Вечерний @Калининград: муляжи — безопасности, общественности и дорог

Областные власти решили поиграть с водителями в одну игру. В местах, где водители уже привыкли к камерам «Безопасного города» и не нарушают правила дорожного движения, решено поставить муляжи вместо камер, которые будут перенесены на новые места. Чтобы не привыкали. «Камеры переставляются. Когда возникло привыкание, остается муляж камеры, а она переставляется в другое место. Это не моя придумка. Это во всех странах так сделано», — сказал вице-премьер Эдуард Батанов. Главное, чтобы не дошло до муляжей чиновников. К другим новостям вторника.

d9eafcabe7a300e640115e11d31c8640.JPG

Власти Калининграда, тем временем, никак не могут закрыть контракты по муляжам безопасных и качественных дорог. Несмотря на то, что официально ремонт улиц в городе должен был завершиться до 1 октября, часть контрактов всё ещё не закрыта. Все беды, как обычно, от ливневых и канализационных люков (видимо, потому что они неправильной формы). На Муромской, Нарвской, Черняховского и Пролетарской подрядчику пришлось разбирать асфальт, чтобы исправить замечания. До 25 октября обещают закончить. Также работы ещё не приняты на Московском проспекте (опять ливнёвки, да).

ек5454.jpg

Муляж общественного обсуждения в Калининграде. Региональная общественная палата подключилась к инициативе «Великие имена России» и в понедельник посвятила заседание обсуждению знаменитых соотечественников, в честь которых необходимо назвать аэропорт «Храброво». Общественники попытались впихнуть Канта в узкие рамки понятия «соотечественник», примерили аэровокзалу имя императрицы Елизаветы Петровны и обиделись на город Кемерово, «забравший» у Калининграда Алексея Леонова. Заместитель главного редактора «Нового Калининграда» Татьяна Зиберова с интересом послушала дискуссию и заодно узнала, как имя Барклая-де-Толли должно приблизить Калининград к Парижу.

07af57ee6b798040e3ea4b7e997bf2f6.jpg

Муляж работы с подростками в Калининградской области. Пока жители региона пытаются прийти в себя после жестокого нападения подростков на двух учащихся кадетского корпуса, детский омбудсмен Ирина Ткаченко собирает некий Детский общественный совет, который должен заниматься «правовым просвещением» и «нести в свои массы информацию о правах, о возможностях, о желаниях», еще попутно проверять, соответствует ли вес рюкзаков их одноклассников нормативам и искать среди сверстников «ребят, оказавшихся в трудной жизненной ситуации». За тем, как будущий кадровый резерв правительства соревнуется в теоретическом желании причинять добро, наблюдала Екатерина Медведева. В реальности, тем временем, другие новости — подозреваемых в избиении отправили в СИЗО.

d9eafcabe7a300e640115e11d31c8640.JPG

И только в смерти нет ни фикции, ни муляжа. Смерть неизбежна и неотвратима, как бы страшно ни было об этом думать. А ещё страшнее — говорить, тем более, что в обществе это не принято. С 2011 года в мире проходят встречи Death café, где люди за чашкой чая говорят о смерти. О страхе, о принятии, о потерях, обо всём. Это не группа психологической поддержки, и не поминки, это обычный живой разговор, где можно шутить, можно плакать, можно делиться чем-то важным или молчать. В Калининграде первую встречу Death café провела основатель этого движения в России, психолог Катерина Печуричко. Она работала на горячей линии, помогающей онкобольным и их близким. Тогда же и поняла, что людям, по большому счету, негде да и не с кем внятно поговорить о смерти — о страхе перед ней, об осознании конечности собственной жизни, о боли за близких. Редактор «Афиши Нового Калининграда» Алина Белянина посетила «кафе смерти» и узнала, зачем такие беседы нужны и почему они важны.

Комментарии к новости

prealoader
prealoader

Кремль и большой предмет

Замглавного редактора «Нового Калининграда» Вадим Хлебников о том, что происходит, когда власти пытаются бить гражданское общество.