«Найти останки почти невозможно»: Служба охраны о перезахоронениях бойцов ВОВ

Все новости по теме: Память


В преддверии 70-летнего юбилея Победы властями приводятся в порядок мемориалы и памятники погибшим в боях ВОВ в регионе. В свою очередь, краеведы снова подняли тему перезахоронения павших бойцов из безымянных могил, которых, по данным любителей истории, в Калининградской области тысячи. «Новый Калининград.Ru» поговорил с руководством региональной Службы охраны памятников о перезахоронении воинов. 

Как рассказала глава Службы охраны памятников Лариса Копцева, этими работами занимаются поисковые отряды. «Они находят бойцов, которые не были захоронены в братских могилах. Если их находят, вы прекрасно знаете, что их перезахоранивают», — подчеркнула она. При этом Копцева заметила, что проблемы с перезахоронениями возникли еще в советское время. «Когда проходили боевые действия, не выбирали места, где хоронить воинов. Их хоронили. Потом была определенная кампания по укрупнению воинских захоронений. Эти захоронения укрупнялись. Принимались соответствующие партийные решения. И сейчас мы сталкиваемся, прежде всего, с тем, что физически не всех воинов подняли из земли и перезахоронили. Эта тема, конечно, очень больная», — отметила глава службы.

Эту тему продолжил ее заместитель Евгений Маслов. Он пояснил, что на территории региона множество захоронений, в которых могут находиться останки погибших солдат. «Таких первичных захоронений, которые потом укрупнялись, даже не одна сотня. Было четыре волны перезахоронений: в 60-е годы, две волны в 70-х и в начале 80-х. Для того чтобы выяснить, насколько качественно провели мероприятия по перезахоронению ранее, нужно перекопать 300 первичных захоронений. Это большой объем затрат», — пояснил Маслов. При этом, добавил он, из-за этого специалистам теперь сложно понять, кто и где может быть захоронен.

Мы никогда, в конце концов, с учетом всей прошлой истории, не добьёмся того, чтобы останки воина лежали там, в строго определённом месте, и именно там была надпись на мемориальной плите. Конечно, каждому родственнику хочется прийти и положить цветы именно на том участке захоронения, где лежит его дед или прадед. Но, с учетом того, как в свое время производились захоронения и перезахоронения, сейчас во многих ситуациях просто невозможно разобраться.

Евгений Маслов, замруководителя Службы охраны памятников области о перезахоронении павших в ВОВ   

Кроме того, замруководителя службы отдельно отметил, что упорядочить даже уже существующие захоронения сложно. Ведь даже в братских могилах погибшие лежат не по порядку: «Мне рассказывают некоторые ребята-общественники, которые получают запросы от родственников: семьи приходят на мемориал, и люди искренне думают, что там, где по алфавиту на плитах идут имена павших бойцов Красной Армии, именно под этой плитой лежит их родственник, надо положить туда цветочки. Ну что, нам надо все перекопать и сложить в алфавитном порядке?» 

Кроме того, по мнению Евгения Маслова, любой боец должен быть увековечен в памяти потомков. «Надо добиться того, чтобы человек был увековечен один раз на мемориале. В печатном виде, в книге памяти. Этого добились. Реально найти останки, с учетом того, как все делалось, на сегодняшний день практически невозможно и нецелесообразно. Это одно дело. А другое, не менее важное — защитить те первичные захоронения от посягательств вандалов, черных копателей», — высказался Маслов. 

По данным краеведа, создателя сайта Пруссия39, члена Совета при губернаторе по увековечению памяти погибших защитников Отечества Дмитрия Вострикова, в области несколько тысяч неперезахороненных солдат. Как он рассказывал ранее в интервью «Новому Калининграду.Ru», с части захоронений переносили лишь памятные знаки, без подъема останков. Часть первичных захоронений времен ВОВ забросили. Еще часть «перезахоронили» по документам, но в действительности же останки оставили на прежних местах.

