По следам кочана

В пятницу губернатор Калининградской области позволил себе в привычной уже для него манере ответить на вопрос об отказе от так называемого «адресного» принципа при выплате компенсаций за детский сад. «По кочану», — ответил он на вопрос «почему». И тут же попал в заголовки федеральных изданий. 

Примерно спустя час после появления первых публикаций про «кочан» по форумам и пабликам в социальных сетях поползли тролли, прозванные обидно для молодого губернатора «алихановскими». Основная позиция защиты-нападения состояла в том, что журналист «достал» губернатора вопросом, на который тот уже ранее давал ответ. Сам Алиханов, позже комментируя РБК свои слова, говорил, что со мной давно знаком и просто перешучивался, но потом на вопрос всё же ответил. А наш портал он не читает, потому что у нас есть некие на него личные обиды. Последний тезис, конечно, удивителен своей логикой. Но отмечу, что с Антоном Андреевичем мы действительно знакомы около полутора лет. Действительно, он иногда отвечает на вопросы в манере, которая кажется ему вполне шутливой. К примеру, на реплику о задержании коррупционера в стенах правительства он ответил: «Жизнь такая». Новый губернатор вообще за словом в карман не лезет, очень любит выражаться, что говорится, «на грани», чем снискал себе популярность у публики. Чего стоят только его «живопырки, косяки и хаханьки» при обсуждении исполнения ФЦП. Или сравнение бизнесменов, опасающихся заявлять о коррупции в среде чиновников, с «блеющими овцами, с которых стригут шерсть». Всякий раз его заявления расходятся «на ура» — ведь он предстает «своим парнем», настоящим, живым и искренним. Но на этот раз всё пошло не так. Потому что тему для «шуток» губернатор выбрал, увы, неподходящую.

Итак, вернемся к истории вопроса с компенсациями за детский сад.

Компенсации за детсад ввели в 2007 году перед выборами президента Медведева, когда много кричали про демографию и прочие полезные для семей штуки. Тогда же ввели материнский капитал. Компенсации появились в законе «Об образовании» (если мне не изменяет память) в качестве подарка российским семьям от государства. Родитель сначала платил за детсад, и эти деньги в полном объеме получал муниципальный бюджет, а компенсация ему приходила из федерального бюджета. Именно поэтому и действовала эта кривая схема — сначала заплати, потом жди, а не сразу плати-со-скидкой. Платили компенсации всем родителям без исключения. Автоматически. Просто нужно было в начале года написать заявление и дать копию сберкнижки.

В 2008 году выборы прошли, начался кризис, и федеральный бюджет успешно перекинул выплату компенсаций на региональные бюджеты. Областным властям пришлось компенсировать президентские подарки из своего кармана. С 2014 года механизм получения компенсаций в Калининградской области ужесточили — теперь для оформления нужно было получить справку из ЖЭКа о составе семьи. Поэтому часть родителей от этих компенсаций отказались, оформляли их те, кому эти 300 рублей в месяц были не лишними. Мой ребенок тогда ходил в подготовительную группу детсада, и я оформлять выплаты не стала — я больше денег потеряла бы на том, чтобы побегать и собрать справки.

В 2016 году пришла новая власть. Правительство Алиханова предложило ввести принцип адресности — то есть платить компенсации только тем, кто может доказать свою малообеспеченность — доходы ниже прожиточного минимума. Мимоходом зацепили тех, у кого рождается ребенок — решили выплачивать единовременное (губернаторское) пособие тем, у кого два прожиточных минимума. Насколько я помню, идея урезать выплаты принадлежала финансовому вице-премьеру Эдуарду Батанову. Однако точной суммы, сколько бюджет области выиграет за счет отмены компенсации, правительство дать так и не смогло. Предварительная оценка была — 82 млн рублей.

История с урезанием льгот спровоцировала серьезный скандал. Фракции в облдуме КПРФ, ЛДПР и депутат Игорь Рудников резко высказались против. На ситуацию обратил внимание вице-премьер Правительства РФ Дмитрий Козак. И Антон Алиханов решает сделать шаг навстречу населению — в декабре 2016 года он в первый раз отвечает на вопрос и компенсациях за детсад и рассказывает о том, что с демографией все действительно непросто, нужно семьям помогать, что есть возможность вернуть компенсации всем родителям. При этом он уточняет, что если с бюджетом будет все нормально, мы вернемся к вопросу во втором полугодии 2017 года. Если нормально не будет, не вернемся. Но вот в 2018 году выплаты вернем точно. Записываем, верим обещаниям.

В 2016 году компенсации получали 32 тысячи семей. Бюджет потратил на эти цели 146,6 млн рублей. В 2017 году, по оценкам минобра, претендовать на компенсации могли 17,8 тыс семей. То есть, 14,2 тысячи семей выплат должны были лишиться. Последних данных о ситуации с выплатами пока нет.

