Замглавы «Теплосети»: нельзя сравнивать центральное отопление и «автономку»

Дмитрий Ротарь
Дмитрий Ротарь
Все новости по теме: Отопительный сезон

Почему жителям Калининграда летом пришли огромные счета за горячую воду, сколько миллиардов нужно вложить, чтобы снизить стоимость отопления, и есть ли возможность платить за тепло меньше уже сейчас? Обо всем этом и многом другом корреспондент «Нового Калининграда» поговорил с заместителем директора муниципального предприятия «Калининградтеплосеть» Дмитрием Ротарем.

Перекладывание бремени на соседа

— Летом у нас был вал жалоб от жителей Калининграда, которым насчитывали за кубометр горячей воды суммы, превышающие тариф в разы. Почему так произошло?

 — Для «Теплосети» дом — это объект теплопотребления. Вот стоит здание, в него заходят две трубы. На входе в здание стоит прибор учёта, который фиксирует объем тепловой энергии, потребляемой многоквартирным домом. Управляющая компания приобретает у нас тепловую энергию, у «Водоканала» — холодную воду. На оборудовании, являющимся общедолевым имуществом собственников, из покупной холодной воды и энергии, купленной у «Теплосети», производит горячую воду. Как в этой ситуации «Теплосеть» может влиять на расчёт? При чём тут она? У «Теплосети» потребили энергию, прибор показал, мы выставили счёт. Управляющая компания собрала показания потребителей по индивидуальным приборам учёта, которые сформировали объем потребления, и распределила плату за энергию и холодную воду пропорционально потребленной горячей воде.

 — Получается, что те, кто показал, что потреблял горячую воду, те и заплатили? Так ведь? Я была на заседании общественной палаты, посвященном ситуации с жилищными тарифами. Глава правления ассоциации управляющих компаний «Альянс» Ирина Топорова заявила, что они не имеют отношения ко всем этим расчетам.

111.jpg

«Борьба народной мести»: как общественники хотят помирить жильцов и ЖЭКи

 — Вот как раз конкретно госпожа Топорова производит расчеты самостоятельно. То есть основная масса управляющих компаний Калининграда наняла на эту функцию «Теплосеть», и мы в их интересах производим этот расчет с помощью «Симплекса», потому что там необходимо достаточно большое количество специалистов, а управляющим компаниям нет смысла содержать сотрудников, которые занимаются именно расчетами. Потому что с расчетом платы за содержание жилья всё просто — ставка за квадрат и точка. Расчеты по тепловой энергии, горячей воде — там очень много нюансов, которые регламентируются Жилищным кодексом, постановлениями Правительства… как распределяется плата за горячую воду, как распределяется плата за общедомовые нужды (ОДН). Если управляющая компания будет нанимать профильного специалиста, то они могут и в трубу вылететь… И вообще в принципе нет такого количества профильных специалистов в городе. Соответственно, они на эту функцию наняли нас. Но надо понимать, что это задача, которую мы выполняем в интересах управляющих компаний. И управляющие компании проверяют наши расчеты, в том числе имея доступ к первичной базе.

 — Как решить проблему с большими начислениями за горячую воду? Управляющая компания должна ходить по квартирам и сверять счетчики?

 — Безусловно.

 — Это единственно возможный вариант?

 — Есть, по сути, две базовые причины сложившейся ситуации. Первое — качество и работоспособность оборудования. В большинстве случаев, когда плата зашкаливает за 250–300 рублей за кубометр, — это вызвано неработоспособностью регулятора температуры, который должен регулировать водопотребление тепловой энергии при подготовке горячей воды, сокращая циркуляцию в период отсутствия отбора. Какой смысл ночью гонять по дому горячую воду, чтобы она постоянно циркулировала? Она просто остывает, а остывающая горячая вода — это энергия, на её подогрев опять надо потреблять энергию. А второе — это «высокий» уровень грамотности граждан Калининграда. Точнее, отсутствие сознательности. Что делают люди? Они осознанно занижают показания счетчиков воды в летний период.

 — А разве не зимой, чтобы платить меньше? Зимой ведь еще и отопление ложится дополнительными расходами?

