«Крепко взялись»: как суд «закрывал» Игоря Рудникова и Александра Дацышина

В пятницу в центральном районном суде Калининграда почти одновременно прошли два важных судебных заседания, касающихся самого громкого политического скандала года. На них судьи решали, какую меру пресечения стоит избрать депутату и издателю Игорю Рудникову и экс-замполпреду президента по СЗФО Александру Дацышину. Их, напомним, обвиняют в вымогательстве почти трех миллионов рублей у руководителя регионального СК Виктора Леденева; оба были задержаны в среду. В случае признания их вины, Дацышину и Рудникову грозит до 15 лет лишения свободы. И если Дацышин уже частично признал своё участие в предъявленных следствием преступных действиях, то Рудников настаивает на полной невиновности, называя главу местного СК провокатором. Соответственно, проведут они ближайшие два месяца в совсем разных условиях. Корреспонденты «Нового Калининграда» следили за ходом судебных заседаний.

«Это смешно, это гротеск»

Суд приступил к рассмотрению ходатайства следствия о взятии под стражу Игоря Рудникова около 14:30. Небольшой зал на втором этаже с трудом вместил журналистов и слушателей — на входе в здание суда случилась настоящая давка. Участников заседания у входа встречали вооруженные пистолетами сотрудники ФСБ в масках и камуфляже. Вели они себя довольно вежливо.

Среди публики на суде с участием Рудникова оказалось много молодых людей студенческого возраста. Корреспонденту «Нового Калининграда» один из них сообщил, что они пришли на практику, отказавшись отвечать на вопрос из какого вуза. Во время заседания студенты обсуждали продажи нового айфона; кто-то из них спал. Другая часть пришедших на заседание имели совершенно иные цели. Поддержать Рудникова пришли экс-депутат облдумы Витаутас Лопата, оказавшийся не так давно фигурантом схожего уголовного дела издатель «Тридевятого региона» Борис Образцов и Леонид Никитинский, член Совета по правам человека при президенте России и обозреватель «Новой Газеты».

Игорь Рудников сидел за столом с загипсованной рукой. Два дня назад коллеги Рудникова сообщали о том, что он был избит при задержании, а в ходе обыска в редакции «Новых колес» депутат потерял сознание и был госпитализирован в БСМП. На вопрос о самочувствии он ответил коротко: «Плохо». Зато плохое самочувствие не мешало Рудникову вслух и довольно отчётливо обвинять в своем положении главу регионального Следственного комитета генерала Виктора Леденева. Леденева, являющегося в уголовном деле пострадавшим, Рудников называл «провокатором».

Адвокат Рудникова Олег Вышинский потребовал 45 минут на ознакомление с материалами дела, после чего следователь Андрей Кошелев начал излагать суть обвинения. По версии следствия, главу регионального СК Виктора Леденева сильно оскорбили статьи, касающиеся его и опубликованные в газете «Новые Колеса». В них, в том числе, сообщалось о недвижимости генерала, которую тот якобы получил от теперь уже бывшего сити-менеджера Светлогорского района Александра Ковальского. Он ушел в отставку на минувшей неделе — после того, как заявил, что в него стреляли, хотя ранения на теле обнаружено не было.

Леденев, по словам следователя по особо важным делам Андрея Кошелева, обратился к экс-замполпреду президента Александру Дацышину, чтобы тот поговорил с Рудниковым насчет публикаций в «Новых Колесах». Виктор Леденев называл статьи «клеветническими и позорящиими репутацию» и просил узнать, как можно прекратить выпуск публикаций, где упоминалась его персона. Почему Леденев не обратился в суд и не постарался применить иные вполне доступные ему методы легального воздействия (напомним, клевета сейчас является уголовно наказуемым деянием), представитель обвинения не уточнил.

_NEV5526.jpg

Согласно версии следствия, Игорь Рудников и Александр Дацышин «разработали преступный план, направленный на получение от генерала 50 тысяч долларов». Взамен главный редактор «Новых Колес» якобы обещал прекратить публиковать «негативные статьи», где фигурировало имя Леденева. Дополнительно Рудников якобы требовал от главы СК переквалифицировать статью о покушении на него на более тяжкую (покушение на жизнь государственного деятеля). Генерал согласился и тут же отправился в региональное УФСБ, сообщив, что у него вымогают деньги. Их он собирался передать Рудникову через Дацышина.

