Жить в эту пору прекрасную: что обещали власти региона в последние 13 лет

Все новости по теме: Чиновники

0NVV4240 (1).jpg

Каждый калининградский правитель мечтает себя увековечить. Но при этом каждый мыслит системно, поэтому сначала садится и пишет Стратегию, Программу и/или Прогноз. Это большие стопки бумаги формата А4, испещренные буквами и цифрами. Буквы и цифры складываются в Обещания. Обещания — сакральный инструмент власти, ее долото. Оно долбит в мозг подданным, стимулируя участки, отвечающие за удовлетворение различных инстинктов. Оглушенные подданные полностью безопасны и практически счастливы. Главное — делать процесс непрерывным. Поэтому 2016 год принес нам не только нового губернатора, но и новый Прогноз в рамках старой Стратегии. «Новый Калининград.Ru» вспомнил обо всех предыдущих стратегах и их прогнозах.

Темные времена

Традиция написания стратегий и программ своими корнями восходит к годам, когда государством руководила большей частью стихия. Времена тогда были трудные, никто не знал, что будет через год, поэтому далеко вперед региональные власти особо не заглядывали. Хотя, безусловно, о перспективах задумывались — иначе никакую ОЭЗ профессор Юрий Маточкин здесь бы не создал. Но главное было — все-таки справиться с тем, что здесь и сейчас. «Программ было сколько угодно, финансирование — самое главное. Ставилась задача — наплевать на все программы. Самое главное — выплати зарплату бюджетникам», — писал тогда в своей книге «Мысли и сердце» Леонид Горбенко. Он предпочитал «долбить в мозг» в основном вербально; впрочем, и Горбенко вводил квоты на ввоз сельхозпродукции, а также хотел построить здесь НПЗ именно потому, что пытался заглянуть в будущее. Пусть и без стратегий (хотя федеральная программа развития области в его времена все-таки была).

Догоним и перегоним

После «батяни» написатели программных документов взялись за дело всерьез. Первую стратегию социально-экономического развития региона презентовал третий губернатор, Владимир Егоров. Главное, что помнят о ней калининградцы: это было и первое обещание догнать-перегнать соседние Литву и Польшу — к 2010 году. Позже заявить о том же самом считал своим долгом каждый глава региона, только сроки назывались все время разные.

Вот что должно было произойти за 7 лет:

  • валовой региональный продукт (ВРП) — рост в 2 раза (при среднегодовых темпах роста 8%);

  • ВРП на душу населения — увеличение в 2 раза;

  • объем промышленного производства — рост в 3 раза (при среднегодовых темпах роста 14–15%);

  • удельный вес расходов областного бюджета на развитие научно-технического потенциала — рост в 10 раз;

  • объем сельскохозяйственного производства — увеличение в 1,5 раза (при среднегодовых темпах роста 5%);

  • объем перевозок грузов — рост в 2,2 раза (при среднегодовых темпах роста 10%);

  • объем инвестиций в основной капитал — увеличение в 2,5 раза;

  • объем накопленных прямых иностранных инвестиций — рост в 20 раз;

  • внутренний товарооборот — увеличение в 3 раза;

  • уровень реальных доходов населения — рост в 2 раза (на 30% выше тогдашнего уровня Литвы);

  • доля населения с доходами ниже прожиточного минимума — снижение на 20%;

  • уровень безработицы (по определению МОТ) — 6%.

При этом стартовые позиции в стратегии описывались очень обтекаемо, и понять, каких именно параметров мы в итоге должны были достигнуть, сейчас весьма затруднительно.

0NVV6306.jpg

Догоним еще раз

Владимир Егоров заступил на губернаторский пост в 2000 году, стратегия при нем была написана в 2003-м, а в 2005-м адмирал из Красного дома ушел, так что добиваться намеченного было некому. Его преемник не был бы Георгием Боосом, если бы не расставил планки для прыжков в высоту по своему усмотрению. И перспективы, на которые он замахнулся, поражают воображение даже сейчас — его стратегия была рассчитана на период до 2031 года, над ней работали Академия народного хозяйства при правительстве РФ, Институт экономики города и центр стратегических разработок «Северо-Запад», которые получили за свои труды из областного бюджета 6 млн рублей.