«Народная мифология»

IMG_9728.jpg

Как отмечает руководство Службы охраны памятников, ситуация с захоронениями и перезахоронениями осложняется из-за так называемой «народной мифологии» — это когда в общественное сознание вбрасываются различные идеи по вопросам возможных захоронений павших солдат ВОВ. «В частности, уже с 90-х годов ходили слухи, которые шли от ветеранов ВОВ, о том, что на территории Парка Победы рядом с мемориалом 1200 воинам-гвардейцам захоронены тысячи человек. Цифры здесь назывались разные. От 25 тысяч максимально», — рассказал Евгений Маслов, отметив, что на данной территории сложно представить такое масштабное захоронение. Исследования же показали, что захоронений на территории парка нет вовсе.  

«Последняя версия, которую мы проверяли в прошлом году, — 5 тысяч погибших. Уважаемый ветеран ВОВ обратился к депутатам облдумы с предложением проверить эту информацию. На его памяти там должны были около бункера лежать захороненными 5 тысяч человек. В общем-то, на стадии здравого смысла можно было догадаться, что на той территории, которая указывается, даже 5 тысяч человек вряд ли лежат. Тем не менее, мы связались с поисковиками. Мы обследовали все пустоты там и подтвердили, что там, в принципе, нет останков, тем более тысяч человек. Но такая легенда была», — резюмировал замруководителя Службы охраны. Он отметил, что большую помощь в этом исследовании оказал руководитель поискового отряда «Сокол» Николай Кисиль, в распоряжении которого находится современная техника, которая позволяет обследовать подземные участки без применения вскрышных работ.  

А так, если проверять масштабно, мне кажется, сейчас в этом задачи нет. Если нашли останки при проведении каких-то работ — одно дело. Пригласили поисковиков, те обследовали. Дальше начинается длительная работа по идентификации. Кстати, нет никаких гарантий, что останки даже с помощью генетической экспертизы, — а она стоит по нынешним ценам от 50 тысяч рублей — будут идентифицированы. Представьте масштаб физических работ и финансовых затрат. Надо ли этим заниматься или нет? Сложный вопрос…  


Евгений Маслов, замруководителя Службы охраны памятников области о перезахоронении павших в ВОВ  

Маслов.png   

«Поисковики занимаются не тем видом деятельности»

Также замруководителя службы охраны пояснил, что некоторые поисковые отряды, по его личному мнению, занимаются «не совсем тем видом деятельности, которым должны заниматься». «В моем понимании, поисковики, это те люди, которые должны выявлять неизвестные ранее останки защитников Отечества. Но, к сожалению, есть много примеров, когда поисковые отряды, простым языком говоря, не работают в полях и лесах, на местах окопов и сражений. А просто по карте первичных захоронений, которые известны, поднимают останки, а затем предъявляют их в качестве готового факта муниципальным образованиям, военно-мемориальной службе, собирают пресс-конференцию, демонстрируют плоды своей работы», — поделился Маслов.  

Он подчеркнул, что, по его мнению, это совершенно неправильный подход. И рассказал о том, что для тех поисковиков, которые в своей работе следуют изначальной идее поискового движения, ранее главной проблемой было отсутствие четкой регламентации деятельности. «Еще в 1992 году вышел закон об увековечении, которым предписывалось наличие порядка проведение поисковых работ. Этот порядок должно было разработать минобороны. В нем должны были быть прописаны все этапы, виды работ. На сегодняшний день до сих пор этот порядок не прописан», — поделился замруководителя службы охраны.    

По словам Маслова, органы субъектов страны вправе создавать региональные порядки проведения поисковых работ на своих территориях, и правительство области довольно долго разрабатывало такой документ, однако откладывало это работу «потому что вот-вот должен был выйти федеральный порядок».

«В конце концов возникло понимание того, что ждать можно бесконечно, и в этом году постановлением регионального правительства такой порядок проведения поисковых работ на территории Калининградской области утвержден. Надеюсь, он хоть как-то введет деятельность поисковых отрядов в регламентированное русло. Посмотрим, насколько он будет эффективен», — резюмировал Евгений Маслов.

Текст: Алёна Пятраускайте

Комментарии к новости

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.