Сделка, утверждал следователь, проходила под наблюдением оперативников УФСБ. Генерал Леденев лично приехал на встречу с учредителем «Новых Колес» Светланой Березовской в кафе «PRO Суши» (находится на улице Черняховского, напротив редакции газеты) и отдал папку с деньгами. После чего Березовская была задержана. По делу она проходит как свидетель.

На пороге кабинета Андрея Кошелева Игорь Рудников появился в четверг, 2 ноября, в шесть часов утра. Из одежды на Рудникове были только сланцы, носки, трусы и свитер. Капитан юстиции не смог ответить на вопрос адвоката Олега Вышинского, каким образом полуголый депутат и издатель пришел к нему в столь раннее время, несмотря на то, что он его не вызывал.

«Мне неизвестно доставлялся ли он, или прибыл сам», — сказал Кошелев, в реальности которого, кажется не существовало ни обысков в редакции «Новых колес», ни физического задержания самого Рудникова задолго до утреннего визита. Когда Вышинский спросил, почему Рудников должен был при следователе сидеть без штанов, тот ответил: «Возможно это из каких-то личных побуждений. Я считаю, что каждый в силу своего воспитания решает и считает нужным, в чем приходить». Кошелев говорил, что на Рудникове не было наручников, но не мог с уверенностью сказать, насильно ли депутата заставили к нему явиться.

Дело было возбуждено по части 3, пункту «б» статьи 163 УК РФ (вымогательство в целях получениях имущества в особо крупном размере), максимальный срок — 15 лет лишения свободы. Основными доказательствами вины Кошелев назвал оперативные материалы, собранные сотрудниками ФСБ (одно из мероприятие этого ведомства официально называлось «Наведение справок»), и попросил суд отправить Рудникова в СИЗО на полтора месяца. По мнению следователя, депутат может скрыться, поскольку обвиняется в особо тяжком преступлении, а также оказать давление на следствие и свидетелей, в том числе через СМИ. Рудников в свою очередь заявил, что на время покидает пост главреда «Новых Колес» и передает эти обязанности Юрию Грозмани. Кошелев также указал, что Игорь Рудников обладает связями в правоохранительных органах, но какими именно — не уточнил.

Защитник Рудникова Олег Вышинский в свою очередь настаивал на необоснованности доказательств и уверял, что его подзащитный не сбежит. Вышинский, в частности, обратил внимание на то, что Рудников ухаживает за своей больной матерью и в случае лишения свободы, главред «Новых колес» не сможет этого делать. Он просил судью отправить Рудникова под домашний арест. Заседание вел председатель Центрального районного суда Сергей Котышевский. Несколько раз он отклонял вопросы адвоката и самого Игоря Рудникова.

Еще Вышинского интересовало, как так получилось, что губернатору Калининградской области стали известны некоторые материалы дела (тайна следствия не подлежит разглашению). Ранее Алиханов заявил, что «сумел ознакомиться с частью материалов». «Материалов очень много», — сказал на следующий день после задержания Рудникова глава региона. Но капитан юстиции сделал вид, что не понял вопроса адвоката.

_NEV5694.jpg

Когда речь зашла о здоровье Рудникова, Вышинский перечислил все его хронические заболевания. Адвокат убеждал суд, что с теми проблемами со здоровьем, его подзащитному будет крайне тяжело находиться в СИЗО. Следователь и прокурор по фамилии Гринь в ответ уличали депутата во лжи. Указывая на его забинтованную руку, они говорили, что у депутат «всего лишь» вывихнут сустав, а все его заявления об избиениях — преувеличение. В подтверждение они ссылались на экспертизу медицинской комиссии. Рудников, проведший несколько часов в БСМП, возразил — по его словам, то, что следователь и прокурор называют «комиссией» на самом деле один врач. И тот, как заметил депутат, сказал, что с травмами Рудников долго не протянуть, а его голова (политику некогда делали трепанацию черепа) «развалится».

Если следователь не справлялся с атаками адвоката, — а вопросы Вышинского действитиельно были уместными — в дело вступал прокурор по фамилии Гринь (имя он не назвал). Гринь был солидарен с Кошелевым в вопросе меры пресечения, упрекал сторону защиты в том, что она пытается уходить от сути ходатайство и иногда шутил. Он сильно походил на киноактера, играющего роль умудренного опытом законника; часто иронизировал над заявлениями Рудников и Вышинского и снисходительно улыбался. «Видимо вы плохо слушали, пока посидит пусть немного», — заявил во время прений Гринь, обращаясь одновременно к адвокату и подозреваемому.