Заигрывать с общественностью Боос не любил, поэтому стратегия в регионе широко не обсуждалась ни на этапе подготовки, ни после принятия. Через пару месяцев после написания ее представили в Минрегионразвития РФ, и тогда мы вновь узнали, что скоро, через пять лет, должны по уровню жизни догнать литовцев и поляков. К 2016 году, по планам обладателя «федеральной проходимости» (этот термин тогда пользовался большой популярностью), Калининградской области предстояло сравняться с развитыми европейскими странами.

Надо сказать, что стратегия развития области времен четвертого губернатора не обсуждалась настолько, что основные ее сценарии многим стали известны только после отставки Бооса. Уже после его ухода экс-министр экономики Елена Пожигайло рассказывала, что региону предлагалось идти по одному из четырех путей развития экономики: «Статус-кво», «Конкуренция на Северо-Западе», «Европейский аутсорсинг» или «Макрорегиональное лидерство». Официально ни один из сценариев так выбран и не был; при этом региональные власти давали понять, что область развивается, производя товары и услуги для Европы (третий вариант), но по сути выбрала первый. «Он предполагал длительное сохранение действия режима особой зоны, протекционистскую политику», — говорила Пожигайло.

Что нас ждало согласно стратегии Бооса:

  • ежегодный прирост ВРП в 10–15% (первые 10 лет реализации);

  • ежегодный прирост инвестиций в 14–16%.

Правда, Программа социально-экономического развития региона, принятая тогда же и рассчитанная до 2016 года, содержала немного другие прогнозы:

  • прирост инвестиций в экономику Калининградской области в среднем не менее чем на 15–20% в год;

  • рост объемов производства в среднем не менее чем на 15–20% в год;

  • рост объема валового регионального продукта в среднем не менее чем на 7% в год;

  • рост доходов консолидированного бюджета Калининградской области в 4–5 раз, при этом «доля доходной части в общем бюджете увеличится до 89,8%, а доля трансфертов из вышестоящих бюджетов сократится до 7,9%»;

  • только число жителей, занятых в экономике, должно было вырасти до 989 тысяч человек, а в целом нас должно было быть 1 млн 490 тыс (ставка делалась на миграционный поток);

  • безработица «снизится до уровня фрикционной и составит 0,7%»;

  • оборот розничной торговли вырастет почти в десять раз, «индекс роста розничной торговли будет составлять около 120% в год».

onap_dcvr_1111.jpg

Ну и дальше совсем уж фантастика:

  • «номинальная заработная плата оценивается в 2016 году в 3000 евро»;

  • число малых предприятий должно было достигнуть 16 тыс, а «доля занятых в малом и среднем бизнесе — 60%, с оборотом 700 миллиардов рублей в год».

Дожали литовцев, остались поляки

Бог его знает, как бы смотрел в глаза людям сейчас Боос, но после драматических для него событий 2010 года в Калининградской области воцарился Николай Цуканов. И когда это случилось, уже никто не удивлялся тому, что в регионе разрабатывается новая стратегия социально-экономического развития, и снова до 2031 года. К чести Цуканова, его программный документ широко обсуждался.

Цукановская стратегия предусматривала два варианта развития — «инерционный» и «амбициозный». В ней говорилось, что для реализации «проектного амбициозного сценария» необходимо обеспечить рост численности населения до 1 млн 11 тыс человек к 2016 году и создать условия для того, чтобы к 2020 году она составила 1 млн 117 тыс человек, а к 2013 году — 1 млн 325 тыс человек.

К 2020 и 2031 годам соответственно мы должны были достичь следующих показателей:

  • средняя зарплата — 76 тыс 868 рублей и 71 тыс 896 рублей;

  • безработица — 2,5% и 2%;

  • доля населения с доходами ниже прожиточного минимума — 6% и 4,5%;

  • собственные (налоговые и неналоговые) доходы консолидированного бюджета — 80% и 90% в его структуре;

  • объем инвестиций в основной капитал на 1 жителя области — 223,4 тыс рублей и 446,4 тыс рублей.

К 2017 году нас должны были посещать 5 млн туристов.