 — Можно авансироваться, можно делать постоплатой. В большинстве случаев делают как — занижают показания приборов учёта в зимний период, что приводит в итоге к повышенным платежам за отопление. Потому что если не показать, допустим, куб горячей воды, — эта плата распределяется на отопление. Это первый вариант. Второй вариант мы наблюдаем регулярно — когда летом фактическое потребление воды у квартиры 0–1 кубов, а с октября начинается 6–7. Наверное, есть вариант, когда идёт массовый отток населения в теплые страны на лето, и, может быть, летом люди не моются. Но с большой долей вероятности это просто перекладывание своего бремени оплаты на соседа. Законодатель дал четкий инструментарий для контроля — управляющие компании имеют право раз в три месяца проверять показания прибора учетов в квартирах, обязаны делать это раз в шесть месяцев. Из того, что знаю я — дай бог две-три управляющих компании уровня управления два-три дома на обслуживании выполняют эту функцию как-то систематически. Если бы проверку приборов учёта проводили в июне и в августе, я уверяю, такого бы перекоса не было бы совсем.

При этом, когда управляющие компании пытаются рассказывать, что их не пускают в квартиры проверять счетчики, это неправда. Потому что при недопуске составляется надлежащим образом акт, и на основании этого акта возможно начисление платы с повышающим коэффициентом 1,5, что безусловно снимет бремя оплаты с соседей.

 — «Янтарьэнерго» находит способы добраться до тех потребителей, у которых счётчики в квартирах, а управляющие компании почему-то нет.

 — У «Янтарьэнерго» достаточно большой объем счетчиков, которые подключены к телеметрии, там не нужно ходить ножками и смотреть на эту вертушку, — данные выгружаются в систему в автоматическом режиме, поэтому нет таких колоссальных проблем — немного другой ресурс, потерь гораздо меньше. И самое основное — у них это всё есть в тарифе. Вот в чём разница работы «Теплосети» и работы «Янтарьэнерго»? У «Янтарьэнерго» генерация, транспортировка и сбыт — в одних руках. То есть компания сама генерирует энергию, сама транспортирует по своим сетям, сама продает. И, по сути, вся цепочка от производства до получения денег с потребителей находится в одних руках. А мы, знаете, как человек без одной руки — производим, транспортируем, но не продаем конечному потребителю. Конечному потребителю продает посредник, к сожалению, не очень квалифицированный, и мы вынужденно берём на себя часть функций, которые должна нести управляющая компания. И при этом уже третий год мы рождаем этого безногого уродца, когда обещают прямые отношения ресурсника и потребителя. Без вопросов! По идее, технически сейчас можно создать прямые взаимоотношения с потребителями. Но! К сожалению, при внесении изменений в законодательство Минстрой немного забывает вносить изменения, в том числе и в законы о тарифном регулировании. Потому что при всех изменениях и поправках у ресурсоснабжающей организации в лице, например, «Теплосети» отсутствуют средства в тарифе на ведение базы потребителей, расходов на печать и доставку квитанций людям.

Да, у ресурсников могут быть прямые договоры с собственниками, но за чей счёт банкет? Когда мы приходим менять тариф, Служба по тарифам открывает Жилищный кодекс и говорит: ребята, извините, коммунальная услуга — это управляющие компании. И кто бы куда ни вносил какие-то изменения, это не тарифный расход. А при этом у «Теплосети» тариф — единственный источник финансирования.

_NEV7127.jpg

Возможно всё, вопрос — в источнике финансирования

— К вопросу о тарифах на отопление, которые у нас оказались в тройке самых высоких по Северо-Западу. Врио вице-премьера Максим Федосеев сказал в сентябре, что изменить ситуацию можно, только если провести модернизацию. «В городе Калининграде нужны миллиарды рублей, чтобы модернизировать всю систему теплоснабжения. Мы модернизировали достаточно теплоисточников в городе, сейчас по новой программе уходим от допубытков — город будет выносить котельные из жилых домов. Но кардинально решить эту проблему просто невозможно», — заявил нам Максим Федосеев. Как вы можете прокомментировать эти слова? Действительно невозможно?