Выступление Рудникова было эмоциональным и носило разоблачающий характер. Политик в очередной раз назвал Леденева «провокатором», и заметил, что никогда не просил деньги у главы СК. Тот должен лишь должен был передать (причем это было его личной инициативой) коллеге Рудникова Березовской документы с переквалификацией дела. «Это было сделано из чувства самосохранения. У него [Леденева] дело о покушении на меня поперек горла стоит», — сказал Рудников. Судья Котышевский слушал депутата совершенно равнодушно.

По словам Рудникова, Леденев постоянно названивал ему, предлагая как можно скорее встретиться для передачи пакета с документами. В день, когда за политиком пришли сотрудники ФСБ, Леденев соврал Рудникову в телефонном разговоре, что за ним тоже пришли, утверждал депутат. Издатель «Новых Колес» говорил, что сам настаивал на передаче ему необходимых бумаг, желая загладить вину за некачественное расследование по делу о покушении на Рудникова, совершенное Алексеем Кашириным. И политик ему поверил.

Свою речь в прениях Олег Вышинский начал с фразы о том, что вердикт суда предрешен, и он намерен использовать заседание как трибуну, чтобы указать, что дело сфабриковано, дабы изолировать его клиента. «Мы понимаем, какое будет принято решение», — сказал Вышинский. Он, как и его клиент, употреблял слово «провокация» по отношению к главе СК, называл Рудникова «последним динозавром свободной прессы», а ситуацию, в которую попал главред «Новых Колес», — маразмом. «Это смешно, это гротеск», — говорил Вышинский, убеждая судью, что Рудников, обладая статусом депутата, никуда не сбежит, и напоминал, что когда против депутата завели уголовное дело по факту избиения десятка омновцев, тот с достоинством отстаивал свою невиновность, и в итоге отстоял.

Выступление адвоката было ярким и убедительным, но судью Сергея Котышевского оно не вдохновило. Через полтора часа он вернулся из совещательной комнаты и объявил, что Рудников взят под стражу до 1 января 2018 года. Ни один из доводов защиты Котышевского не убедил. В своем решении судья повторял все пункты обвинения как легитимные и требующие удовлетворения. Стопка поручений, среди которых было даже послание от депутата Госдумы Александра Пятикопа, не произвели на Котышевского впечатления.

В зале заседаний откуда-то взялся незнакомый никому полноватый мужчина, которого до этого никто в суде не видел. После вынесения решения он поднялся и по пути к выходу сделал кому-то звонок, сообщив в трубку, что «дело сделано».

dac.jpg

«Случайный человек в машине правосудия»

Заседание в другом зале Центрального районного суда являло собой почти полную противоположность тому, что происходило вокруг Игоря Рудникова. Избрание меры пресечения бывшему заместителю полпреда президента в СЗФО Александру Дацышину, обвинённому в совершении того же преступления, что и Рудников, проходило куда спокойнее. Во-первых — потому что сам Дацышин был совершенно спокоен. Одетый в синюю толстовку и синие джинсы, он был немногословен, никаких заявлений не делал и предпочитал в случаях, когда к нему возникали вопросы, передавать слово адвокатам.

Сторону защиты представлял не менее известный, чем Олег Вышинский, юрист — Сергей Баранов; вторым адвокатом Дацышина стал Алексей Гудков, он появился лишь после перерыва, который Баранов взял для ознакомления с материалами дела. Адвокаты не общались с прессой — Баранов на вопрос одного из журналистов в перерыве сообщил, что находится под подпиской о неразглашении информации.

В начале заседания защитники Дацышина настояли на том, чтобы их клиента присутствующие в зале журналисты не снимали крупным планом; сторона обвинения не имела вообще никаких претензий к фотосъемке. Однако председательствующая судья Людмила Сагий предпочла вообще запретить съемку в ходе заседания.

Версия следствия предполагала примерно следующее. Именно к Дацышину обратился «не ранее 17 августа 2017 года» глава областного Следственного комитета Виктор Леденев с просьбой помочь прекращению публикации «информации негативного характера, заведомо ложной и порочащей его» в газете Игоря Рудникова «Новые колеса».

Когда Дацышин и Рудников встретились, чтобы обсудить ситуацию, у них, считает следствие, родился корыстный умысел и преступный план. Именно Дацышин якобы выдвинул требование о передаче Леденевым 50 тыс долларов в обмен на прекращение публикаций. 15 сентября это требование якобы было озвучено главе регионального СК Дацышиным, а 18 сентября Рудников озвучил требование о передаче денег вновь уже лично — прямо в кабинете Леденева.

