Кололи лекарство, делали реанимацию, но ничего не помогло, она умерла у нас на руках», — рассказала главврач.

Второй погибшей девочке Даше был 1 месяц и 29 дней, она родилась в роддоме № 3 в срок, но вес — всего 2 кг. У 24-летней матери это были вторые роды, во время беременности она не просто выпивала и курила, но еще и употребляла наркотики. У девочки уже при рождении был диагноз «алкогольная фетопатия», то есть внутриутробное поражение плода, связанное с алкоголизмом матери. Предварительная причина гибели первого ребенка — синдром внезапной детской смертности, второго — пока еще выясняется. Результаты исследований позволят сделать точный вывод не менее чем через 2 недели.

«Понимаете, ведь к нам дети здоровые не поступают. Это во время войны в домах ребенка были здоровые дети, потому что родители гибли. Наши дети — отказники, у всех — масса диагнозов, неизвестно, когда и как они „выстрелят“. Это группа риска. Да что говорить, сегодня и в нормальных семьях рождаются не совсем здоровые малыши, а тут асоциальные семьи… Но мы их выхаживаем, ставим на ноги. Многое затем зависит от заботы семей, которые их усыновляют», — продолжает главврач.

Она рассказала, что после того, как случилось ЧП, всю ночь просматривала запись с камер наблюдения. Было хорошо видно, чем занимались медсестра и санитарка, работающие в группе грудничков, все было, как всегда, ничего необычного.

«Там 8 детей, каждого надо покормить, подмыть, поменять памперс, переодеть, взять анализы… Понимаете, они без дела не сидят. Но нам не хватает рук! — сокрушается Отинова. — Ведь у нас по штату на группу положен один воспитатель и одна медсестра. Ночью вообще остается только одна дежурная медсестра. Но как можно, чтобы медсестра из карантинного отделения оставила грудничков одних, а сама шла за едой через дорогу в общий корпус. Как можно оставить детей одних? В прошлом году я расширила штат, ввела должности санитарок, чтобы за детьми ухаживали в помощь медсестрам, но финансирование нам пока так и не увеличили».

Несмотря на то, что зарплата в учреждении оставляет желать лучшего, медсестры и воспитатели продолжают работать. Кстати, весьма изменилось отношение к малышам — их теперь водят на прогулки за территорию Дома ребенка — в парк «Юность», зоопарк, ботанический сад. Еще несколько лет назад в это было бы сложно поверить — дети здесь находились круглосуточно, их даже гулять не водили на улицу, потому что элементарно не было детской площадки.

«Мы ведь все очень переживаем за них. Хотим, чтобы они не были здесь, как в клетке, чтобы видели мир за забором, и…, — тут Лолита Отинова вновь возвращается к недавней трагедии. — Знаете, плотника нашего попросили сделать два креста… А то ведь на „социальных“ могилках даже крестов не полагается, только маленькие столбики с табличками…».

Я ухожу из Дома ребенка с тяжелым сердцем. Из-за того, что ситуация в нашей области не меняется годами: о детях-сиротах вспоминают лишь тогда, когда с ними случаются беды. Из-за того, что Дому ребенка не хватает денег на рабочие руки, в итоге не получается охватить необходимым вниманием каждого грудного малыша, но бюджетное финансирование футбола и палаточного лагеря для здоровых молодых людей оказывается приоритетнее. Из-за того, что мы готовимся принять Чемпионат мира по футболу и построить стадион за 12 млрд рублей, но при этом новый Дом ребенка, отвечающий всем необходимым стандартам, остается только мечтой. 

И еще одна мысль не дает покоя — кого простимулирует новое региональное пособие в 7109 рублей, которое вводится в области для многодетных семей при рождении третьего ребенка. И что будет с теми детьми, которых родят ради этого пособия, после того, как им исполнится 3 года, и «денежный дождь» на родителей из бюджета закончится?

Возможно, что действительно в гибели двух маленьких девочек нет закономерности, вины медиков и сотрудников Дома ребенка или роддома. Наверное, это на самом деле просто «трагическое стечение обстоятельств», как и утверждает областной минздрав. Только вот обстоятельства эти иного толка - спивающиеся беременные женщины, рожающие каждый год, нехватка денег на то, чтобы дать внимание каждому отказничку, и отсутствие явного желания со стороны наших властей сделать своим приоритетом заботу о детях. 

Куда направляются дети из Дома ребенка


2009

2010

2011

Поступило детей:

— в том числе, от родителей

58

Нет данных

58

14

48

9

Выбыло:

— в том числе к родителям (вернулись в семьи)

— усыновлены гражданами РФ

— усыновлены иностранными гражданами

— взяты под опеку

— переведены в детские дома

— в специализированные учреждения

78

12

11

10

9

6

30

46

13

15

9

2

4

0

58

10

17

13

11

5

2


Текст — Оксана МАЙТАКОВА, старший корреспондент, фото — Сергей ПОДЕЛЕНКО, gov39.ru и из архива «Нового Калининграда.Ru»

Комментарии к новости

Государство спонтанных покупок

Заместитель главного редактора «Нового Калининграда» Вадим Хлебников о том, почему нельзя обсуждать наследие ЧМ без Дома Советов.