К 2031 году также предполагалось добиться таких благ:

  • рост ВРП к уровню 2009 года в сопоставимых ценах — 471%;

  • ВРП на душу населения в текущих основных ценах — 1 млн 810 тыс 500 рублей;

  • объем промышленного производства, к уровню 2009 года в сопоставимых ценах — 731,9%;

  • объем продукции сельского хозяйства в хозяйствах всех категорий, к уровню 2009 года — 868,5%;

  • инвестиции в основной капитал за счет всех источников финансирования, к уровню 2009 года в сопоставимых ценах — 386%.

«К 2031 году уровень социально-экономического развития Калининградской области будет сопоставим с уровнем развития развитых стран. Калининградская область будет входить в число лидеров по уровню развития среди субъектов Российской Федерации», — говорилось в конце документа. В общем, главное, не читать его на ночь, чтобы потом не теряться в дебрях реальности. Иначе получится, как у самого экс-губернатора, который летом прошлого года изрек знаменитую фразу о том, что Литва «давно не конкурент» Калининградской области, а через «годика 3–4» регион «дожмет поляков».

Стратегия Цуканова была принята в 2012 году, а в 2013-м мы узнали о шальных планах получить на реализацию всего и вся 646 млрд федеральных рублей благодаря знаменитой Госпрограмме «Социально-экономическое развитие Калининградской области». Она тоже много чего обещала. Согласно проекту программы, туристический поток должен был вырасти с 450 тыс человек в 2011 году уже до 4 млн в 2020 (а не до 5 млн к 2017). Уровню безработицы к 2020 году предстояло сократиться с 9,2% до 2,5% (как и в стратегии), а объему прямых иностранных инвестиций на душу населения — составить 1200 долларов США (172 в 2011 году). Реализация программы, полагали ее авторы, должна была привести к созданию к 2020 году 198 тыс новых рабочих мест.

Однако уже в первой редакции Госпрограммы, подписанной премьер-министром Дмитрием Медведевым, сумма усохла до 446 млрд рублей, во второй — до 62,6 млрд, хотя Цуканов весной 2014 года продолжал утверждать, что регион из разных федеральных источников до 2020 года получит более 200 млрд рублей, и это «то, о чем мы и говорили» — но тогда еще не было понятно, чем аукнется присоединение Крыма. Ну а последнее сокращение было в бюджете на этот год, когда Кремль урезал финансирование всех госпрограмм.

photodnya_cukanov.jpg

Мало ли в Калининградской области обещаний

В начале июля этого года ничто не предвещало скорой смены власти в Калининградской области, и Николай Цуканов подписал постановление о Прогнозе социально-экономического развития региона до 2030 года: на фоне разразившегося кризиса все предыдущие цифры выглядели душераздирающе мажорными.

Новый грустный прогноз говорит нам следующее (в пессимистичном «базовом» варианте):

  • до 2020 года физические объемы ВРП будут расти на 1,4 в год, далее — на 2,2%;

  • обрабатывающие производства до 2020 года будут расти на 0,4% в год, далее — на 3,3%;

Впрочем, привычка видеть будущее в розовом цвете никуда не делась, и по «целевому» сценарию (более радужному), на который и предполагалось изначально ориентироваться, к концу 2016 года благодаря каким-то невероятным причинам ожидается «ускоренное восстановление потребительского и инвестиционного спроса, что позволит по ряду показателей уже к концу 2018 года вернуться на начало спада 2014–2015 годов».


И в этом варианте рост ВРП прогнозируется на уровне 2% до 2020 года и 3,3% — после, а рост обрабатывающих производств — на уровне 1,9% и 4,3% соответственно. Средняя продолжительность жизни по новому прогнозу должна составить — 73 года к 2020 году и 76,5 лет — к 2030; численность населения — 1 млн 7 тыс и 1 млн 51 тыс.

Структура оборота розничной торговли должна сместиться в пользу продовольственных товаров и лишь к 2020 году вернуться на уровень 2015 года — при этом при обоих сценариях обороту предстоит оживиться в 2017 году: при целевом прогнозируется его рост на 1,4%, при базовом — на 1,2%. «В 2018 году темпы прироста [розничной торговли] будут продолжать расти, достигнув отметки в 2%, после чего выйдут на уровень прироста 4–4,5% в год», — опять сбиваются на оптимизм разработчики документа. В пятницу в облдуме врио министра экономики Нинель Салагаева сообщила, что именно на 2018 год все надежды.