111.jpg

Всё по правилам: областные власти не увидели проблем в высоких тарифах ЖКХ

 — Возможно всё, вопрос — в источнике финансирования. Пока основным источником финансирования всё равно является тариф, сами люди. На самом деле за последние три года колоссальный объем работы был сделан. Но, к сожалению… Понимаете, если бы эту работу проводили на протяжении последних 27 лет с момента, когда её, по сути, остановили, мы бы находились сейчас абсолютно в другой ситуации. Но на протяжении тех же 27 лет средств на модернизацию фонда практически не выделялось — происходило сдерживание тарифа, ограничивался рост платы для конечного потребителя. К чему это привело? К тому, что из 345 км сети за последние несколько лет мы поменяли дай бог 50 км. Понимаете? При условии срока жизни сети 30 лет нам надо менять в год минимум 10 км. Сейчас мы, кстати, немного опережаем этот график: меняем по 14 км трубопровода в год, потому что до 2012 года системно такая работа практически не велась.

 — Ну почему же? Прежнее руководство предприятия активно занималось этой работой. Мы давно уже не слышали про масштабные прорывы на теплотрассах, из-за которых еще лет 12 назад полгорода без тепла оставалось.

 — Нам, слава богу, в этой части помогли. Большой объем внутриквартальной теплосети был поменян в 2002 году, когда была программа Всемирного банка. На самом деле самая большая проблема где — на внутриквартальных сетях, которые непосредственно подключаются к потребителям. Проблем на магистральных сетях потребители не видят — к магистралям мы относимся с крайним пиететом, потому что они затрагивают большое количество жителей, и, естественно, надзор за состоянием крупных магистральных сетей очень пристальный. При этом 50 км, которые мы сделали за три года, — это очень значительный объем. Внутриквартальные сети мы перевели на пластик, что позволило значительно сократить потери на сетях. Кроме того, сократилось количество прорывов.

 — РТС «Северная» тоже ведь была модернизирована? Помню, мы ездили туда вместе с мэром Калининграда несколько лет назад. Была программа, участвовали в ней и бюджетные деньги?

 — РТС «Северную» модернизировали в части автоматизации систем безопасности.

 — Это к вопросу о том, что нам постоянно рассказывают, что-то делается, модернизация ведется, бюджетные деньги в это вкладываются.

 — Бюджет и на самом деле очень сильно помогает. Мы, например, закрыли мазутную котельную на Тихорецкой. Из порядка 100 угольных котельных, которые были на 2013 год, сегодня закрыта половина. В планах у предприятия — в течение ближайших трех лет закрыть все встроенные угольные котельные, в течение горизонта планирования — в принципе закрыть угольную генерацию везде, где это возможно.

 — Но вы же это делаете в рамках бюджетного финансирования в том числе?

 — В том числе да. Часть работ мы выполняем за счет инвестиционной программы — то есть за счет тарифа, кстати, в достаточно большом объеме. Часть — за счет муниципальной адресной инвестиционной программы, что-то за областные и федеральные деньги.

 — Я понимаю, что модернизация теплосетей и котельных — может быть процессом бесконечным. Но вот чтобы всё полностью привести в порядок — ведь есть какая-то программа?

 — У нас разработана инвестиционная программа, но она, безусловно, не охватывает весь перечень оборудования, потому что это физически невозможно. Основные работы мы проводим в рамках амортизационных отчислений — это обновление тех фондов, которыми мы управляем. Основной объем теплосети меняем по программе капитального ремонта. Крупные перекладки, где идет увеличение диаметра в рамках подключаемых новых объектов, уже идут в рамках инвестиционной программы, и в большинстве случаев применяется бюджетное софинансирование.

 — Вопрос всё равно остаётся. Максим Федосеев говорил о том, на изменение ситуации с тарифами на отопление нужны миллиарды вложений в модернизацию. Точную сумму вы можете назвать? Сколько миллиардов в течение скольких лет?

 — Для того чтобы разработать программу по модернизации всего-всего, надо потратить колоссальный объем денег и ресурсов. По сути, чтобы назвать некую сумму до копейки, необходимо разработать проекты, сделать сметы и так далее. Есть инвестиционный план на три года. Есть схема теплоснабжения с перспективой развития до 2030 года. В её рамках формируется то, о чём вы говорите — инвестиционная стратегия, это планируемые новые подключения, создание новых объектов и так далее. А сказать, сколько стоит — нажать вот на паузу и завтра получить новую теплосеть… Ну это бессмысленно — взять и разработать проекты по всем-всем ремонтам, модернизациям, заменам и так далее. Пройдет два-три года, выйдет какая-то новая штука, все разработанные сметы можно будет просто выкинуть в мусорку, потому что есть инфляция, новые технологии, требования и так далее.

