Вечерний @Калининград: сосновая любовь, Голодные игры и прелесть губернатора

День Святого Валентина теперь станет действительно интересным праздником. Депутаты Госдумы приняли закон, разрешающий охотиться с луком и стрелами. Потому что, во-первых, мы — «великая охотничья держава», а во-вторых... ну, видимо, обычное оружие им просто наскучило, а танков на всех не хватает. Либо народные избранники что-то знают и уже готовятся к Голодным играм. Выбирайте любой вариант, а пока что к другим новостям этой среды.


У полиции нелегкие дни. Накануне задержали начальника ОМВД по Московскому району Калининграда Анатолия Семашко. На рабочем месте. Весь вторник силовики отмалчивались, в среду всё-таки стали известны некоторые подробности. Полицейского подозревают в получении взятки в особо крупном размере (ч.6 статьи 290 УК РФ). Ему грозит до 15 лет лишения свободы. Речь идёт о событиях ещё 2015-2016 года, когда Семашко возглавлял отдел полиции в Светлом. По версии следствия, он брал взятки от «черного копателя» янтаря, обещая взамен покровительство и невмешательство. В общей сложности, по данным следствия, полицейские, включая Семашко, получили от копателя свыше 1 млн рублей.


А у губернатора Антона Алиханова хорошие дни. Областное правительство всё-таки закрыло сделку по приобретению Дома Советов. Теперь 85% здания принадлежат Корпорации развития Калининградской области и немножко — Региональной энергетической компании. Обе они, понятно, принадлежат правительству. Как и оставшиеся 15% здания. Выкупали не само здание, а компанию, которой оно принадлежало последние месяцы — «ДС» (очевидно, это означает «Дом Советов»). Сумма сделки так и осталась неизвестной, но в бюджете на выкуп закладывалось 340 млн рублей. То есть продали здание полтора десятка лет назад за 7,3 млн рублей, а купили обратно за 340 млн рублей. Такая вот любопытная арифметика. О том, что сделка закрыта, можно было догадаться ещё во вторник, когда Алиханов выложил в своём Instagram селфи на фоне Дома Советов с хэштегом #myprecious. Наверное, не надо напоминать, где автор этой фразы с его «прелестью» закончили. Есть подозрение, что многие калининградцы желали бы именно такой судьбы Дому Советов, однако до ближайшего вулкана ой как далеко, да и тащить неудобно. Надеемся, после окончательного единения с «его прелестью» (читай — переезда в Дом Советов), словарный запас губернатора не начнёт стремительно беднеть в сторону одного слова. Голлум!


Российская пенитенциарная система ассоциируется в первую очередь с новостями о пытках и убийствах в колониях. Однако что действительно происходит по ту сторону заборов с колючей проволокой, мало кто знает, кроме сотрудников и заключённых. Да никто, в принципе, и не стремится к этому знанию. Места лишения свободы — это современные лепрозории. Попавшие туда люди исчезают для всего остального мира, а многими и перестают считаться людьми. Страшно, что людьми они зачастую не считаются и после выхода на свободу — отсюда и такой высокий процент рецидивов. В России существует институт Общественных наблюдательных комиссий (ОНК), члены которых на безвозмездной основе следят за соблюдением прав заключённых. Они реагируют на жалобы, проверяют условия содержания, стараются помочь по мере своих сил и возможностей (которых не всегда хватает). Корреспондент «Нового Калининграда» Олег Зурман поговорил с членом калининградской ОНК и сотрудником калининградского центра «Трансперенси Интернешнл-Россия» Александром Вавиловым о пытках, невозможности выйти по УДО, проблемах с медициной в колониях и о том, почему заключенные, вышедшие на свободу, снова туда возвращаются.

Будьте добрее к людям и к соснам — любите их, но не очень крепко. А то от чересчур горячей любви они сохнут и умирают. И сосны (так сказал директор нацпарка «Куршская коса» Анатолий Калина), и, вероятно, люди. Хорошего вечера.

Комментарии к новости

prealoader
prealoader

Ситуация крайней обеспокоенности

Замглавного редактора «Нового Калининграда» Вадим Хлебников о том, почему федералы хотят забрать деньги у бизнеса.