Очевидно, что в первом полугодии с бюджетом все плохо. Хорошо, ждем. В августе в Калининград приезжает вице-премьер Правительства РФ Ольга Голодец. Я задаю ей (да-да, ей, а не врио губернатора) вопрос про компенсации. Она удивляется, поскольку раньше про это не слышала, интересуется, есть ли напряжение. Но напряжения в области нет. Никто на улицы с транспарантами не вышел, депутатам не жаловался. Но Антон Андреевич очевидно из-за этого вопроса вице-премьеру напрягается. Мы напоминаем друг другу, что он обещал вернуться к вопросу при рассмотрении бюджета на 2018 год.

И вот в пятницу в правительства области вносят бюджет. Я, естественно, задаю этот вопрос уже Антону Алиханову, потому что он обещал к нему вернуться. Задаю во второй раз за последний год. И получаю вот такой вот совершенно неожиданный ответ. Неожиданный, понятно почему. Потому что когда он отвечал на него в декабре, он говорил, что компенсацию в 2018 году вернут. Скажу честно — я ожидала от губернатора хороших новостей, полагала, что он исполнит свое обещание, и даже уже готовила красивый заголовок. Но случилось то, что случилось. Более того, губернатор заявил, что будет продолжать политику введения принципа адресности, и потребовал больше ему вопрос про компенсации за детсад не задавать.

Теперь про этот пресловутый принцип адресности. Он предполагает, что государство помогает только тем, кто имеет доходы ниже прожиточного минимума. Кстати, при выплате федерального пособия на рождение ребенка никаких таких подтверждений не надо. Как и в некоторых других городах России компенсации за детсад по-прежнему получают все родители даже без справок из ЖЭКов. Причем такая ситуация, к примеру, сохранилась в Санкт-Петербурге, откуда приехал к нам финансовый вице-премьер Эдуард Батанов, ставший инициатором всей этой истории.

Что такое прожиточный минимум? Это своеобразная соглашательская ложь, которой придерживаются наши граждане и государство. Потому что прожить на 10 тысяч явно невозможно. Такие доходы есть разве что у пенсионеров, жителей захолустных муниципалитетов, матерей-одиночек с маленькими детьми и проч-проч. И самая основная проблема в том, что при условиях, когда люди получают зарплату в конвертах, бедным может себя обозначить даже директор крупного предприятия. В этот список могут попасть (и попадают) люди далеко небедные. Справка о невысоких доходах есть? Есть. А потому ты можешь рассчитывать на компенсацию. При том, что полно семей, которые на самом деле нуждаются — к примеру, в семье из трех человек работает один папа. Мама сидит с ребенком, которому уже 1,5 года, и никакие пособия не положены. У папы зарплата 35 тысяч (хорошая по нынешним временам). Семья эта официально не малоимущая, но каждая копейка в ней на счету. Ей государство помогать не будет. 

Государство будет помогать тем, кто принесет справку (или привезет ее на джипе за 1,5 миллиона рублей). Поэтому все разговоры насчет того, что принцип адресности — это помощь бедным, это полная ерунда. Наше областное правительство помогает не бедным, а тем, кто имеет справку, в которой нарисовано, что он бедный.

Ну и несколько слов о манере губернатора не отвечать на вопросы, ссылаясь на то, что он уже на них отвечал ранее. Так было с вопросом про элитную правительственную квартиру на Колоскова, с вопросом про закрывшуюся раньше срока программу льготных авиаперевозок, с вопросом про деньги на реконструкцию медсанчасти, про первых вице-премьерови т. д. Для Антона Алиханова отказываться отвечать на вопросы уже стало нормой. Он кому-токогда-то ответил на этот вопрос (может, при личной встрече, может, в переписке, может, ему это приснилось). И больше он отвечать на этот вопрос не хочет. При этом большая часть СМИ этих ответов, естественно, не слышала. Поэтому я очень прошу представителей пресс-службы правительства донести до своего шефа, что эта манера все же неверная. Если вопрос задают — пожалуйста, ответьте на него. Если его задают — значит, есть запрос у читателей того издания, которое представляет журналист. Потому что журналист представляет не себя, а тех 20–30 тысяч (может, меньше или больше) читателей, которые читают газету или портал, на который он работает. 

Отвечать на одни и те же вопросы не гнушались ни Георгий Валентинович Боос, ни Николай Николаевич Цуканов. Да и Владимир Владимирович Путин, помнится, во время одной из своих больших пресс-конференций несколько раз вынужден был давать ответ по поводу одного и того же «закона Димы Яковлева». Такая у власти работа — отвечать на вопросы обстоятельно и подробно, чтобы у жителей не оставалось недопонимания.

Ну и напоследок. У меня к Антону Андреевичу Алиханову личных обид нет. Даже его попытки использовать других людей в своих интересах я понимаю, потому что вот такой вот он человек, у него большие планы на жизнь. И я желаю ему дальнейшего продвижения по карьерной лестнице, исполнения всех заветных желаний и прочее. Он неплохой, правда. Просто неопытный. Думаю, мы поможем ему закалиться и стать матерым политиком — ему повезло, что он попал в наш регион, где есть немало журналистов, которые задают непростые вопросы по несколько раз.

Оксана Майтакова

Комментировать (39)

Комментарии

prealoader
prealoader