У нас есть разработанная программа энергосбережения. В её рамках есть мероприятия, которые мы определяем как максимально эффективные с позиции снижения себестоимости при производстве ресурсов. По сути, задача потребителя — снижать объем потребляемого ресурса при сохранении качества услуги, задача «Теплосети» — снижать объем потребляемого топлива при производстве ресурса и снижать потери при его транспортировке. Это две точки экономии.

 — Понимаю. Но когда я слышу разговоры о том, что нужны какие-то миллиарды рублей…

 — Хорошо… К примеру, у нас нехватка мощности на РТС «Северной» примерно 100 гигакалорий в час. Модернизация РТС «Северной» составит более 700 млн рублей. Это один пример. Переложить все непереложенные сети, которые сегодня морально устарели, а это около 200 км сетей, — с учетом больших диаметров это более 2 млрд. И это только сети. Далее — если взять все котельные, которые есть, снести их бульдозером и на их месте поставить маленькие компактные модульные газовые котельные с одним человеком персонала, который приезжает раз в три месяца… Сколько у нас общая генерация? Где-то под гигаватт?… 10–12 миллиардов.

_NEV7112.jpg

Несравнимые вещи

 — А что с ТЭЦ-2, которая генерирует серьезные объемы тепловой энергии, разве нельзя брать теплоэнергию у неё?

 — Сегодня мы берем у ТЭЦ-2 максимум ресурса, который они могут поставить. С учетом изменений, которые запланированы при строительстве новых больших угольных станций, перераспределенная мощность идёт к тому, что снизится пиковое производство тепловой энергии у ТЭЦ-2. Тепловая энергия на ТЭЦ — побочный продукт, базово ТЭЦ-2 работает на генерацию электроэнергии. Тепловая энергия разгоняет турбины, они генерируют электроэнергию. Тепловую энергию надо куда-то сбрасывать. Обычно сбрасывают либо в градирни, если нет потребности в тепловой энергии, либо продают в сеть, что снижает себестоимость энергии, потому что идет окупаемость за счет приобретаемого тепла. На сегодня к ТЭЦ-2 подключен в основном Восток. Чтобы подключить дополнительный район, надо увеличить пропускную способность трубы настолько, что стоимость подключения нового района будет оцениваться примерно в 700 млн рублей. И при этом, когда рассказывают историю, что ТЭЦ-2 продает гигакалорию за тысячу рублей… Да, безусловно! Но себестоимость гигакалории у нас на нашей крупнейшей РТС «Северной» — 980 рублей с какими-то копейками. Однако если наш оппонент считает, что 700 млн рублей для подключения нового микрорайона появятся откуда-то из воздуха… Не появятся. Что произойдет? ТЭЦ-2, конечно, скажет: мы готовы подключить хоть весь город. Но кто заплатит очередной миллиард за подключением нового микрорайона? Давайте подумаем?

 — Всё-таки вы с ними конкуренты?

 — Нет… ТЭЦ-2 продает нам тепловую энергию по себестоимости нашей крупнейшей тепловой станции. Мы максимальное количество потребителей за последние четыре года подключили именно к ТЭЦ-2 — Тихорецкую, Судостроительную… Мы стремимся подключать, потому что чем больше у нас потребителей, подключенных к крупным станциям, тем меньше себестоимость поставки тепловой энергии. И мы безусловно заинтересованы, чтобы подключать к ТЭЦ-2» Всё, что у нас было в радиусе подключения с учетом проложенных магистралей, возможностей подключения — мы все локальные котельные позакрывали и перевели их на подключение к крупным станциям. Например, мы закрыли свою большую станцию «Дюнную» и переподключили всех потребителей на РТС «Южную», которую вывели из консервации. Потому что у нас появился Остров, стадион, который необходимо было подключить. У нас нет этого снобизма, что должна быть везде только наша генерация.

 — РТС «Южная» ведь принадлежит «Янтарьэнерго»?

 — Да. И мы покупаем у них энергию, переподключили к ней всех потребителей, которые были подключены к «Дюнной». Мы также покупаем энергию у ТЭЦ-1, ТЭЦ-2, «Южной».

 — То есть нельзя вас заподозрить в том, что вы пытаетесь монополизировать рынок?

 — Нет.