Инвестиции в основной капитал (по данным Салагаевой, они стали падать у нас на год раньше, чем в среднем по России) по базовому сценарию должны составить 99,1% (к уровню 2015 года) в ближайшие три года и в среднем 101,7% — после. По целевому — 100,8% и 102,1% соответственно, «Это позволит увеличить объем инвестиций в текущих ценах в 2020 году по сравнению с 2015 годом на 37%, а в 2030 году по сравнению с 2015 годом — в 2,2 раза», — не унимаются разработчики.

Рост зарплаты к 2030 году в базовом варианте должен составить ежегодно 7,7%, достигнув 87,4 тыс рублей (что в 3 раза выше уровня 2015 года). В целевом — расти на 8,6% в год и достигнуть 98 тыс рублей: остается предположить, что авторы прогноза рассчитывали на высокие темпы инфляции — никаких других очевидных причин для такого взрывного роста, учитывая то, что творится в экономике, нет. В 2019 году средний заработок должен равняться 38 тыс рублей (базовый вариант прогноза) или 39 тыс 339 рублей (целевой вариант).

Ну и, наконец, о численности нас с вами. Базовый вариант прогноза предусматривает, что в 2019 году в регионе будут проживать 998 тысяч человек, целевой — что население к тому времени «перешагнет» за миллионный рубеж (см. выше). При этом на увеличение трудоспособного населения областное правительство не рассчитывает: «Предполагается умеренный рост экономической активности молодежи и пожилых людей», — скромно произнесла Нинель Салагаева. И то верно, единственный вывод, который здесь можно сделать: работать все чаще будут молодые люди и старики.

1.jpg

И вот к чему мы пришли в 2016 году:

  • по прогнозам регионального Минэкономики, ВРП по итогам года должен составить около 310 млрд рублей; по отношению к предыдущему году — 97–99%;

  • индекс промпроизводства по итогам 2016 года составит 100,1% (т.е., рост на 0,1%);

  • предполагается, что индекс обрабатывающих производств к концу 2016 года составит 98–99%;

  • рост объемов продукции сельского хозяйства должен составить 0,9–2,5%;

  • в январе—сентябре по сравнению с таким же периодом 2015 года оборот розничной торговли снизился на 3,5%. Причем в продовольственном сегменте падение более сильное — 4,7%, тогда как в непродовольственном — 2,7%;

  • темпы роста цен в Калининградской области в 2016 году по сравнению с 2015-мснизились более чем вдвое (ожидается, что в итоге инфляция составит 7%);

  • сейчас доходы ниже прожиточного минимума у 14,5% калининградцев, что «существенно выше» среднероссийского уровня — 13,4% (Нинель Салагаева). При этом средняя зарплата по итогам года в регионе ожидается в размере 30 тыс 336 рублей. Индекс реальных денежных доходов по отношению к 2015 году в конце 2016 составит, по ожиданиям, 99,2%;

  • за первые 8 месяцев Калининградскую область посетили 900 тыс туристов;

  • в регионе проживает около 979 тыс человек;

  • средняя продолжительность жизни по итогам года ожидается на уровне чуть более 70 с половиной лет.

Конечно, нынешний глава региона за документы предшественников не то чтобы в ответе — хотя последний прогноз развития области составлялся уже при нем. Но кто бы там что ни подписывал, выполнять их придется Антону Алиханову. Или тому, кто придет вслед за ним. Хотя, конечно, у него всегда будет возможность продолжить традицию — сесть и написать свою Стратегию, Прогноз и/или Программу. Иначе, право, придется отвечать за ожидания того, что в 2017–2019 годах экономика региона восстановится. Или не придется. Кто их помнит, все обещания.

Фото — Виталий Невар, Алексей Милованов, «Новый Калининград.Ru»

Текст: Оксана Ошевская

Комментарии к новости

Что осталось по наследству

Главный редактор «Нового Калининграда» Денис Туголуков о крахе надежд в отношении «Балтики».