Судя по значительному объему доказательств, список которых судья Людмила Сагий зачитывала несколько минут, все эти преступные действия фиксировались разными техническими способами. В итоге, 1 ноября до полудня произошла передача денег сотруднице Рудникова Светлане Березовской, в 19.30 было возбуждено уголовное дело, а в 22 часа в здании управления ФСБ Александр Дацышин был задержан. Как он оказался в управлении, в материалах дела, зачитанных следователем, не сообщалось. Зато следователь отметил, что в ходе допроса после задержания Дацышин частично признал свою причастность к обстоятельствам дела. В частности, он признал что передавал Виктору Леденеву «незаконные требования Рудникова». Однако Дацышин настаивает на том, что не вступал в преступный сговор с Рудниковым для вымогательства денег у Леденева.

Позиции сторон по поводу меры пресечения, которую следует избрать для Александра Дацышина различались, однако аргументы были примерно одинаковыми. Следствие настаивало на том, что Дацышина следует поместить под домашний арест до 1 января следующего года, так как он обвиняется в совершении особо тяжкого преступления и может оказать давление на суд, имея большое количество связей в силу своего политического прошлого. Также, считает следствие, Дацышин может скрыться от правосудия (суду был представлен его паспорт и судья внимательно изучила количество пересечений границы за последнее время.

Сторона защиты делала упор примерно на то же: Дацышин является известным человеком, занимал высокие государственные посты, был награждён Орденом почёта и вряд ли опустится до побега или давления на следствие. Адвокат Сергей Баранов выступил с ходатайством о применении в отношении Дацышина меры пресечения в виде залога до 10 млн рублей. Внести залог он был готов сам и предоставил для подтверждения этого выписку с банковского счёта. Ходатайство стороны обвинения Баранов назвал необоснованным. «Для нас очевидно что он (Дацышин — прим. „Нового Калининграда“) совершенно случайный человек в машине правосудия», — отметил Алексей Гудков.

_NEV5455.jpg

Никакой группы поддержки, в отличие от процесса с участием Игоря Рудникова, на заседание по поводу Дацышина не пришло. За ходом суда в зале, кроме журналистов, следили около двух десятков человек, большинство — молодые люди с довольно резкими манерами. Один из них нехотя сообщил журналистам, что является студентом «юридического вуза», однако не уточнил название. Зато рассказал, что за участие в заседании получит зачёт по одному из предметов. Когда судья удалилась в совещательную комнату (сообщив, что процесс вынесения решения займёт не менее 40 минут — в реальности её не было более 2 часов), молодые люди успели обсудить свежие сериалы, телефоны и учебную успеваемость. «Как всё закончится, надо отзвониться, сказать ему, что мы съ******ь (ушли — прим. „Нового Калининграда“)» — скомандовал один из них, не дождавшийся решения суда.

Александр Дацышин был молчалив и вне судебного процесса. Выйдя в туалет в сопровождении затянутого в камуфляжную маску сотрудника ФСБ, сопровождавшего его в течение всего заседания, Дацышин подмигнул корреспонденту «Нового Калининграда», невесело улыбнулся и тихим голосом сообщил «Крепко взялись». А на пути обратно попросил не снимать его — мол, выглядит неподобающим образом.

Вернувшись в зал, судья огласила решение: ходатайство обвинения о помещении Дацышина под домашний арест она удовлетворяет в полной мере, а ходатайство защиты, просившей отпустить обвиняемого под залог, в полной мере отклонила. Никаких претензий к такому решению стороны не имели. И ближайшие месяц и 29 дней, ровно до 1 января следующего года, Александр Дацышин проведёт безвылазно, отрезанным от внешнего мира, в своём доме в Светлогорске, на улице Маяковского.

По данным источников «Нового Калининграда» в правоохранительных органах, Игорь Рудников будет находиться в следственном изоляторе не на территории региона. В течение ближайших недель его должны этапировать за пределы области, предположительно в Москву. Сам Рудников заявил, что своей судьбы не знает.

Текст — Олег Зурман, Алексей Милованов, фото — Виталий Невар, «Новый Калининград».

Комментарии к новости

Страшно смешно

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, что можно противопоставить немотивированной агрессии — и даже иметь шансы победить.