 — Еше одна тема. Почему центральное отопление в несколько раз дороже автономного? Когда мы берем сопоставимые площади квартиры с центральным отоплением и автономным — разница огромная.

 — Централизованное отопление подразумевает плату за потребление здесь и сейчас. Потребил и заплатил. Автономное отопление подразумевает покупку котла, плату за его установку, подведение, подключение, за надлежащее обслуживание газового котла, наверное, раз в полгода. Я, честно говоря, сам не сталкивался — никогда не жил в квартире с автономным отоплением. Но насколько я знаю, регулярно должны проводиться мероприятия по обслуживанию, и это стоит денег. То есть в рамках централизованного отопления человек платит не за сожженный в котле газ, а за комплекс услуг. А когда он платит за автономное отопление — он платит только за газ здесь и сейчас. При этом сколько стоит сам котел, сколько стоит его установка, обслуживание?

 — То, что я слышала о ремонте котлов — это 5 тысяч, ну максимум 15 тысяч. Новый котел — 30–40 тысяч. Это всё равно несопоставимые цифры, по правде говоря.

 — Себестоимость производства одной гигакалории на автономном отоплении может быть ниже себестоимости одной гигакалории на тепловой станции, потому что КПД абсолютно разные. При этом я повторю — если сложить всё-всё, то общая сумма будет сопоставима.

 — Но в глазах наших читателей знаете, какой образ складывается? Между мной и котлом никого нет — включил, услугу получил, заплатил. А между мной и батареей центрального отопления целое предприятие со штатом сотрудников, директором, замдиректора, которые ездят на служебных машинах, по командировкам, проводят банкеты. И всё это — включено в тариф отопления, и мы за это платим из своего кармана.

 — Мне сложно на это ответить, потому что вы сравниваете несравнимые вещи. Потому что вы сравниваете плату (я подчеркиваю, не объем, а плату) гражданина за отопление в новостройке, а они почти все с автономкой. И плату гражданина в хрущевке 70-го года постройки, с дырявой стеной и так далее, но с централизованным отоплением. Понятно, что первый живет в доме, где даже нормативное потребление 0,012 Гкал\ч, а второй — в доме, где нормативное потребление 0,024 Гкал\ч. И вы пытаетесь сравнить, сколько платит квартира в доме, построенном на полвека позже, и сколько платит гражданин в хрущевке. Ну конечно, человек в новом доме, даже с централизованым отоплением, платит в два раза меньше!

 — Давайте представим ситуацию. Человек в хрущевке уже не может платить за отопление — нет у него денег. И субсидии он получить не может, потому что метраж его квартиры превышает те нормативы площади, которые готово субсидировать государство. Что ему делать? Менять квартиру?

 — Это вопрос больше социальный. Вопрос государства — насколько оно социальное… Если человек живет один в трехкомнатной квартире, ну сдай две комнаты, если тебе не хватает средств для оплаты тепла.

 — Мы обнаружили, что квартиры с центральным отоплением выставляются на продажу гораздо дешевле, чем квартиры с автономным отоплением, и продать их практически невозможно, стоят годами. Поменять условия жизни фактически невозможно, остается платить. И можно сказать, что вина-то в этом ваша — «Теплосетей».

 — Опять же, возвращаемся к «автономке» — 99% квартир с автономным отоплением построены после 2000 года. Поэтому если сравнивать все остальные сопоставимые параметры… Если мы будем сравнивать новостройки на ул. Леонова или Литовском валу и хрущевки через дорогу — понятно, что в новостройке квартиры будут дороже. Это как сравнивать квартиру в Санкт-Петербурге на Крестовском острове или где-нибудь в «Девяткино» за КАД. Понятно, что в «Девяткино» она будет стоить 3 млн рублей, а на Крестовском острове — 30 млн.

А что касается субсидий — эту ситуацию нужно анализировать. Вполне возможно, что люди просто не знают, что могут претендовать на такую помощь от государства.

— Проводился ли независимый аудит тарифа на отопление? Когда его анализирует не служба по тарифам, а независимая компания?

 — От кого независимый? От «Калининградтеплосети»? Так мы сами себе тарифы не устанавливаем. Понимаете, расходы, которые позволяются за счет тарифа, четко определены Федеральной антимонопольной службой. Там есть четкий перечень, и мне кажется, там нет расходов на проведение аудита.

 — Давайте представим, что придет богатый меценат с мешком денег и оплатит независимый аудит. Вы дадите такую возможность?

 — Тарифы утверждает комиссия, в неё входят представители общественных организаций. Он утверждается после того, как его вычитывают все общественники. У нас открытая деятельность, тот же тариф выкладывается службой на своём сайте.

 — Почему такие вопросы возникают? Мы помним о судебном решении, когда с бывшего директора «Калининградтеплосети» взыскали 500 тысяч, требуя признать незаконными расходы на банкеты, командировки и угощение подрядчиков. Получается, что за всё это платили мы. Если бы был независимый контроль, этого бы, возможно, и не произошло. Вам есть что скрывать?

 — В год у нас проходит более 100 проверок, начиная от КРУ, заканчивая счетной палатой и службой по тарифам. У нас десятки проверок прокуратуры, жилищной инспекции. Мы не просто открыты… Все закупки проходят через портал госзакупок, включая, ручки, туалетную бумагу и так далее. Раньше мы жили по 223-ФЗ, а с 1 января 2017 года мы вообще живем по 44-ФЗ — у нас все закупки размещаются на сайте. Какие банкеты?

 — Понятно. Вы, как «Водоканал», не шикуете?

 — Мне сложно прокомментировать, как шикует «Водоканал».

 — Что можно сделать уже сейчас, чтобы снизить расходы на отопление? После прошлой зимы народ замер в ожидании ужаса. Зима близко. Многие ждут повторения истории с циклопическими счетами за отопление, готовятся затягивать пояса.

111.jpg

Зима близко: что ждёт калининградцев с началом отопительного сезона

 — Мы сейчас разрабатываем максимальный инструментарий для граждан, чтобы можно было отслеживать сбои. Для нас, например, важно снизить фактическое потребление в зона действия РТС «Северной» — если это удастся, нам не придется модернизировать станцию. Снижая фактическую мощность за счет проведения потребителями каких-либо энергосберегающих мероприятий, мы можем по факту на основании их заявлений снизить им нагрузку.

Как только у потребителя всё хорошо, так и у нас на сетях всё хорошо — нет перерасхода, нет потерь. Стабильная сеть позволяет стабильно снабжать людей теплом. У нас цепочка идет — один за другим дома подключены к потреблению. И как только в начале цепи что-то нарушается, то идёт сбой. У нас расчетная система полагает, что в сутки через систему дома должно пройти до 20 тонн воды-теплоносителя, это некий супермаксимальный объем прогона при температуре минус 19 на улице. А если при этом он потребляет 100 тонн — тогда весь расчет баланса в этой цепи рвется и какой-то конечный потребитель недополучит тепло. Потому что, чтобы додавить до него теплоноситель, мы вынуждены поднимать на станции давление, чтобы конечный потребитель получил своё тепло, в итоге возрастает вероятность прорывов на трассе. Когда внутридомовое потребление в норме, то и сеть работает стабильно.

Сейчас мы запускаем систему, которая позволит отследить — сколько тепла мы отпустили со станции в сеть, сколько дошло до центрального теплового пункта, сколько дошло до потребителя. При этом мы планируем собственникам квартир дать личные кабинеты, чтобы они на сайте могли отследить параметры на вводе в свой дом. Там будет окно анализа текущего потребления. Если он увидит, что потребление будет выше нормы — нужно обращаться в управляющую компанию или в сервисную организацию, которая сможет что-то сделать. В прошлом году наш анализ показал, что из 1200 приборов учета более 700 в январе показывали потребление выше нормативного. Мы это увидели и написали управляющим компаниям, чтобы они приняли меры. Но пока это случилось — прошло два месяца.

Теперь у собственников, которые находятся у нас на обслуживании, будут личные кабинеты, и у гражданина будет свой индикатор действия и для управляющей компании, и для потребителя. Если индикатор будет красным, показывать сверхнормативное потребление — нужно писать коллективное обращение в управляющую компанию, значит, что-то нестабильно в системе. Если управляющая компания не реагирует — надо или ставить вопрос о целесообразности дальнейшей работы с ней, или можно заключить договор с любой сервисной компанией, которая будет обслуживать теплопункт, и прописать в договоре все нюансы, вплоть до реагирования на сообщения граждан в течение 12 часов.

Текст — Оксана Майтакова, фото — Виталий Невар, «Новый Калининград»



Комментарии

prealoader
prealoader